Путешествия с Финвалом

Невозможно сосчитать, сколько килограммов рыбы мы поймали и съели за шесть экспедиционных сезонов в Карском море и в море Лаптевых. Разной рыбы. Однако за всё это время корюшка попалась нам лишь раз: случайно. И та какая‑то дурная — зацепилась открытым ртом за сетку. Тогда у нас не было снастей для добычи корюшки, да и ходили мы не в тех местах — не в «корюшковых». В 2019 году мы перевезли тримаран на Дальний Восток. Сначала прошли вдоль восточных берегов Чукотки и Камчатки, потом ушли вдоль Большой Курильской гряды к Итурупу. Однако и там ситуация с корюшкой повторилась. Зимой мы живём в Нижегородской области, где, если поискать, можно купить её в мороженом виде. Но я не беру — знаю, что «это не то»: корюшка вкусна только свежей. А летом на Курилах мы ловим рыбу на морской спиннинг. Так и вышло, что корюшку я никогда не готовила. Хотите верьте, хотите нет! До вчерашнего дня, когда местный рыбак подарил нам целый пакет свежайшей корюшки. Я немедленно почерпнула в интернете сведения

Утро в устье реки Немцова выдалось чудесным: небо ясное, на море — штиль, а в сетку попалось целых двенадцать омулей. Такое случается нечасто! Мы с командой быстро справились с обработкой рыбы: мелко нарезали часть на жарку, а крупные куски оставили для ухи. Торопиться сегодня было некуда, так что мы решили прогуляться по долине реки. Немцова — типичная тундровая река на арктическом побережье Таймыра: с широкой сглаженной долиной и извилистым руслом. Без овцебыков и зверей помельче безлесая тундровая гладь казалась безжизненной. Но это обманчивое впечатление: наверняка за нами украдкой наблюдала не одна пара глаз! В то время пока Андрей осматривал окрестности в бинокль и фотографировал, я собирала очередной гербарий для Таймырского заповедника. В этот раз коллекция получилась не слишком богатой: склоны долины, открытые всем ветрам, покрывала довольно скудная, частично уже жухлая осенняя растительность. Лишь жёлтые солнышки маков оживляли пейзаж. Напомню, что в тот день было 8 августа

Порт Ванино — крупнейший транспортный узел Хабаровского края, а паромная переправа Ванино — Холмск — главная морская артерия, связывающая Сахалин с материковой частью России. С годами вокруг порта вырос рабочий посёлок Ванино, где всё связано с портом. Центральная улица посёлка — Приморский бульвар — идеальная прямая, на которой на разной высоте расположены створные знаки, обеспечивающие проводку судов в порт. Первоначально они были деревянными, а в 1958 году световые огни поставили на каменные башни, выполненные в классическом маячном стиле. Любопытно, что створы не вписаны в городскую архитектуру, а наоборот, весь посёлок строился относительно них. Знаков всего три. Первая башня (передний створный знак) находится в нижней точке рельефа, ближе всего к порту. От него вверх по склону поднимается Приморский бульвар. Вторая (средняя) башня стоит на Приморском бульваре в районе пересечения с улицей Молодёжной. А третий, на возвышенности, самый удалённый от берега, отыскать его сможет н

Морозным февральским днём мы выехали из Якутска к Ленским столбам. Это около ста километров к югу. Дорога хорошая. Виды на искрящийся в солнечных лучах лес потрясающие. Несколько часов от Якутска до Столбов пролетели незаметно. План у нас был такой: приехать к Ленским столбам, переночевать, а на рассвете подняться на смотровую площадку, чтобы увидеть панораму во всей красе. Оставалось только решить вопрос с ночёвкой. Разумеется, с собой у нас была зимняя палатка, но это на крайний случай (скоро узнаете почему). Лучший вариант — снять домик, которые там имеются. На левом берегу Лены стоит крутая турбаза. К нашему приезду все дома оказались свободны, но цена в 40 000 рублей за ночь выходила за рамки бюджета. Наше путешествие «Сибирь — Дальний Восток» длилось два месяца, и мы старались расходовать средства разумно. Переехали через Лену ко входу в Ленский нацпарк. На кассе висит прейскурант, в том числе и за аренду домика. Цена демократичная – 4800 руб. в сутки. - У вас есть свободный до

Сколько мне сегодня стукнуло, угадать легко: достаточно взглянуть на фото коня — символа моего года. Обожаю этих маленьких, милых и невероятно выносливых якутских лошадок! Я с ними во многом чувствую родство. Фото необузданного коня в буреломе — одно из моих самых любимых. Правда, в ассоциациях со мной сей конь чересчур брутален. Наверное, мне больше подошла бы такая фотография: В общем, какие фото ни подбирай, а юбилей наступил нешуточно солидный. Впору купить чего-нибудь успокоительного. Хотя, с другой стороны, грех жаловаться: жива, руки-ноги на месте, и здоровья скакать по жизни пока хватает. Пусть уже не галопом, а лёгким аллюром, но довольно бодро. И выгляжу, кстати, неплохо для своего возраста 😉. Публикую без ретуши, но, разумеется, с выигрышным ракурсом, куда ж теперь без него)). Короче говоря, рада всем поздравлениям, комплиментам и добрым словам, а за донатики на успокоительное «пирожное-морожное» (через кнопку «Поддержать») буду особенно признательна! Заранее всем спасибо

Утро в устье Чернохребетной было дождливым и хмурым. Температура — плюс четыре, и в воде, и на воздухе. Забавно, что в воде от этих градусов леденеют руки, а на берегу без ветра комфортно, почти тепло. В ожидании прилива мы прогулялись по галечной косе: пополнили коллекцию моллюсков. Вытащили сетку, поставленную на ночь. В неё попалось шесть омулей. Сварили уху и пообедали. Лишь после этого медленно ползущий прилив позволил тримарану выйти в море. Мы двигались недалеко от берега, чтобы не упустить ничего интересного. И удача не подвела: среди привычного арктического пейзажа мы заметили нечто неожиданное — палатку, людей и технику. Откуда они здесь? До мыса Челюскина нет никаких посёлков… Но всё стало ясно, как только мы причалили и подошли поближе. Это были наши знакомые: мужчины с острова Бегичева, приехавшие сюда еще весной на промысел. Прошлым летом мы почти месяц провели на скованном льдами острове и, разумеется, много общались с этой семьей, а Михаил их фотографировал. Однако в э

Это был тот редкий случай, когда вся команда радовалась плохой погоде. С утра сильный ветер погнал над островом свинцовые тучи, из которых посыпался косой дождь. Разумеется, в этом не было бы ничего хорошего, если бы не ветер. Долгожданный юго-западный ветер! На улице холодно и слякотно. В тримаране сухо, но всё равно зябко. Пришлось затопить печку. Тепло, которое она раздавала, согревало руки и радовало душу, но оборачивалось конденсатом, стекающим по стенкам внутри рубки. Не беда — в солнечный день просохнет! Время шло. Я сварила суп из сушеных белых грибов, заготовленных еще в Нижегородской области, потом смотрели кино, ужинали… А Андрей периодически выбегал под дождь: «оценить обстановку». Ситуация с каждым часом налаживалась. Трудяжка -ветер медленно, но упорно разрушал нашу западню. Просветы в ледяном панцире постепенно расширялись, и он начал смещаться на северо‑восток. Ночной ливень поставил финальную точку — путь был открыт! А утром, словно по волшебству, на синем небе засия

Пограничная застава «Лесозаводская» приступила к охране государственной границы СССР в конце 40-х годов. Первоначально застава занимала ветхий японский дом с колодцем внутри, но через несколько лет было построено новое здание по типовому проекту. Застава дислоцировалась в одноименном поселке «Лесозаводский», который, по разным данным, насчитывал около 50 домов. Население занималось ловлей рыбы и заготовкой леса на склонах вулкана Атсонупури. В поселке находились леспромхоз и рыбацкий совхоз со всей положенной инфраструктурой. От поселка Лесозаводский по склону вулкана почти до верха лесорубами была пробита дорога, по которой тракторами перетаскивали срубленные деревья к заливу и далее вязали связки из бревен для перевалки их в Курильск. Рядом с заставой стояло несколько рыбацких пирсов, оставшихся после японцев, оборудованных лебедками для вытаскивания сетей и лодок на сушу. В километре от заставы по берегу вулкана у японцев находились хозпостройки для копчения и засолки рыбы. В некото

Саша вынырнула из воды рядом с тримараном. — Света, что это? — спросила она, показывая ладонь с бархатными блинчиками. Совершенно не удивительно, что Саша, как и большинство из нас, впервые увидела этих морских существ вживую. Сейчас объясню почему. В последние годы летом у берегов Итурупа Охотское море прогревается так, что в нём вполне можно купаться. Но стоит заплыть чуть подальше или глубже — и вода становится ледяной! А гидрокостюм, знаете ли, штука та ещё: надевать его — целая история, да и ухаживать за ним замучаешься. Поэтому гости с гидриками наведываются к нам нечасто, а опытные фридайверы и того реже. Зато если уж приезжают, без сюрпризов не обходится: обязательно достанут что‑нибудь любопытное со дна морского! Вот и в этот раз, ныряя к подножию острова Одинокий с океанской стороны Итурупа, Александра обнаружила потрясающий подводный цветник. А её заплыв в заливе Доброе Начало увенчался находкой «песчаных долларов». Звучит как тайная валюта русалок, а на деле — плоские м