"Незабудка - вера, надежда, любовь"

Анжеле было сорок. Развод остался позади - тяжёлый, выматывающий, но, как она теперь понимала, необходимый. Жизнь наладилась: работа, подруги, редкие встречи с друзьями. Одиночество не угнетало как прежде, но иногда, особенно по вечерам, накатывала тоска - хотелось простого человеческого тепла, надёжного плеча рядом. Подруги с работы устроили ей «сюрприз»: познакомили с Виктором. Он был на пару лет старше, крепкий, улыбчивый, с хитринкой в глазах. Виктор сразу понравился Анжеле - спокойный, надёжный, с чувством юмора. Правда, был один нюанс: он не разведён. «Мы с женой живём как соседи, - честно сказал Виктор при первой встрече. - У нас сын, хорошие отношения, но любви давно нет. Нам просто удобно так жить». Анжела задумалась, но сердце подсказало дать шанс. Три года она пребывает в этом неопределённом состоянии. Виктор был заядлым рыбаком. Выходные он проводил на озёрах, а потом звонил Анжеле: - Сегодня приеду с рыбалки, жди! И Анжела начинала суетиться. Бежала в магазин за бутылкой

Дарья сидела на кухне и бессмысленно смотрела в окно. Она не замечала ни прохожих, ни машин, ни того, как день медленно сменялся вечером. В такой прострации она жила уже целый месяц - с того самого дня, когда её любимый муж ушёл из дома. Навсегда. Развод оформили месяц назад. Он ушёл тихо, почти незаметно: собрал вещи, поцеловал дочь в макушку, пробормотал что‑то невнятное про «другую жизнь» и уехал к себе на родину. В тот момент Дарья даже не смогла вымолвить ни слова - просто стояла в дверях, сжимая в руках его забытую футболку, и смотрела, как машина скрывается за поворотом. Первые недели Дарья жила как во сне. По инерции просыпалась, варила завтрак - себе и дочке, убиралась, гуляла с дочкой, отвечала на её вопросы об отце. Вечерами они бродили по улицам, которые когда‑то были их семейными маршрутами: вот кафе, где муж впервые взял её за руку, вот парк, где они обсуждали планы на будущее. Теперь всё это стало лишь воспоминаниями — тихими, горькими, но уже не острыми. Боль притупила

Лена Куражова выросла за Уралом в обычной семье. Когда ей было семь лет, отец ушёл из семьи - девочку воспитывали мама и старший брат Митька. Детство Леночки было босоногим, но удивительно интересным: шумные игры во дворе, первые секреты с подружками, маленькие открытия и радости каждого дня. Школьные годы - время первой влюблённости, искренней дружбы и усердной учёбы. Лена выделялась среди сверстников: она была не только общительной и красивой, но и способной. Больше всего ей нравился английский язык - настолько, что она даже пыталась говорить по-английски с братом. Митька лишь махал руками и убегал, но Лена не сдавалась: её увлечение помогло ей отлично сдать экзамены и поступить в университет. На последнем курсе университета судьба распорядилась так, что Лена встретила лейтенанта Алексея прямо по дороге домой. Он сразу обратил на неё внимание - подошёл, представился. Имя «Алексей» понравилось Лене. Оно казалось ей нежным и душевным, а в сочетании с её именем звучало гармонично и при

В  небольшом посёлке, где все соседи знали друг друга как родных, жила добрая и бескорыстная девушка Тоня. Вместе с родителями и двумя старшими братьями она проживала в двухэтажном доме, который стал настоящим центром тепла и уюта для всех вокруг. Тоня окончила школу, но особых талантов у неё не было, да и учиться дальше она не хотела. Поэтому сразу после выпуска девушка пошла работать на завод — прошла курсы и влилась в трудовой коллектив. Дни её были заполнены работой и домашними делами. Позади дома раскинулся огород — место, где собирались все жильцы двухэтажного дома. Здесь дружно высаживали картошку, ухаживали за грядками и наблюдали, как колосится урожай. В огороде все встречались, обменивались поселковыми новостями. Именно здесь мать Тони, Татьяна Васильевна, чаще всего узнавала от соседок свежие вести о своих детях. В один из тёплых вечеров, когда женщины поливали грядки и перекидывались новостями, соседка Марья Ивановна, хитро прищурившись, обратилась к Татьяне Васильевне: —

В  небольшом уральском посёлке, где зимы длинные, а ветер по утрам стучится в окна, как незваный гость, росла девушка по имени Вероника. Её детство прошло под гулкие шаги отца — молчаливого, уставшего от жизни сварщика, который каждое утро уходил на работу, а вечером возвращался уставшим и вечно недовольным. Мать ушла, когда Веронике было шесть. Осталась только фотография в старом альбоме и пустота, которую отец не умел заполнить словами. Жизнь в посёлке была скучной. Дом — старенький, с протекающей крышей и печкой, что дымилась по утрам. Одежда - всегда с чужого плеча, сердобольные знакомые отдавали отцу поношенные вещи. Девчонки в школе шептались за спиной, а мальчишки дразнили — «Чухомотина». Вероника опускала глаза, сжимала в кулаки тонкие пальцы и молча считала дни до выпускного. Но в ней горел огонь. Тихий, но упрямый. Одно желание — уехать. Не просто уехать — сбежать. Далеко-далеко, туда, где никто не знает её имени, где не вспомнят про потрёпанные туфли и старую куртку. Туда,

Она появилась в школе тихо, незаметно. Её звали Майя. И когда она шла по коридору - светлые, пшеничные волосы чуть колыхались, и мальчишки невольно оборачивались:  не потому что она выделялась, а потому что она притягивала Ее серо-голубые глаза, как небо в поздний май, смотрели на мир с радостью и восторгом.  Она могла стоять у окна, задумчивая, с книгой в руках. А в следующую секунду - смеяться, громко, искренне. И даже учительница, строгая Лидия Петровна, невольно улыбалась, глядя на неё. Многие мальчики в школе смотрели на Майю с трепетом.Они писали ей записки, оказывали ей разные знаки внимания. Кто-то оставлял конфеты в пенале, кто-то пытался заговорить у доски, чтобы оказаться рядом. — Майя, ты гуляешь после уроков? — спросил однажды Сашка, румянясь до ушей, когда она выходила из класса. Она улыбнулась: — Нет, Саш, я с мамой в поликлинику. Но спасибо, что спросил. Он кивнул, как будто получил награду, и ушёл, сжимая в кармане сложенную записку, которую так и не решился передать.

Валентин вырос в деревне, среди бескрайних лугов, где жизнь текла размеренно и понятно, а каждый день приносил свои заботы и радости. В центре деревни был пруд — место, куда приходили стада коров на водопой, а деревенская ребятня с визгом и хохотом бултыхалась в тёплой воде. По краям лугов росли яблони — хочешь, срывай и ешь прямо здесь, хочешь — неси домой. Хотя у каждого двора был свой сад и огород: там росли и яблони, и сливы, и овощи. За всем этим богатством нужно было ухаживать: полоть, рыхлить, поливать, собирать урожай. В каждом дворе держали кур с цыплятами — как же без своих яиц? Деревенские ребята с детства были приучены к физическому труду и отлично понимали пословицу: «Не потопаешь - не полопаешь». Валентин был старшим сыном в семье. За ним шёл средний брат Вовка и младшая сестрёнка Нинка. Жизнь Валентина была полна простых радостей: добротное хозяйство, заботливые родители, луга, которые манили своей бескрайностью, пасека отца - круглый год с мёдом. Рядом была и любимая д

На берегу Волги, в тихом посёлке с незатейливым названием Заречье, жила девушка по имени Люська. В округе её все звали не Люськой, а Люськой Косой - с малых лет у девочки было косоглазие. Мать растила её одна: отец ушёл, когда Люська была совсем крохой, и о нём в доме не вспоминали. Люська не была красавицей - обычная девчонка, ничем не примечательная, разве что ростом вышла выше сверстниц. Но из‑за прозвища и косоглазия парни её сторонились: никому не хотелось, чтобы за спиной шептали: «Гляньте‑ка, с Люськой Косой гуляет!» До 24 лет её жизнь текла однообразно: Люська ходила на танцы в сельский клуб - и с танцами возвращалась одна. Никто не приглашал её на медленный танец, не провожал до калитки. Она не роптала, лишь вздыхала порой, глядя, как подружки кружатся в объятиях парней, смеются, шепчутся о чём‑то своём. В один из таких вечеров, когда за окном уже темнело, а из клуба доносились звуки вальса, к Люське подошла её давняя подруга Катя. Та, раскрасневшаяся от танца, сияющая, с за

На берегу реки Двины притулился небольшой посёлок — тихий, уютный, будто сошедший со страниц доброй сказки. Хороша Архангельская область: леса бескрайние, просторы вольные, а воздух — такой, что дышишь и не надышишься. Чистый, свежий, с лёгкой хвойной горчинкой — он наполняет силой и радостью с каждым вдохом. Люди здесь — скромные да трудолюбивые. Знают цену работе, уважают друг друга, помогают в беде. По посёлку проходит железная дорога — она делит его на две части. За железнодорожной линией — лесопункт, а до железной дороги живут железнодорожники. И в той, и в другой части посёлка всё устроено одинаково: по два магазина, по клубу, по пекарне‑кафе. Правда, почта была одна — в железнодорожном районе. Дома тоже отличались. В железнодорожном районе они побогаче — двухэтажные, деревянные и каменные, с резными наличниками и аккуратными палисадниками. А в лесопункте стояли деревянные домики — на одного хозяина или на двух. Простые, но крепкие, надёжные, будто сами собой выросли среди веков

Варвара окончила медицинский колледж и по распределению отправилась работать фельдшером в сельскую амбулаторию. Деревня встретила Варвару тишиной и настороженными взглядами. Старые домики, пыльные улицы, отсутствие привычного городского ритма - всё это давило на неё. В амбулатории было мало оборудования, а пациенты часто приходили с запущенными болезнями, откладывая визит к врачу до последнего. По вечерам Варвара сидела у окна своей комнаты,понимая, как ей одиноко. Она тосковала по друзьям, кафе и кинотеатрам — по всему, что раньше воспринимала как должное. Проходя мимо клуба, Варвара увидела объявление: «Секция по волейболу. Приглашаем всех!» В школе она играла в команде, и мысль снова взять мяч в руки показалась ей превосходной. В спортзале было шумно и весело. Юноши и девушки перебрасывались мячом, смеялись и поддерживали друг друга. Варвара сначала стояла в стороне, но её тут же пригласили в команду, где не хватало игрока. — Присоединяйся к нам! Она вошла в игру и впервые за долго