Свинкины финансы

«Я в 1978 году шел на смену и вообще не думал, дадут мне деньги или нет. А моя дочка сейчас каждый месяц гадает, придет зарплата вовремя или опять скажут подождать». Так говорит Виктор Андреевич, 72 года, из Прокопьевска. Почти 30 лет он проработал на шахте - сначала подземным рабочим, потом горнорабочим очистного забоя, а ближе к пенсии стал бригадиром участка. Тяжелая работа, угольная пыль, ранние подъемы, профсоюзные собрания, шахтерский автобус в 6 утра и четкое понимание: если человек отработал смену, ему заплатят. У Виктора Андреевича есть дочка Ольга. Ей 40 лет. Она менеджер по продажам в маленькой фирме, которая торгует строительными материалами. Компания вроде бы не закрылась, офис на месте, телефон работает, директор ходит мрачный, менеджеры по-прежнему делают планы. Только деньги там давно стали вещью не гарантированной. Зарплату задерживают, премии режут, а иногда прямо говорят: подождите еще несколько дней, клиент не оплатил, кассовый разрыв. Виктора Андреевича больше всег

«Я тогда ей отдала деньги и даже не думала, что она когда-нибудь вернет. А она принесла конверт и сказала: мам, это твое, только с процентами». Так говорит Нина Петровна, 68 лет, из Владимира. Всю жизнь она работала медсестрой в городской больнице, потом старшей медсестрой в отделении. Пенсия сейчас 23 800 руб., плюс иногда подрабатывает уколами на дому у знакомых пенсионеров. Живет одна в старой 2-комнатной квартире, где ремонт последний раз делали еще при муже. Дочь Нины Петровны, Светлана, сейчас живет в Москве. Ей 42 года, она бухгалтер в крупной строительной компании. У нее муж, сын-подросток, ипотека уже выплачена. Но 15 лет назад все было совсем иначе. В 2010 году Светлана с мужем снимали комнату в Подмосковье, ждали ребенка и считали каждую тысячу. На первый взнос за маленькую квартиру им не хватало почти всех денег. И тогда Нина Петровна отдала дочери все, что копила на старость. Как все было 15 лет назад В 2010 году Нине Петровне было 53. Она еще работала в больнице, вставала

Стол, духовка, мука на доске, зелень, оливковое масло, быстрый салат, пирог, который вроде бы можно повторить дома, хотя потом все равно получается не как в телевизоре. Для массового зрителя Высоцкая много лет была не бизнес-леди, а женщиной из программы «Едим дома!». Такой почти домашний образ: актриса, жена Андрея Кончаловского, телеведущая, автор кулинарных книг, человек, который умеет говорить о еде так, будто это не рецепт, а стиль жизни. И вот на этом фоне новость про 164 млрд руб. прозвучала особенно громко. Кто такая Юлия Высоцкая Юлия Высоцкая родилась в 1973 году в Новочеркасске. Потом были переезды, Баку, учеба в Белорусской академии искусств, актерская профессия, театр, кино. До массовой телевизионной славы она была именно актрисой - не просто ведущей с улыбкой у плиты. Широкая известность пришла к ней уже в 2000-х, когда на НТВ появилась программа «Едим дома!». Для многих это была новая интонация на телевидении. Не советская передача, где хозяйка строго объясняет, сколько

«Я сама им перевела. Не взломали, не украли с карты, не вытащили тайно. Я сама сидела на кухне и нажимала кнопки, пока сын спал в соседней комнате». Так говорит Марина, 34 года, из Тулы. У нее сын Артем, 6 лет, аутизм. Ребенок не говорит фразами, плохо переносит шум, долго привыкает к новым людям, может часами ходить по комнате кругами, если перенервничал. Последние 3 года семья живет в режиме занятий, консультаций, очередей, справок и постоянного поиска денег. Деньги, которые Марина потеряла, были не на отпуск, не на ремонт и не на новый телефон. Это были деньги на занятия для Артема: дефектолог, логопед, нейропсихолог, адаптация к школе, сенсорная интеграция. Почти 180 тысяч руб. Они с мужем собирали их несколько месяцев. И за один вечер Марина перевела почти все мошенникам. Как они жили до звонка Марина раньше работала бухгалтером в небольшой торговой фирме. После рождения Артема сначала ушла в декрет, потом поняла, что с обычным графиком ей уже не справиться. Сын часто не мог остав

«Он говорил: зачем тебе эта работа, я мужчина, я обеспечу. А через 10 лет ушел и оставил 25 тысяч алиментов». Эту историю рассказывает Ольга, 39 лет, из Нижнего Новгорода. Сейчас она работает администратором в частной клинике, снимает комнату с сыном и заново учится жить на свои деньги. Хотя еще недавно была уверена, что у нее обычная крепкая семья: муж, ребенок, квартира, общий быт, планы на будущее. Ольга познакомилась с Андреем в 2012 году. Ей было 25, ему 31. Она работала менеджером в строительной компании, получала около 38 тысяч руб. По тем временам для Нижнего Новгорода это были нормальные деньги. Не богатство, но на себя хватало: снять маленькую квартиру с подругой, купить одежду, съездить летом на море автобусом до Анапы. Андрей тогда уже работал в продажах оборудования. Зарабатывал больше, ездил на хорошей машине, снимал отдельную квартиру. Ухаживал красиво: кафе, цветы, такси, подарки не только на праздники. Ольге казалось, что она наконец встретила взрослого мужчину, которы

«Я всю жизнь ему говорил: учись, сынок, будешь жить лучше меня. Он выучился. Инженером стал. А квартиры у него нет до сих пор». Эту фразу говорит Николай Иванович, 72 года, бывший токарь с приборостроительного завода в Ярославле. На завод он пришел сразу после армии, в 1975 году. Работал у станка, потом стал бригадиром, ушел на пенсию уже в 2010-х. Живет он в обычной 2-комнатной квартире на 4 этаже панельной 9-этажки. Эту квартиру ему дали от завода в 1983 году. А его сыну Павлу сейчас 43. Он инженер-конструктор, высшее образование, опыт больше 15 лет, работа по специальности. Но своей квартиры у него нет. С женой и дочкой они снимают однушку, потому что ипотеку не тянут, а накопить на первоначальный взнос все время не получается. История не про то, что один плохо старался, а другому повезло. Николай Иванович всю жизнь честно работал. Павел тоже не лежит на диване. Просто отец и сын оказались в 2 разных мирах. В одном рабочему с завода давали жилье. В другом инженер с высшим образовани

«Я в ее возрасте спокойно работала, ребенка в садик сдала и пошла. А она теперь сидит и плачет: куда меня возьмут с маленьким ребенком?» Эту фразу говорит Валентина Павловна, 63 года, бывший инженер-технолог, сейчас пенсионерка. Живет она в Москве, в районе Перово, в обычной двушке, которую когда-то получила ее мать по очереди от завода, а потом приватизировала. Дочь Валентины Павловны, Ирина, сейчас после декрета пытается выйти на работу. И не может. История вроде бы простая. Женщина родила ребенка, посидела дома, ребенок пошел в сад, пора работать. Так было у самой Валентины Павловны в 1987 году. Так, по ее представлению, должно было быть и у дочери. Но оказалось, что за почти 40 лет поменялось все. Не только зарплаты, цены и названия должностей. Поменялась сама возможность женщины с маленьким ребенком спокойно выйти на работу и понимать, что она кому-то нужна. В 1987 году Валентине Павловне было 24. Они с мужем жили в Москве, в комнате у ее матери. Муж работал водителем в автоколонн

Обычно если машину повредили, все примерно понятно. Было ДТП - ищем виновника, страховку, европротокол или ГИБДД. На автомобиль упало дерево - разбираемся с управляющей компанией или городскими службами. Кто-то поцарапал гвоздем - полиция, камеры, экспертиза. А что делать, если ночью во дворе автомобиль погрызли бездомные собаки? Один автовладелец из Мытищ все-таки дошел до суда и взыскал с администрации больше 130 тыс. руб. Ильенко Владимир Владимирович оставил свой OMODA C5 на парковке возле дома в Мытищах. На следующий день обнаружил повреждения: царапины на переднем бампере и передних фарах. Мужчина обратился в полицию. По материалам проверки выяснилось, что автомобиль повредили собаки. На записи с камер наблюдения было видно, как животные ночью свободно находились на неохраняемой парковке возле многоэтажного дома, прыгали на машину и грызли ее. Потом сделали экспертизу. Стоимость восстановительного ремонта без учета износа составила 133 515 руб. 11 коп. Вот тут многие бы, наверно

Центробанк опубликовал "Обзор финансовых рынков". Оперируют там статистикой за май. Как следует из обзора, объем вкладов и счетов россиян в мае сократился на 449,4 млрд руб. Значит, больше уносили денег из банков и меньше приносили. В апреле, наоборот, был заметный плюс - 1,175 трлн руб. Как наши сограждане распорядились этими средствами? В таблице ЦБ видно увеличение наличных на 381,2 млрд руб. и покупки недвижимости через эскроу-счета на 375,1 млрд руб. То есть часть денег могла уйти из банковских счетов в наличные и сделки с жильем. Желание иметь побольше нала понятно, про это уже много раз писали СМИ. Тут и периодическое отсутствие интернета, ведущее к трудностям с оплатой картами, и просьбы малого бизнеса платить наличными, и страхи людей по поводу сохранности сбережений. В части нала есть еще любопытный момент, который уже подметили коллеги. "Физики" нарастили покупки валюты в мае до 151 млрд руб. по сравнению с 108 млрд рублей в апреле. Эта статистика включает и наличные, и без

Сегодня в Телеграме и в соцсетях уже видела несколько новостей с тревожными заголовками про массовые увольнения. Давайте подробнее обсудим эту тему. Изначально про это написал Телеграм-канал "Осторожно, новости" со ссылкой на главу компании Teachbase Владимира Щербакова. По его словам, компания провела исследование, которое показало: каждая 7-я компания в России готовит сокращение сотрудников. Согласно исследованию, под увольнения в основном попадают HR, офисные менеджеры среднего звена и персонал среднего уровня с высокой зарплатой. Я посмотрела, Teachbase - это образовательная платформа, не самая большая компания. То есть она вряд ли проводила прямо масштабный опрос, это же не Сбер или там hh.ru. Так что прямо пугаться сплошных увольнений вряд ли стоит. Возможно, на своей опросной базе компания получила слишком мрачные данные. Хотя кто знает... В любом случае, говорить об оптимистичной ситуации не приходится, некоторые проблемки реально есть. Когда-то я уже писала про прошлые волны