Стелла Кьярри

— Мы с мужем поедем с тобой на море в свадебное путешествие, —заявила подруга Каждую осень и зиму Марта проводила с градусником под мышкой. — Опять эти таблетки! Сколько можно их принимать? — причитала обессиленная девушка. — У тебя всегда был слабый иммунитет, — отвечала мама, слушая её жалобы. — Из-за этого не ходила в детский сад и пропускала занятия в школе. — Да, это определённо аллергия на холод. Кто-то краснеет и чешется, а я постоянно кашляю. Даже врачи советовали мне сменить климат на более теплый, — вздохнула Марта. — Переедешь, а дальше что? Будешь всю жизнь снимать квартиру и жить вдали от родных и друзей? — нахмурилась мама, явно не желая отпускать дочь. Марта промолчала. Она и сама не стремилась уезжать туда, где у неё никого не было. Вся жизнь девушки кипела в родном северном городе, и ей не очень-то хотелось что-либо менять.© Стелла Кьярри — Даже не думай о переезде! Иначе наша с тобой дружба прекратится. Я буду страдать без наших встреч и душевных разговоров! — говорила Анжела, лучшая подруга Марты. — Я всё это понимаю. Но что мне делать? Я и закаляюсь, и правильно питаюсь, и занимаюсь спортом, а организм всё слабеет и слабеет. Если я так болею в двадцать четыре года, то что будет дальше? Несмотря на возражения близких, вскоре Марта всё-таки приняла сложное решение. — Я не буду переезжать на юг окончательно. Просто буду проводить там зимние месяцы, — объявила она. — Как это? — не поняла Анжела. — Уйду на удалённую работу, профессия мне позволяет. Восемь месяцев в году буду жить здесь, а оставшиеся четыре — там, — пояснила Марта. — Но где ты собираешься жить на юге без своей квартиры? — Ну ты даёшь, Анжелка! — рассмеялась Марта. — А как все остальные люди живут? Буду снимать жильё. — Это сколько денег тебе понадобится? Дорога, аренда, питание… На твоём месте я бы никуда не рыпалась. Подумаешь, болеешь раз в две недели. Разве это серьёзная причина, чтобы уезжать отсюда? — нахмурилась подруга. — Сейчас весна, до следующей зимы накоплю достаточно средств, чтобы хватило и на дорогу, и на аренду, и на питание. Уж лучше платить за обед на берегу моря, чем за лекарства в мороз минус сорок. Анжела промолчала, но по её лицу было заметно, что идея подруги ей пришлась не по душе. Марта же почувствовала облегчение. Она осознала, что, имея удалённую работу, может самостоятельно управлять своей жизнью и заботиться о собственном здоровье. За полгода девушке удалось накопить неплохую сумму. Она уже определилась с городом, где будет наслаждаться пусть не жарким, но тёплым климатом, и нашла подходящую квартиру. — В это время года аренда обходится относительно недорого, — с воодушевлением рассказывала Марта, показывая подруге фотографии на телефоне. — Посмотри, какой потрясающий вид из окна! Пляж, море и бескрайнее небо — пейзаж, словно с открытки! — М-да, — недовольно протянула Анжела. — Что? Тебе не нравится? — Нравится, но всё это кажется каким-то нелепым — уезжать из родных мест только из-за холода! — фыркнула Анжела. — Хочешь, поедем вместе? Вдвоём будет гораздо веселее! — Ага, и буду я там работать горничной. А потом вернусь сюда и останусь без работы. К тому же как я оставлю своего жениха? Предлагаешь бросить Валеру? — Ой, точно! Про Валеру я как-то совсем забыла! Хорошо, что я пока не в отношениях, а то неизвестно, как бы мой парень отреагировал на такой кочевой образ жизни, — рассмеялась Марта. — Валера мне не обуза, если ты об этом! — обиженно ответила Анжела, приняв слова подруги на свой счёт. — Кстати, сколько тебе удалось накопить за полгода? — Сто пятьдесят тысяч. Я никогда не была такой дисциплинированной. Оказывается, можно здорово сэкономить, если не покупать ничего лишнего и отказываться от спонтанных трат, — с гордостью ответила Марта. — М-да, подружка. Ограничивать себя во всём ради четырёх месяцев у моря… Глупо всё это! — снова вздохнула Анжела, посмотрев на Марту с лёгким осуждением. Марта не стала спорить с подругой. Она мечтала не о море и не о солнце, а о том, чтобы дышать свободно, без кашля и вечно заложенного носа. Её решение было принято не из-за желания путешествовать, а из-за стремления к качественной и здоровой жизни. Она верила, что смена климата позволит ей укрепить иммунитет, и возможно, в будущем она станет более здоровой и сможет вернуться в родной город насовсем. И вот, наконец, наступил октябрь. Не желая дожидаться минусовой температуры, Марта купила билет до южного города и начала собирать вещи. Однако уехать ей не удалось. Анжела неожиданно объявила, что собирается замуж. — Валера сделал мне предложение! Мы уже подали заявление. Через месяц у нас свадьба! — радостно сообщила она. — Ого! Поздравляю, подружка! Жаль, что вы решили пожениться сейчас, а не летом. Я бы с удовольствием погуляла на вашей свадьбе, — ответила Марта. — В смысле — с удовольствием? Разве тебя не будет? — Не будет, я уезжаю. У меня билеты на понедельник. — Нет, Марточка, пожалуйста, ты не можешь так со мной поступить! Отложи поездку хотя бы на месяц, ты ещё успеешь на своё море! — взмолилась Анжела. Марта замерла в нерешительности. С одной стороны, её здоровье было важнее, с другой — она не могла пропустить свадьбу лучшей подруги. После долгих раздумий девушка решила отложить поездку. К концу ноября Марта уже дважды переболела. Первый раз болезнь прошла легко, а второй раз — с высокой температурой и изнуряющим кашлем. — Хорошо, что к вашей свадьбе мне полегчало. А то провалялась бы дома, и получился бы двойной проигрыш — ни праздника не увидела, ни на юг не уехала, — сказала Марта подруге. — Уедешь ещё, не торопись! Ты просто обязана присутствовать на нашей регистрации! Свадьба Анжелы и Валеры действительно получилась шумной и весёлой. Марта искренне радовалась за подругу. Она долго думала над подарком для молодожёнов и в итоге решила, что деньги будут самым практичным вариантом. Девушка вложила в конверт двадцать пять тысяч. По её меркам это была достойная сумма. На следующий день после свадьбы Марта вновь задумалась об отъезде. Купив билет на ближайший рейс, она позвонила подруге, чтобы попрощаться. Однако Анжела исчезла: не отвечала ни на звонки, ни на сообщения. Сначала Марта думала, что подруга просто занята после свадьбы, но вскоре поняла, что та внесла её во все чёрные списки. Девушка смогла дозвониться до Анжелы только с телефона матери. — Чего тебе? — резко спросила подруга, узнав голос Марты. — В смысле? Что происходит, Анжела? Почему ты меня везде заблокировала? Я сотню раз звонила, чтобы попрощаться перед отъездом, а ты добавила меня в чёрный список. — А ты не догадываешься, почему я так поступила? — Нет, не догадываюсь. — Из-за твоей жадности, Марта! Ты сама говорила, что легко накопила сто пятьдесят тысяч, а нам с Валерой подарила какие-то жалкие копейки! — Но… я… я положила в конверт двадцать пять тысяч. Разве этой суммы недостаточно от одного человека? — Для обычного человека, может быть, и достаточно. Но ты моя лучшая подруга! — возмущённо воскликнула Анжела. — Я думала, что ты подаришь больше, и мы с Валерой поедем с тобой на море в свадебное путешествие. Пожили бы в твоей съёмной квартире, поддержали бы тебя морально. А ты… ты просто пожалела денег! Вот такая у тебя дружба! Марта была потрясена услышанным. Она не ожидала такого ответа от подруги. — Послушай, — она старалась говорить спокойно, — ты же понимаешь, что мне и так будет непросто в финансовом плане на юге. Поэтому я и не смогла подарить вам больше… Анжела отказывалась воспринимать разумные доводы. — Ты просто жадная! Тебе легко даются деньги, но ты пожалела их для лучшей подруги! — выговорила она. Марта изо всех сил пыталась сохранять самообладание, но внутри у неё всё кипело от обиды и несправедливых обвинений. — Да что ты вообще знаешь о том, как мне достаются эти деньги?! Я копила их не для вашего свадебного путешествия, а для своего здоровья! Каждая моя болезнь заканчивается осложнениями! — не выдержав, крикнула она. — Вот мы и узнали твои истинные приоритеты. Всё, мне больше не о чем с тобой говорить. Прощай, «подруга»! — холодно произнесла Анжела и отключила вызов. Марта ещё несколько минут стояла с телефоном в руке и не могла поверить в случившееся. Многолетняя дружба, которая казалась прочной и нерушимой, рассыпалась в одно мгновение из-за недопонимания и алчности. Теперь девушке предстояло не только начать новую жизнь на юге, но и залечить рану от предательства человека, которого она считала самым близким другом. С тех пор пути Марты и Анжелы разошлись навсегда. Время шло, и постепенно девушка начала новую жизнь на юге. Тёплый климат и морской воздух действительно сделали своё дело — она больше не болела так часто, как раньше. Организм укреплялся, и Марта чувствовала себя намного лучше. Спустя четыре месяца девушка решила не возвращаться в родной город. На юге она обрела не только крепкое здоровье, но и внутреннее спокойствие. Марта ни о чём не сожалела, разве что о потерянном времени, которое провела в болезнях, прислушиваясь к советам мнимых друзей вроде Анжелы. К следующей зиме Марта нашла более высокооплачиваемую работу и стала копить на свое жилье. Что касается мамы, то поначалу она тосковала по дочери, но вскоре и сама перебралась в южный город, продав квартиру и вложив деньги в совместное жилье с дочкой. Увидев, как преобразилась и окрепла её дочь, женщина поняла, что жизнь в тёплом климате и вправду имеет неоспоримые преимущества перед суровыми северными зимами, но главное, что теперь они снова были рядом. Впрочем, каждому свое. А вы как думаете?

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

— Больше не вмешивайся в нашу жизнь, мама, — строго сказал сын Ирина Евгеньевна всегда следила за своей внешностью. Высокая, стройная, с безупречным стилем, она никогда не позволяла себе выглядеть неопрятно. — Сынок, тебе бы в барбершоп сходить. Сделай нормальную причёску. Что за гнездо у тебя на голове? — обратилась Ирина Евгеньевна к сыну. — Мам, опять ты за своё? Позволь мне самому решать, как выглядеть. Если тебе что-то не нравится, можешь не приходить к нам, — спокойно ответил Антон, сидя рядом с матерью на диване. — Как это — не приходить? А Маришка? Когда я ещё увижу свою внучку? Вы ведь к нам её не приводите, — возмутилась Ирина Евгеньевна. — На это есть причины. Забыла? — напомнил Антон. — Ой, подумаешь, сводила её в парикмахерскую! Прямо преступление века! Зато после этого Маришка стала выглядеть лучше. Вы совершенно не следите за её внешностью. За волосами нужно ухаживать, а у моей внучки они растут как попало: ни стрижки, ни укладки. Она как растрёпанная кукла Барби! — продолжила возмущаться женщина. — Мам, Марине всего шесть лет. О какой внешности ты говоришь? Она нормально выглядит — как ребёнок. А после вашего похода в парикмахерскую её возраст увеличился примерно втрое. Кто вообще надоумил тебя осветлить пряди шестилетней девочки? Она стала будто седая. Хорошо, что волосы быстро отросли, и этого ужаса уже не видно, — фыркнул Антон. Луиза отчётливо слышала спор между мужем и своей свекровью. Она как раз готовила обед на кухне, когда Антон начал вспоминать случай с парикмахерской. Луиза невольно вздрогнула, услышав слова супруга. Тогда, забирая дочку от бабушки, родители не узнали собственного ребёнка — чёрные длинные густые волосы шестилетней Марины были хаотично обрезаны. — Эта причёска называется «асимметричный каскад». По-моему, Маришечке очень идёт! — выпалила тогда Ирина Евгеньевна. Луиза и Антон были в шоке. Возможно, они отнеслись бы к поступку мамы терпимее, если бы она сделала внучке удачную причёску. Но «асимметричный каскад» выглядел ужасно: стрижка была выполнена непрофессионально и совершенно не подходила шестилетней девочке, особенно в сочетании с высветленными прядями у лица. Родителям потребовалось несколько месяцев, чтобы восстановить волосы Марины и убрать ту «седину», которую свекровь называла «последним писком моды». Устраивать скандал тогда Луиза и Антон не стали. Они лишь высказали матери претензии и с тех пор не оставляли дочку с бабушкой. — Обед готов! Антон, Ирина Евгеньевна, идёмте за стол! — закончив приготовления, Луиза позвала на кухню мужа и свекровь. Она надеялась на спокойный обед с мамой супруга, но Ирина Евгеньевна была такой женщиной, которая не могла молчать ни минуты. Едва присев на стул, свекровь стала без умолку болтать обо всём на свете: «А почему Маришка до сих пор спит? Может, разбудить её? Девочка должна соблюдать режим сна и питания, иначе потом с фигурой проблемы будут». «Луиза, тебе пора красить волосы. Корни сильно отросли. И, кстати, почему ты не сделаешь себе губы? Это же безопасная процедура!» «Эх, ребята, скромная у вас кухня. Надо было выбирать более современные материалы во время ремонта…» Супруги молча слушали этот нескончаемый поток замечаний. Они давно привыкли к характеру матери и устали с ней спорить. Но вдруг Луиза вспомнила, что вчера записалась на маникюр к своему мастеру. Чтобы поддержать разговор, она сообщила об этом свекрови. — Вот это я понимаю! Что хочешь сделать со своими ноготочками? Если надо, я дам контакты отличного специалиста, — воодушевилась мама. — Нет, у меня свой мастер. Она была в отпуске, а вчера вышла. Вот я и записалась к ней на завтра, — ответила Луиза. — Постой, — неожиданно встрепенулся Антон. — А во сколько ты пойдёшь к своему мастеру? Мне завтра в сервис надо. Помнишь, я говорил об этом? — Ой, совсем забыла! — воскликнула Луиза. — Ну ладно, перенесу на другой день. — Зачем переносить? — удивилась свекровь. — Чтобы Мариночка не осталась одна. Кто знает, во сколько мы домой вернёмся? — пояснила Луиза. — Нет-нет! — неожиданно возразила Ирина Евгеньевна. — Пусть Антон едет в сервис, а ты иди, делай ногти. А с Маришкой я посижу. Супруги с тревогой переглянулись, услышав это предложение. — Может, не стоит, мам? В последний раз твоя помощь обернулась нам боком, — усмехнулся мужчина. — Да ладно вам! Я уже поняла свою ошибку. Никаких парикмахерских в этот раз не будет. Не собираюсь я стричь вашу дочку. Идите по своим делам, а мы с ней просто посидим дома. В конце концов, для этого бабушки и существуют! Луиза и Антон долго сомневались, стоит ли оставлять дочь с бабулей. — А если она опять что-нибудь выкинет? — переживала Луиза. — Что она ещё может выкинуть? Перед уходом спрячем все ножницы и косметику, чтобы у мамы не было соблазна преобразить Марину, — успокоил жену Антон. На следующий день Ирина Евгеньевна приехала к сыну и невестке пораньше, чтобы те успели сделать свои дела. — Идите и ни о чём не беспокойтесь. Мы с Мариной сейчас посмотрим мультики, а потом блины печь будем! — с энтузиазмом заявила свекровь. Несмотря на воодушивление мамы Антона, Луиза всё равно чувствовала подвох, но решила довериться ей. В салоне она провела почти два часа. Периодически невестка звонила Ирине Евгеньевне, чтобы узнать, как дела. Та каждый раз отвечала, что всё в порядке. В голосе свекрови не было ничего подозрительного, и Луиза постепенно расслабилась. «Может, я действительно себя накручиваю?» — думала она, пока мастер работала над её ногтями. Когда процедура завершилась, Луиза расплатилась со специалистом и направилась домой. Но стоило ей увидеть дочку, она сразу почуяла неладное. — Мариночка, что с тобой? Почему глаза красные? Ты плакала? — с беспокойством спросила Луиза, но свекровь не дала внучке ответить. — Всё с ней в порядке! Правда, ведь, Мариша? Она хотела много сладостей, а я запретила есть больше одной конфетки. Вот она и расстроилась, — нервно затараторила Ирина Евгеньевна. Луиза поняла, что при свекрови дочь не скажет ни слова, поэтому взяла ребёнка за руку и отвела её в спальню. Уже там, в закрытой комнате, маленькая Марина призналась: — Мне было больно! Но бабуля сказала: терпи, красивее будешь! — всхлипывая, проговорила девочка. Луиза была в смятении. Она не понимала, что происходит. — А почему тебе было больно? — от мысли, что Ирина Евгеньевна могла поднять руку на ребёнка, у Луизы перехватило дыхание. — Бабушка отвела меня к доктору, а тот сделал мне больной укольчик… — продолжая реветь, ответила девочка. Когда дочка упомянула загадочный укол, у Луизы кровь отхлынула от лица. Она боялась даже предположить, что это была за процедура. Неужели помешанная на красоте свекровь решила вколоть пятилетней внучке филлеры?! Девочка не стала томить мать и, наконец, показала, что это был за укольчик… Мариночка отодвинула волосы от ушей и продемонстрировала проколы, на которых красовались золотые серёжки. Увидев это, Луиза на мгновение потеряла дар речи. Они с Антоном принципиально не прокалывали дочери уши. Родители ждали, когда Марина подрастёт и сама решит, нужно ли ей это. Но Ирина Евгеньевна, как всегда, приняла решение за всех. — Как вы могли так поступить?! Вы же обещали, что ничего не будете делать с нашим ребёнком! — выйдя из комнаты, воскликнула Луиза, обращаясь к свекрови. — А что такого? Все девочки носят серёжки! Это просто маленькие дырочки. Зато теперь она выглядит как настоящая принцесса! — встала в оборонительную позицию свекровь. — Это не вам решать! Как вы не понимаете? Мы родители Марины, а не вы! — гневно произнесла Луиза. — А я бабушка! У меня тоже есть право голоса! — Право голоса, возможно, и есть! Но вы не имеете права действовать без нашего согласия! Вы могли бы просто высказать своё мнение, а мы бы сами решили, следовать ему или нет! — Да вы никогда не прислушиваетесь к моему мнению! Антон ходит как чучело огородное, ты одеваешься во что попало. А теперь хотите и мою внучку втянуть в свою бесцветную, серую жизнь? Нет, я не допущу этого! Маришка будет у меня самой яркой и красивой девочкой! Луиза не находила слов для ответа свекрови. Та совершенно не желала её слушать. К счастью, в этот момент вернулся Антон. Осознав произошедшее, мужчина пришёл в ярость. — Мама, что с тобой происходит? Почему ты не хочешь нас услышать? Мы же ясно обозначили свою позицию относительно внешности Марины! — стал кричать он. — Да ну вас! Ничего вы не понимаете ни в красоте, ни в моде. Если хотите растить серую мышь, то растите. Ваше дело. А я умываю руки, — с этими словами Ирина Евгеньевна поспешно оделась и покинула квартиру сына и невестки. Мать была глубоко обижена на детей. Она искренне верила, что действует на благо внучки и что её инициатива обрадует семью. Однако результат оказался совершенно противоположным. После этого инцидента Луиза и Антон перестали оставлять Марину с бабушкой. На какое-то время они даже прервали общение с ней. Супруги были слишком разочарованы из-за поступка матери. Вскоре места проколов у Маришки стали воспаляться. Уши девочки сильно покраснели и начали шелушиться. Врачи не могли установить точную причину, почему это происходило. — То ли инфекция, то ли аллергия на металл, — говорили они, советуя снять серьги и использовать мазь. Родители не стали рисковать и сняли украшения с дочери. Когда отношения с Ириной Евгеньевной более-менее наладились, и бабушка увидела ушки внучки, она вновь взялась за старое. — Девочке обязательно нужны серёжки! Без них она выглядит скучно! — продолжала настаивать она. На этот раз Луиза и Антон проявили твёрдость: — Даже не вздумай, мама! Ты уже натворила дел. Больше не вмешивайся в нашу жизнь, пожалуйста! — строго произнёс сын. Ирина Евгеньевна не стала спорить. Хотя ей очень хотелось преобразить «серую» внучку, она держалась стойко. Бабушка понимала, что время всё расставит по своим местам. «Вот подрастет Маришка», — размышляла она, — «тогда уж мы точно займёмся всеми бьюти-процедурами!» Правда, «на радость» родителей и бабушки, Маришка росла довольно своенравным подростком и в 16 лет вместо ушей проколола нос, а волосы перекрасила в зеленый цвет, тем самым доказывая, что у каждого свои понятия о красоте.

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

— Я хочу жить в свое удовольствие, а не прислуживать перед новой женой твоего отца, — заявила жена — Дорогая, что за беспорядок в спальне? — Никита заглянул в комнату и замер. Повсюду валялись вещи, а на них гордо возлежал кот супругов, Иннокентий. — Я перебираю одежду, смотрю, что надо постирать и отгладить, что докупить. Мы в пятницу уезжаем в загородный клуб, забыл? — Лида обеспокоенно взглянула на мужа. Никита был довольно рассеянным и вполне мог запамятовать или перепутать даты выходных дней. — А пятница — это какое число? — Пятница — это завтра, — хмыкнула Лида. — О-о-о, — лицо мужа вытянулось. — Что? 23 Февраля, выходные! Мы давно планировали уехать на выходные! Ладно, я подозревала, что ты можешь забыть, и начала разбирать и твои вещи. Подай-ка ту майку, по-моему, она тебе мала. Надо подумать, в чем ты будешь ходить на массаж. — Лид, мы ведь еще не оплачивали, да? — По месту расплатимся, я внесла аванс. — А можно его вернуть как-нибудь? — Нет! С чего бы вдруг мне отказываться от мини-отпуска?! — резко ответила Лида. — Так вышло, я совсем забыл и перепутал даты. К нам отец приезжает. С новой женой и ребенком. Ну в честь Дня Защитника Отечества, хотят с нами повидаться и в Москве погостить! — Никита виновато посмотрел на жену. — Звони отцу! Прямо сейчас! И говори, чтобы не ехали к нам! У нас уже все распланировано, вот! — она сунула мужу под нос скрин экрана с программой мероприятий. В 9 утра завтрак, в 11 часов массаж, в 14 — йога, в 16 — катание на лыжах, в 18 — развлекательная программа в баре, а в 22 часа — дискотека 90-х. — Слушай, это все классно, но я не могу отказать отцу. Это же семья! Они на нас рассчитывали. К тому же мужской праздник, надо подарок подарить, поздравить! — Я об этих выходных мечтала с лета! С лета я пашу как лошадь, Никита! И мне плевать, что 23 Февраля мужской день! У нас в семье я, похоже, мужик, если ты не можешь принимать решения! Лида положила горнолыжные штаны в чемодан и захлопнула его, — Лид… — Я еду отдыхать, — сказала она. — Как и планировала. — Что значит «еду»?! Одна, что ли? Как вообще у тебя язык повернулся такое сказать?! Семья превыше всего! Мы обязаны помочь отцу, поддержать его новую семью. Это наш долг! Он очень много сделал для меня! — Никита сменил тактику. — Мой долг — не превращать свою жизнь в бесконечную череду «обязанностей», — спокойно ответила Лида. — Я копила на эту поездку, отказывала себе во многом. Почему я должна и теперь отказать себе в удовольствии? — Потому что так надо! — повысил голос Никита. — Это же отец! И ребёнок маленький, ему нужна женская забота. Ты с детьми хорошо ладишь! Да и вообще… куда мы Иннокентия денем? — Именно! Я с детьми в школе! Я с детьми на дополнительных занятиях! Я с детьми почти 24 на 7! С чужими! На выходных я поеду в загородный клуб только для взрослых! Там я отдохну наконец от детей! А кот поживет у мамы, я уже договорилась! — вспыхнула Лида. — Ты просто эгоистка, если ставишь свои желания выше нужд семьи! — Знаешь что? Я не обязана оправдываться. Я еду отдыхать. Ты можешь присоединиться ко мне после того, как устроишь гостей. Или оставайся с ними — твоё право! — выпалила жена. — Да как ты можешь так говорить?! Ты разрушаешь нашу семью! Ставишь ультиматумы! — Я хочу жить в свое удовольствие, а не прислуживать перед новой женой твоего отца! — заявила жена, пакуя чемодан. — И если для тебя это разрушение нашей семьи, которая к их семье отношения не имеет, значит, нам есть о чём поговорить после моего возвращения. Советую ехать со мной, иначе я могу вернуться с новым мужем! Никита надулся как индюк, но промолчал. Он надеялся, что жена передумает, но… На следующее утро Лида, как и обещала, уехала в загородный клуб. Просто взяла чемодан и вышла из квартиры с городо поднятой головой. А Никита остался. Он был зол как черт. На жену, на отца, но только не на себя. *** — Сынок! Встречай гостей! Мы приехали! — сказал папа, позвонив в дверь квартиры номер 13. Никита натянул улыбку и пошел открывать дверь. — А Лидушка где? — когда объятья и обмены любезностями подошли к концу, спохватился отец. — Она… К маме уехала, с котом, — приврал Никита. Он не хотел говорить отцу, что жена бросила его на выходные, укатив отдыхать. — А… Я думала, она с Максимом поможет. У нас с Пашей столько планов! — мечтательно закатила глаза Лара, молодая жена отца Никиты. — Ну ничего, я справлюсь. Он же уже не грудной… — пробормотал Никита, глядя, как Максим носится по дому, сшибая все, что плохо лежит. Первые часы превратились в испытание. Поначалу он храбрился: — Да что тут сложного? — говорил он отцу. — Дети — это весело! Мы с Максимом отлично поладим. — Хорошо. У нас сегодня в 6 часов спектакль в Большом. Мы пошли собираться, а ты с Максом сходи на прогулку. У вас же тут рядом парк… — сказал отец. — Да без проблем! Вы его только оденьте… — Никита решительно взял малыша за руку и повёл на прогулку. Максим, трёхлетний ураган энергии, сначала послушно шагал рядом, а потом вдруг рванул к луже от растаявшего сугроба: — Хочу прыгать! — завопил он и с разбегу плюхнулся в воду, обрызгав Никиту с головы до ног. — Ну… э-э… молодец, — промокший Никита пытался сохранить лицо. — Активный отдых — это хорошо! — А давай ангелов делать на снегу! — ребенок плюхнулся в снег и ударился о мусорную корзину, которую не было видно из-под снега. К счастью, обошлось испугом. Но как он ревел! Никита едва не умер от страха, думая, что ребенок повредил себе что-то. — Так, чем тебя успокоить? — Мороженое хочу! Хочу!!! — Зимой? — Да-а-а! Прогулка в парке превратилась в испытание для Никиты и тех, кто по несчастливой случайности гулял в тот день в том же парке, потому что все слышали вопли Максима. Даже вороны улетали от греха подальше.© Стелла Кьярри Дома ситуация не улучшилась. Никита решил приготовить ужин и оставил Максима на минутку одного в гостиной. Вернувшись, он обнаружил, что малыш изрисовал фломастерами не только обои, но и новенький диван. — Это… абстрактное искусство, — пробормотал Никита, разглядывая яркие каракули. — Очень современно. Вечером пытаясь уложить Максима спать, Никита читал сказку, пока ребёнок скакал по кровати. — Тише, тише, — уговаривал он. — Пора спать. — Не хочу! — заявил Максим и запустил в Никиту подушкой. — Ладно, — вздохнул тот. — Может, нам просто нужно больше двигаться? Давай поиграем в догонялки! Через пять минут уставший Никита сидел на полу, а Максим радостно скакал вокруг него, вопя: «Никита, ещё!» Пока родители малыша наслаждались спектаклем, Никита боролся с соседями, которые стучали по батарее, призывая к тишине, догонял и убаюкивал Максима, успокаивал после капризов, пытался хоть как‑то организовать его сон. В итоге ребенок так и не успокоился до прихода родителей. — Почему не спите? — недовольно спросила Лара. — Так он не хочет… — Ты глянь, какой он зеленый! Ничего доверить нельзя! — рассердилась жена отца и демонстративно хлопнула дверью в спальне, которая была выделена ребенку. — Что, сын, пойдем за встречу, так сказать… — отец вытащил из пакета стратегический запас, но Никита едва волочил ноги. — Я пойду спать. Что-то я устал, пап… — виновато проговорил он и ушел. Теперь обиделся и папа. Утром они с Ларой по очереди дулись на Никиту. Одна за то, что ему нельзя доверить ребенка, другой за то, что на «взрослые» дела у сына не осталось сил. — Сегодня, я надеюсь, вы справитесь без нас! — сказала Лара, укладывая в сумку косметичку. — А вы куда? — У нас экскурсия. А потом романтический ужин. — А мне можно с вами? — с надеждой спросил Никита. — На романтический ужин?! Мы с Павликом давно не отдыхали вдвоем, куда нам там дети? — цокнула языком Лара. — Так я вроде уже не дети… Сам жену упрашиваю, своих детей хочу! — почесал затылок тридцатилетний Никита. — Вот и докажи, что готов стать папашей! — рассмеялся отец. Они уехали, оставив Никиту на растерзание трехлетнему Максиму. Тот, несмотря на нежный возраст, был не по годам смекалист и сразу понял, что из Никиты можно вить веревки и оторвался на полную. В квартире дым стоял коромыслом, соседи снизу, не привыкшие к такому гаму, вызывали участкового… — Пап, я извиняюсь, конечно, но вы могли бы приехать пораньше? Я боюсь, что на нас заявление напишут. — А вы не дебоширьте, — рассмеялся отец и отключил вызов. В тот вечер Никита уснул на диване, пока Максим скакал вокруг него с водным ружьем. Все было мокрое, несколько цветочных горшков выпотрошены, а книги Лиды «прочитаны» и отправлены в полет в виде бумажных самолетиков из страниц. Усталость накопилась так сильно, что Никита уже не мог притворяться, будто всё в порядке. Он проснулся от какого-то звука, сел на диване и посмотрел на свою квартиру, где словно Мамай прошел. В груди что‑то щёлкнуло: он вдруг ясно осознал, что больше не хочет и не может так жить. Когда с полки полетела подаренная на свадьбу статуэтка лебедей, Никита решился. Он дождался, пока отец вернётся, и твёрдо сказал: — Пап, давай наймём няню. Я больше не справляюсь. И не хочу справляться. Отец поднял брови: — Но Лида же должна была завтра приехать… — Лиды нет, — перебил Никита. — Она в мини-отпуске. И знаешь что? Она была права. Нельзя вечно ставить чужие планы выше своих. Завтра праздник мужчин, так вот… я хочу отдохнуть. Ключи вам оставлю, а утром уеду к жене. Отец был в шоке, но Лара на удивление, приняла решение Никиты. И уже утром Никита приехал к Лиде. Он выглядел уставшим и виноватым. Он сел рядом с ней на шезлонг у крытого бассейна. — Прости, — сказал он. — Дети — это большая ответственность. Макс меня измотал. Лида отложила книгу: — Ну что, хочешь детей? Будешь продолжать ныть на эту тему? Никита рассмеялся и покачал головой: — Думаю, что отложим на годик. Пока для себя поживём. И гостей без предупреждения больше не будем принимать — по крайней мере, пока не научимся договариваться. — Тогда пошли за мной, там массажист как раз освободился. Будем тебя реанимировать. Когда супруги вернулись домой, дома было чисто. Даже диван удалось отмыть от абстрактного искусства! «Все же не зря отец на Ларе женился, нормальная она, хоть и вспыльчивая», — подумал Никита. Лида же приметила, что статуэтка с Лебедями пропала, но решила промолчать. В конце концов, она тоже была неглупой и понимала, что ребенок в доме без присмотра — это маленький ураган. А обижаться на стихию — дело неблагодарное. Главное ведь что? Конечно, погода в доме.

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

Девушек в жизни может быть много, а вот мать — одна. — Хочу познакомить тебя с мамой. Вот увидишь, она тебе понравится, — Фёдор всегда хорошо отзывался о матери, поэтому Кристина была уверена, что они подружатся. — Ты не шутишь? Думала, что ты никогда на это не решишься. Мы уже встречаемся целый год, а я до сих пор не виделась ни с одним из твоих родственников. — Пора исправлять эту ситуацию. Считаю, что сейчас самое время вас познакомить, — подмигнув девушке, ответил парень. Фёдор и Кристина не просто встречались — они планировали совместное будущее. У девушки была двухкомнатная квартира в старом районе, и иногда парень там оставался. Сам Федя до сих пор жил в мамином доме. Он говорил, что раньше снимал жильё, но потом ему урезали зарплату, и стало тяжело платить за аренду. — Я не хотел возвращаться к ней, она сама настояла. Сказала, мол, что ты будешь жить впроголодь, когда у меня пустуют две комнаты? Вот я и переехал. — Что ж, разумно. Если есть возможность сэкономить, почему бы этим не воспользоваться? — пожала плечами Кристина. Кристине очень нравился Федя. Он был добрым, спокойными и симпатичным. Фёдор обожал искусство, умел слушать и хорошо готовил. О таком идеальном партнёре Кристина и мечтать не смела. В будущем девушка планировала выйти за него замуж, создать крепкую семью и родить детей. Но при всей идеальности Фёдора Кристину всё же смущал один момент — парень был чересчур близок со своей мамой. Мужчина звонил ей по несколько раз в день, рассказывал, что ел, куда ходил, что смотрел. Наблюдая за этим, девушка сильно переживала, но потом сама себя успокаивала: «Это нормально. Хорошо, когда сын уважает мать», — говорила она себе. В тот день, когда Фёдор привёл Кристину в родительский дом, она поняла, что мать любимого мужчины действительно была неплохой женщиной. Елена Владимировна встретила молодых людей с искренней улыбкой на лице. — Ой, как же я рада с тобой познакомиться! Феденька все уши прожужжал о тебе. Каждый день рассказывал, какая ты красивая, умная, хозяйственная… — с первых секунд знакомства Елена Владимировна стала общаться с Кристиной так, будто они знали друг друга вечность. — Я тоже рада с вами познакомиться. Федя и о вас очень много рассказывал. Говорил, что вы замечательная мама! — Ой, правда? Так и говорил? Как приятно! — смеялась Елена Владимировна, параллельно бросая нежные взгляды на сына. Вечер знакомства прошёл как нельзя лучше. Домой Кристина вернулась в приподнятом настроении. Елена Владимировна ей очень понравилась. Теперь девушка поняла, почему парень с таким теплом отзывался о матери. Она действительно была доброй, заботливой и гостеприимной женщиной. Но прошёл месяц, и Кристина стала замечать некоторые странности в поведении Фёдора. Каждый раз, когда они планировали что-то вместе, он сначала советовался с мамой. — Мам, как ты думаешь, нам с Кристиной лучше взять заранее путёвки на море или потом по горящим поехать? — девушка слышала его разговоры по телефону. — Мам, ты не против, если я останусь у Кристины? Тебе ничего не надо? — спрашивал он разрешения. — Мам, сходишь со мной в больницу? Врач опять начнёт бросаться терминами, а я в этом ничего не понимаю. При этих разговорах у Кристины замирало сердце. Она была так влюблена в парня, что до сих пор не хотела признавать, что он был типичным маменькиным сынком. До того момента, как Кристина познакомилась с Еленой Владимировной, девушка тоже слышала разговоры Феди с мамой, но они не были такими частыми и подробными. Теперь же ни одно решение не могло быть принято без её одобрения. Вскоре мама Фёдора стала сама звонить Кристине и давать ей советы по поводу сына. — Дорогая, ты знаешь, нашему Феденьке нужно больше отдыхать. Он говорит, что часто готовит, когда у тебя остаётся. У него и так физически тяжёлая работа. Может, не стоит его так нагружать? — говорила она будущей невестке. Кристина всё больше и больше чувствовала, что добром это дело не кончится. Но она всё ещё любила Фёдора и верила, что они смогут найти баланс в отношениях с его матерью... — Кристина! Кристиночка! Ты где, дорогая? Ау! — войдя в квартиру девушки, Фёдор прошёлся по комнатам и обнаружил её в спальне. Кристина лежала на кровати и дремала, но, услышав голос Феди, проснулась.© Стелла Кьярри — Ой, Федь, кажется, я заболела… Горло красное и першит сильно, даже воду глотать больно. Температура под сорок, и ничем не сбивается. У меня жар. — Ничего себе! Где это ты подцепила вирус? Может, скорую помощь вызвать? — запереживал Фёдор. — Нет, не надо. Я уже вызывала врача. Он приходил недавно, прописал мне лекарства, сказал, что через несколько дней станет легче. Но сейчас мне так плохо! Так плохо! Кристина была бледная и слабая. Федя измерил ей температуру и ужаснулся: градусник показывал тридцать девять и пять. — Подожди, я сейчас маме позвоню. Она опытная в таких делах. Спрошу, что надо делать, — не дождавшись ответа, Федя вышел из комнаты. Через пятнадцать минут он вернулся с озадаченным видом. — И что сказала твоя мама? — обессиленно усмехнувшись, спросила девушка. — Эм… мама сказала, что твоё лечение правильное. Врачи знают своё дело. Всё будет хорошо, Кристинка. Скоро ты поправишься. — Вдохновляюще, — ответила Кристина. Она взяла мужчину за руку и спросила: — Ты ведь останешься сегодня? Мне так плохо, даже за водой сходить не могу. Без тебя мне будет ещё хуже… — Знаешь… Кристина, наверное, я всё-таки поеду. Принесу тебе графин сюда, стакан, намочу полотенце, лекарства положу рядом. Всё будет нормально, не переживай так, — сказав это, Федя встал, погладил девушку по голове и уже хотел выйти из комнаты, но Кристина его остановила. — Погоди, ты куда? Почему уходишь? — Я домой. Там маме тоже плохо. Говорит, у неё давление. К тому же она сказала, что я могу заразиться. Я бы не хотел вот так лежать… с температурой, маме болеть нельзя, у нее здоровье слабое, вдруг это сильная болячка?! — Но, Федя, у меня температура. Я… я почти не двигаюсь, мне нужна поддержка! — чуть не плача, сказала девушка. — Я знаю. Но мама — она одна, сама понимаешь. — Что? — Кристина не поверила своим ушам. — Говорю: девушек в жизни может быть много, а вот мать — одна. Я не могу её бросить, — Федя произнёс эти слова с таким гордым видом, будто совершил какой-то благородный поступок. В этот момент внутри Кристины что-то надломилось. Она смотрела на взрослого мужчину и видела в нем ребенка. Она не могла поверить, что человек, которого она любила, способен так легко оставить её в сложный момент. — Ладно, пока. Вечером позвоню, — бросил Федя на прощание. Когда за Фёдором захлопнулась дверь, и без того ослабленная Кристина расплакалась. Она рыдала не из-за того, что осталась одна в беспомощном состоянии, а от горького осознания, что её любимый мужчина оказался обычным маменькиным сынком, для которого привязанность к матери стояла выше любви к ней. В этот момент Кристина поняла, что у них с Федей не будет никакого будущего. Когда ей стало легче, она собрала те немногочисленные вещи парня, что были оставлены им в её квартире, и выбросила их в мусоропровод. Фёдор так и не понял, почему девушка порвала с ним, а Кристина не стала ничего объяснять. Она просто заблокировала его номер. Спустя несколько лет уже замужняя и беременная Кристина встретила своего бывшего парня в супермаркете. Он бродил по молочному отделу в том же пиджаке и с той же причёской. Рядом с Федей шла его мама — взрослая женщина, которая держала мужчину за руку, как в детстве. Он толкал тележку, а Елена Владимировна выбирала йогурт. — Феденька, ты какой хочешь? — Не знаю, мам, выбери сама. — Ладно, тогда возьму с голубикой, как ты любишь… Фёдор улыбнулся. Выглядел он счастливым. Елена Владимировна тоже засияла, и они оба пошли дальше. «Вот и всё», — подумала про себя Кристина. — «Некоторым мальчикам не суждено повзрослеть. Их не отпускают мамы, а они и не торопятся уходить». Когда Фёдор оставил её одну, больную с высокой температурой, она испытывала сильное раздражение. И даже позже девушка всегда вспоминала своего бывшего парня с неприязнью. Но в тот момент, когда Кристина увидела Федю в супермаркете, она обрадовалась, что всё так сучилось. Хорошо, что тогда она нашла в себе силы поставить точку в их отношениях. Если бы девушка простила парня и вышла за него замуж, то стала бы глубоко несчастной женщиной. Жить с человеком, выбравшим вечное детство, действительно тяжело. Фёдор не был плохим человеком, и его любовь к матери не являлась пороком. Просто он оказался незрелой личностью. Сын считал, что защищает и заботится о матери, но на самом деле он просто не мог оторваться от её юбки. Своего сына Кристина воспитывала в традиционных ценностях и любви, но никогда не привязывала к себе так, как Елена Владимировна своего мальчика, Феденьку.

#крикдуши письма от читателей, которым нужен совет. Что делать в такой ситуации?

— Нам придётся жить у тебя, — заявил жених После праздника, проведённого в полном одиночестве, Арина чувствовала себя опустошённой. Как она докатилась до такой жизни?.. С Денисом Арина познакомилась в супермаркете. Они стояли в очереди и случайно перепутали корзины. — Простите, кажется, я прихватил ваши покупки, — мужчина лет пятидесяти смущённо улыбнулся и протянул девушке её продукты. — Ой, точно! А я и не заметила. Сейчас пришла бы домой и обнаружила колбасу вместо фруктов! — весело рассмеялась Арина. Этот случайный диалог стал началом их истории. Разница в возрасте, почти двадцать два года, не смущала Арину. Денису было пятьдесят, ей — всего двадцать восемь. Арина всегда тянулась к «парням» постарше. — Когда ты уйдёшь от неё? Ты говорил, что несчастен с женой, и что не любишь её. Зачем тянуть? — с самого начала Арина знала о семье Дениса и теперь настаивала на его разводе. — Скоро, родная, совсем скоро. Нужно только закрыть один кредит, чтобы Валентина не повесила его целиком на меня. Как только расплатимся — сразу подам заявление. Поначалу Арина не верила в искренность Дениса. В её голове крутились сюжеты прочитанных романов и просмотренных сериалов, где женатые мужчины не разводились, а лишь разбрасывались пустыми обещаниями. Однако, вопреки всем стереотипам, Денис сдержал своё слово. Через год он ушёл от супруги. Этот период стал самым счастливым в жизни Арины. — Нам придётся жить у тебя. Не могу я отнимать квартиру у жены и детей, — произнёс Денис, когда речь зашла о совместном быту с Ариной. — У БЫВШЕЙ жены, — мягко поправила его она. — Да, верно. Но пойми, Валя навсегда останется для меня близким человеком. Она мать моих детей, и мы разошлись без скандалов. Я обязался поддерживать её материально. — Так и должно быть. Дети не виноваты в том, что их родители перестали любить друг друга. У Дениса было трое детей. Старший сын, уже совершеннолетний, всё ещё жил с родителями. Средняя и младшая дочери учились в школе. Отец обожал их, и Арина это знала. Она не собиралась мешать их общению, но даже представить не могла, что именно дети станут главным препятствием на пути к её семейному счастью. — Какие планы на выходные? Может, прогуляемся по торговому центру? Сейчас как раз распродажа зимней одежды. Хотела присмотреть шубу на следующий сезон, — предложила Арина. — Давай в воскресенье? В субботу я обещал дочкам поход в кино. — О, можно я к вам присоединюсь? — с энтузиазмом спросила женщина. — Нет, думаю, это не лучшая идея. Вдруг Валя тоже захочет пойти? Вам обеим будет неловко рядом друг с другом, — замялся Денис. — А почему Вале можно с вами, а мне нет? — не выдержала Арина. — Потому что это наши общие с ней дети. Если бы у нас с тобой был ребёнок, всё было бы иначе. А пока она имеет полное право быть рядом с ними, — твёрдо ответил Денис. Эта логика казалась Арине несправедливой, но настаивать она не стала. И напрасно — вскоре Денис снова встретился с дочками, и, конечно же, там была Валентина. Со временем мужчина стал всё чаще ездить к детям и бывшей жене. При этом он не только исправно платил алименты, но ещё и финансово поддерживал Валю. — Может, хватит разбрасываться деньгами?! Пора подумать о нашей семье! — кричала Арина, когда Денис оставался без рубля в кармане. — Валя много лет просидела в декрете, теперь у неё мизерная зарплата. Я не могу бросить её в такой ситуации. — А когда я уйду в декрет? Мне уже двадцать девять, и я тоже хочу стать мамой! — возмущалась Арина. Каждый раз, когда она поднимала тему детей, Денис отвечал одно и то же: — Подожди немного. Пусть мои дети закончат школу. Я не смогу содержать две семьи одновременно. — Но время уходит, Денис! Почему я должна ждать, пока твоя семья не встанет на ноги? — Так будет справедливо. Помнишь, ты говорила, что дети не виноваты в разводе родителей? Арина горько сожалела о своей прежней терпимости к общению Дениса с бывшей семьёй. Теперь она пожинала плоды собственного великодушия. Видя, как сожительница мучается от ревности и переживаний, Денис стал периодически брать её на семейные встречи. Однако для Арины эти визиты превратились в кошмар. В доме Валентины на неё все смотрели с презрением. — Ну что, как жизнь с папой? Часто ссоритесь? А вот с мамой они никогда не ругались, — с явной издёвкой спрашивала старшая дочь Дениса. — У нас всё хорошо, — лгала Арина. — Да неужели? А папа говорит, что ты его постоянно ревнуешь и боишься, что он вернётся к маме. Это откровение вывело женщину из себя. Дома она устроила скандал Денису. — Когда это закончится?! Когда прекратится этот фарс с большой дружной семьёй?! — кричала она. — О чём ты говоришь? — искренне недоумевал мужчина. — А ты не понимаешь?! В доме Вали я чувствую себя третьей лишней! Ты ведёшь себя там так, будто никакого развода не было! — Я же предупреждал, что Валя и дети навсегда останутся частью моей жизни. И ты сама согласилась с этим! — Но я не думала, что ты будешь мотаться к ним каждые выходные и праздники, оплачивать кредиты бывшей жены и взрослого сына, покупать им продукты и даже одежду! Кто твоя настоящая семья — я или они?! Осознав, к чему идёт дело, Денис решил пойти на компромисс. — Хорошо, предлагаю такой вариант: с дочками будувстречаться на нейтральной территории. Общение с Валей я сведу к минимуму, а старшему сыну объясню, что пора самому брать ответственность за свою жизнь. — Согласна! — с надеждой в голосе произнесла Арина. — Только прошу, сдержи своё слово! Я больше не хочу возвращаться к этому разговору. — Обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы сохранить наши отношения, — ответил мужчина. Первые месяцы Денис действительно держал своё слово. Встречи с дочерьми проходили в кафе или парке. Материальной поддержки сыну он больше не оказывал, хотя изредка помогал Валентине. Правда, Арина об этом не догадывалась. Такая иллюзия продлилась всего полгода. Вскоре Денис стал опять «забегать на минутку» к бывшей супруге, а его дочери тут же сообщали об этом отцовской сожительнице. Арина терпела два года. Когда старшая дочь Дениса окончила школу, женщина стала планировать беременность. «Возможно, наш общий ребёнок заставит его забыть о прошлом», — думала она. — Я записала нас к репродуктологу на субботу. Хочу перед беременностью пройти обследование и проконсультироваться со специалистом, — накануне праздников заявила Арина. — Но ведь это девятое марта, выходной день, дорогая! — удивился Денис. — Это частная клиника, они работают и в праздники. К ним как раз приезжает известный специалист из столицы. Нам очень нужно попасть на этот приём. Это важно для меня и наших будущих детей. — Хорошо, если так важно — поедем, — согласился Денис. Арина верила, что и на этот раз сожитель сдержит своё слово. Но когда она проснулась утром в субботу, Дениса уже не было. До полудня Арина терпеливо ждала мужчину, думая, что он поехал за цветами. Но время шло, а его всё не было. Тогда она набрала его номер: — Ты где? Скоро будешь? Нам в четыре к репродуктологу! — Скоро-скоро, только заеду к Вале, подарю дочкам подарки и сразу домой. Кровь закипела в жилах Арины. С самого утра Денис даже не удосужился разбудить её и поздравить с 8 Марта, зато помчался к дочкам и Валентине. Обида жгла сердце Арины, но она держалась — сегодня был слишком важный день. Часы неумолимо приближались к четырём, а Денис всё не появлялся. Арина звонила ему трижды, и каждый раз он шептал в трубку: — Да-да, уже выхожу, скоро буду. На заднем плане отчётливо слышались радостные голоса его дочерей и Валентины. От этих звуков Арине становилось плохо. Нет нужды говорить о том, что в тот день Денис так и не появился. В три часа его телефон стал недоступен. Арина больше не делала попыток дозвониться. После праздника, проведённого в полном одиночестве, женщина чувствовала себя опустошённой. Как она докатилась до такой жизни? Как могла допустить ошибку и связаться с женатым мужчиной? Девятого утром Денис всё-таки приехал домой. В руках он держал поникший жёлтый тюльпан и контейнер с остатками торта. — Это от Вали, гостинцы, — потупив взгляд, пробормотал мужчина. — Зачем ты развёлся, если они твоя семья? Зачем живёшь со мной, если сердце принадлежит Вале? — тихо спросила Арина. Её глаза были полны разочарования. — Я… прости… У Валентины были родственники, мы немного посидели, выпили, и я уснул. — А как же врач? Ты знал, насколько это важно мне! — Ты, правда, хочешь детей? У меня уже есть трое, может, хватит? Последние слова Дениса поставили крест на их отношениях. Арина ясно осознала, что борьба за место в сердце мужчины бессмысленна. Она не хотела больше ждать и не собиралась жертвовать своим будущим ради призрачной надежды. Собрав волю в кулак, Арина потребовала, чтобы Денис собрал вещи и покинул квартиру. К её удивлению, он не стал сопротивляться…