Самое интересное из сети

На кассе лежат бесплатные пакеты, упаковщица сразу переключилась на корзинку парочки от Армани, а бабушкины апельсины задвинула. Бабушка скрюченными пальцами пытается раскрыть пакет, и положить туда 2 апельсина. Я прошу упаковщицу помочь человеку, это ровно 2 секунды. Терпение девицы лопается. Она начинает бухтеть, что в тааакие магазины пускать нужно только через фейсконтроль, и ниже определенного социального уровня не пускать!... Кассирша начинает поддакивать, что после того как магазин включился в программу поддержки ветеранов к 9 мая и снизил цены на какие-то товары они "Замучились с этими инвалидами, все им не так"! Я говорю, что вы поедете в свою республику и там будете разговаривать так о своих стариках. И потом обсуждение клиентов это мягко говоря не этично, о профессионализме умолчу. И потом есть справедливость, и вы тоже не будете вечно молодыми. Мне на это отвечают, что у них маленькие зарплаты, и вообще.... справедливости нет. Короче происходит обмен любезностями. Все это время скромно одетый парень стоит и внимательно слушает. Подходит его очередь. Парочке упаковали их пакеты, бабушка пытается убрать социальную карту в кошелек и уйти, парень просит ее задержаться. Подзывает охранника, вызывает администратора. Все стоят, смотрят. Парень представляется. Оказался генеральным управляющим всей сети. Кассиршу оштрафовал на 5 т.р. Администратора и упаковщицу на 3.5. Попросил бабушку пройти с охранником, взять тележку и купить все, что ей необходимо. За счет оштрафованных.))) А потом попросил сотрудника довести бабушку с покупками до дома. Пока он будет в соседнем кафе пить кофе, к нему придет администратор с номером ФИО и контактами бабушки, которой каждую неделю в течении месяца будут приносить продукты на 2000 р.))) Повернулся ко мне, улыбнулся и сказал спасибо. Я спрашиваю за что? Он сказал, за неравнодушие и активную гражданскую позицию. ))) Все три очереди в кассы просто прослезились...))) А справедливость есть! Если эта история понравилась Вам, нажмите Класс или оставьте свое мнение в комментариях, только так я вижу что Вам понравилось, а что нет. Спасибо за внимание 💛

Направила свою коляску на кухню. Разогрела чайник, достала из холодильника котлету. Съела, попила, чай. Мамы всё не было. Не выдержала, вновь взяла телефон и набрала номер: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети», - вновь раздался голос автоответчика. Перебралась на свою кровать, положив телефон под подушку. Свет тоже не стала выключать, без мамы так страшно. Лежала долго, но всё же заснула. *** Проснулась, когда солнышко заглянуло в окно. Мамина кровать заправлена. - Мама! – крикнула она в сторону прихожей. В ответ тишина. Взяла телефон, позвонила. В ответ тот же чужой металлический голос Стало страшно, из глаз полились слёзы. *** Константин возвращался из кафе. Там каждое утро продавали свежую сдобу. У них с мамой каждое утро начиналось с этого, она готовила завтрак, а сын ходил в кафе за булочками. Константину уже тридцать, но он до сих пор не женат. Девушки и женщины просто не обращали на него внимания: некрасивый, худой, болезненный. Болезни его преследовали с самого рождения. Надо было дорогое лечение, но мама его воспитывала одна. Последний диагноз поставили, когда он уже стал взрослым, объявив, что у него не может быть детей. С тем, что никогда не женится, Костя уже смирился. В траве мелькнул сломанный старый телефон. Телефоны и компьютеры были его и увлечением, и работой. Он был программистом и блогером. Телефоны у него, конечно, были и притом самые крутые, но из-за чисто профессионального любопытства он поднял этот. Телефон был раздавлен, словно по нему проехала машина и отбросила его в сторону. «Может, что случилось? – мелькнула мысль, сунул сломанный аппарат в карман. – Дома разберусь». *** После завтра извлёк из найденного телефона симку и вставил в один из своих. Номера на симке принадлежали в основном больнице, пенсионному фонду и другим подобным учреждениям, но первым стоял адрес «дочка». Немного подумав, позвонил по этому номеру: - Мама! – раздался радостный детский голос. - Я – не мама, - растерянно произнёс Костя. - А где мама? - Не знаю. Я нашёл сломанный телефон, переставил симку и позвонил. - У меня мама пропала, - раздался плач. – Она ещё вчера ушла в магазин и не вернулась. - А где твои папа, бабушка? - Нет у меня ни папы, ни бабушки. У меня только мама. - Тебя, как зовут? – парень понял, что ребёнка надо выручать. - Юля. - Меня – дядя Костя. Юля, выйди из квартиры и скажи соседям, что осталась одна. - Я не могу выйти, у меня ножки не ходят. И в соседней квартире никто не живёт. - Подожди, как это не ходят? – Константин совсем растерялся. - Я такая родилась. Мама говорит, что надо накопить денежек и мне сделают операцию. - А как ты передвигаешься? - На коляске. - Юля, ты свой адрес знаешь? – Костя приступил к действиям. - Да, улица Кутузова дом семь, квартира восемнадцать. - Я сейчас приеду, и мы найдём твою маму. Он выключил телефон. Нина Антоновна зашла в комнату сына: - Костя, что случилось? - Мама, я нашёл сломанный телефон. Поставил симку в один из своих. И позвонил. В общем, там маленькая девочка осталась одна в квартире, и она инвалид. А других родственников у неё нет. Я узнал у неё адрес. Поеду, разберусь. - Поехали вместе, - и женщина стала собираться. Нина Антоновна одна воспитывала сына, который очень часто болел, она прекрасно представляла, каково одинокой матери с больным ребёнком. Сама она сейчас на пенсии, а сын очень хорошо зарабатывает. Они вызвали такси и поехали выручать ребёнка. *** Позвонили в домофон. - Кто? – раздался грустный голос ребёнка. - Юля, это я, Костя. - Заходите! Зашли в подъезд. Дверь в нужную квартиру уже была приоткрыта. Зашли в квартиру. Худенькая девочка в инвалидной коляски, смотрела на них грустными глазами: - Вы найдёте мою маму? - Как твою маму зовут? – сразу задал вопрос Константин. - Лида. - А фамилия? - Перова. - Подожди, Костя! – остановила его мать и спросила у девочки. – Юля, ты кушать хочешь? - Да. В холодильнике была котлетка, но я её вчера съела. - Так, Костя, беги в магазин, в который мы всегда ходим, купи то что мы покупаем. - Понял! – и выбежал из квартиры. *** Когда вернулся, мать успела что-то приготовить на кухне. Сразу разобрала пакеты, накрыла на стол. Когда поели Костя взялся за поиски мамы девочки. Открыл городской сайт и стал просматривать происшествия за вчерашний день. «Так, так. На улице Парковой водитель автомобиля «жигули» допус-тил наезд на жен-щину. Постра-давшая доставлена в тя-жёлом состо-янии в больницу». Достал телефон, стал звонить. После третьего звонка ответили: - Да, вчера к нам доставлена постра-давшая с улицы Парковой. Состояние тяжёлое. Пока не приходила в себя. - А как её фамилия? - Документов и сотового телефона при ней не было. Вы её родственник? - Ну… пока не знаю… - Приезжайте по адресу… - Адрес я знаю. Сейчас приеду. Отключил телефон и подошёл к девочке: - У тебя фотография мамы есть? - Да, - она подъехала к тумбочке и достала альбом. – Вот мы с мамой недавно фотографировались. - Какая у тебя мама красивая! Константин достал телефон и сделал снимок, улыбнулся девочке: - Пойду, - искать твою маму. *** Открыла глаза. Белый потолок. Сознание потихоньку возвращалось. Перед глазами мелькнула летящая машина… Попробовала пошевелиться, движение болью отдалось во всём теле. Подошла медсестра, тихо спросила: - Проснулась? И тут глаза Лиды расширились от ужаса: - Сколько я здесь лежу? - Двое суток. - Там в квартире дочка одна... - Лида, успокойся! – медсестра осторожно положила руку на грудь больной. - Здесь молодой мужчина вчера приходил. Оставил тебе свой телефон. Говорит, что твой машиной раздавило. - Мне позвонить… - Сейчас! – она задела пальцем по надписи: дочь, и приложила аппарат к ухо больной, и оттуда раздалось: - Мама! - Юленька, доченька, как ты! - Всё хорошо! Со мной бабушка Нина и дядя Костя приходит. - Какой дядя Костя? - Больная не волнуйтесь! – произнёс зашедший врач. – Иначе, оберу телефон. Давайте я вас осмотрю! - Доченька, я перезвоню, - крикнула Лида и выключила телефон. Доктор осмотрел. Приказал, что-то медсестре, та тут же поставила капельницу. Когда врач вышел, медсестра взяла телефон и положила себе в карман. - Можно, я с дочерью ещё минутку поговорю? – тихо прошептала Лида. - Доктор запретил вам волноваться, - но всё же достала телефон и набрала номер. - Доченька… - Лида, меня зовут Нина Антоновна, - раздался незнакомый женский голос. – Выслушайте меня! Мой сын нашёл ваш сломанный телефон. По сим-карте разыскал вашу дочь и вас. Я – пенсионерка. Пока вы в больнице, побуду с вашей дочерью. Не волнуйтесь! Передаю телефон Юле. - Мама, не расстраивайся и выздоравливай быстрее! – раздался голос дочери. - Доченька, слушайся бабушку! – схватилась Лида, как утопающая за соломинку. - Больная, выключайте телефон! – раздался голос медсестры. *** На следующий день Лиду перевели в общую палату, а вечером, в часы приёма заглянула медсестра: - Перова, к тебе посетитель. Лида даже удивиться, как следует не успела. Зашёл парень, какой-то некрасивый, худой: - Здравствуйте, Лида! Меня Костя зовут, - улыбнулся. – Вот пришёл навестить тебя. Не обижаешься, что я сразу на «ты»? - Нет. Он поставил на тумбочку большой пакет: - Здесь моя мама тебе собрала. - Костя, я даже не знаю, кто вы, - растерянно произнесла больная. - Я случайно нашёл твой раздавленный телефон. Симка оказалась целой. Позвонил твоей дочери. Затем разыскал тебя. - Как там моя Юленька? - Сейчас. Он взял с тумбочки телефон, который сам оставил при первом посещении. Немного поколдовал над ним. - Вот, пожалуйста! Лида глянула на дисплей и увидела свою дочь. - Мама! – закричала та. – Тебе больно? - Нет, доченька, уже не больно. Как ты? - Ко мне баба Нина приходит. Больная долго разговаривала со своей дочерью. Константин терпеливо ждал. Поговорив, Лида опустила голову: - Я теперь ваш должник. - Ладно тебе, Лида! – улыбнулся. – И давай, переходи на «ты»! - Спасибо, тебе, Костя! - Сейчас покажу, как пользоваться этим телефоном. *** Прошли две недели. Виновник той аварии принёс Лиде отступные двести тысяч прямо в больницу и привёл адвоката. На следующий день её выписали из больницы. Костя приехал за ней и привёз домой. - Мама! – радостно закричала дочь. Казалось, ещё немного и она выскочит из своей коляски. Лида присела рядом с ней, обняла дочь и заплакала от счастья. Затем подошла к пожилой женщине: - Нина Антоновна, большое вам спасибо! - Ладно, тебе Лида! Юля мне вроде внучки стала. - Нина Антоновна, мне виновник аварии отступные принёс, - она достала из сумочки деньги. – Возьмите! Мне больше нечем вас отблагодарить. - Убери, Лида! – Строго произнесла пожилая женщина. - Мы с сыном, точно, не обеднеем, а тебе Юлю лечить надо. Костя уже договорился с какой-то клиникой. - Мама! - радостно воскликнула дочка. – Дядя Костя сказал, что мы с тобой поедем в больницу и мне сделают, чтобы ножки ходили. *** Две недели пробыла Лида с дочерью в клинике. Поставили спицы. Через три месяца, нужно обратно в клинику. Затем всё это ещё раз через год и ещё раз через год. Через три года, после трёх операций и реабилитации, обещали, что Юля будет ходить. А пока девочка так и передвигалась в коляске. К тому же, спицы доставляли неудобства. Но видно судьба решила испытать на крепость этих четверых людей. У Нины Антоновны стало плохо с сердцем и её положили в больницу в тяжёлом состоянии. Три ночи провела Лида в больнице рядом с этой, ставшей родной, женщиной. Возвращалась домой лишь приготовить на всех обед и немного поспать. Ночами с Юлей оставался Константин. На четвёртый день Нина Антоновна окончательно пришла в себя. Долго грустными глазами смотрела на сидящую рядом Лиду, затем тихо проговорила: - Доченька, видно не долго мне осталось жить на белом свете. Выходи замуж за моего Костю. Он человек надёжный. Вместе вы и Юлю на ноги поставите. - Нина Антоновна, разве он меня возьмёт? - Возьмёт! – на лице женщины мелькнула улыбка. – Обязательно возьмёт. *** Пожилая женщина держала за руку девочку с ранцем за спиной и букетом цветов. Если бы не довольно высокий рост девочки, можно подумать, что в школу она идёт в первый раз. А она и шла в школу первый, но уже в четвёртый класс. Первые три года она обучалась дома дистанционно. Окончила три класса на четвёрки и пятёрки. И вот сейчас шла в школу на своих ногах. - Бабушка, мне страшно немного. - Что ты, Юля? Тебе уже десять лет! Вон и твои папа с мамой идут! - Доченька, ты что такая невесёлая? – подошла к ней Лида. - Боится в школу идти, - помотала головой Нина Антоновна. - Давай руку! – Константин подал девочки свою ладошку. – Пошли! - Вот с тобой, папа, мне совсем не страшно, - улыбнулась Юля. И они, весело болтая, направились к школе, а следом шли мама и бабушка, такие же счастливые. Если история пришлась Вам по душе, нажмите Класс, мне будет очень приятно

Нина посмотрела в прихожей в зеркало, поправила сбившуюся причёску и открыла дверь. На пороге стоял Николай, друг и коллега Алексея. - Здравствуй, Нина. - Здравствуй, Коля. А Алексей ещё не пришёл с работы, - сказала она. - Знаю. Я, в общем-то, к тебе. – Николай переминался с ноги на ногу. - Проходи. – Нина и отступила в сторону, впуская Николая. Он снял пальто, повесил его на крючок вешалки, шарф сунул в рукав. Потом скинул ботинки. Нина смотрела на него, думая, что могло привести его к ней. Уж не случилось ли что с Алексеем? Николай одёрнул пиджак и посмотрел на Нину, ожидая приглашения пройти в комнату. - Проходи на кухню, - сказала Нина. Как известно, лучше всего вести беседы на кухне. Николай прошёл первым и сел за стол. Нина подошла к плите и включила конфорку под чайником. Он тут же зашумел. - Чай или кофе? – спросила Нина, оглянувшись к Николаю. - От чая не откажусь, - сказал он. Нина достала из шкафа чашку. Вазочка с конфетами и печеньем уже стояла на столе. Неостывший чайник почти сразу закипел, предупредив об этом звонким свистом. Нина налила в чашку чай и пододвинула к Николаю вазочку с конфетами. Села напротив. - А ты не будешь за компанию? – спросил Николай, явно чувствуя себя не в своей тарелке. - Ты ведь не просто так пришёл. Что-то случилось? С Алексеем? – вместо ответа спросила Нина. - Жив и здоров твой Алексей.- Николай опустил глаза, делая вид, что выбирает конфету. - Рассказывай, - нетерпеливо попросила Нина. - Давно хотел тебе сказать… - Николай взял конфету и стал разглядывать фантик. - Ты женщина видная, умная, хозяйка что надо… - начал Николай, разворачивая конфету. - Не хотел вмешиваться в вашу семью. Но вынужден открыть тебе глаза на Алексея, - Николай положил в рот конфету и стал жевать. - Ну? Мне клещами из тебя тащить? – Нина теряла терпение. - В общем, мне неприятно тебе говорить… - Николай с шумом отхлебнул из чашки. - Говори, - с нажимом сказала Нина. - У Алексея есть любовница, - выпалил Николай и закашлялся, подавившись конфетой. Нина привстала, перегнулась через стол и постучала Николая по спине. Потом села и засмеялась. - Ты не поняла, что я сказал? Не веришь? Или знала? – расстроенно спросил Николай. - Уф, а я-то подумала, что что-то страшное случилось, - отсмеявшись, сказала Нина. Теперь настала очередь Николая удивляться. - Ну и что? Алексей мужик видный, в самом соку, - сказала Нина. - А тебе какая забота? Вы же вроде как друзья, а друзья не предают. Сам-то, сколько раз на сторону ходил? – Нина холодно смотрела на Николая. - Свою семью просрал, так теперь пришёл мою разрушить? – возмущенно сказала Нина и даже встала из-за стола. - Я пришёл открыть тебе глаза. Ты для него всё делаешь. Готовишь, стираешь, пироги печёшь. Сама – лучше не бывает. А он не ценит тебя, - пролепетал Николай, раскрасневшись то ли от смущения, то ли от горячего чая. -Попил? А теперь уходи. Алексей вот-вот придёт, - резко сказала Нина. - Я пойду, только ты подумай над моими словами. Хорошо подумай. Предупреждён, значит… - Иди, иди, благодетель, - поторопила его Нина. Николай быстро ретировался в прихожую. Завертел головой в поисках обувной ложки. Не найдя, с кряхтением наклонился и стал надевать ботинки. Нина стояла, скрестив на груди руки и прислонившись плечом к дверному косяку. Смотрела холодно и нетерпеливо. Николай кое-как обулся, сорвал с вешалки пальто и подошёл к двери. Долго возился с замком, наконец, отпер дверь и вышел на площадку. За ним по полу тянулся шарф, свесившийся из рукава пальто. Он обернулся, хотел что-то сказать, но Нина захлопнула перед ним дверь. Она вернулась на кухню, поставила чашку с недопитым чаем в мойку и тяжело опустилась на стул. С Алексеем они познакомились в драмтеатре. В антракте в буфет выстроилась очередь. Нина с подругой пристроились в самом хвосте. - Ужас, как пить хочется. Думаешь, успеем? – заволновалась подруга. - Стой здесь, - сказала Нина и пошла в начало очереди. Перед самым прилавком увидела двух парней. Нина подошла к ним и тихо просила купить ей бутылку воды. Один из парней согласно кивнул. Он попросил воду у буфетчицы и отдал пластиковую бутылку Нине, отказавшись от предложенных ею денег. Нина поблагодарила его и отошла к подруге. Девушки встали у стены и по очереди пили прямо из бутылки. Пробираясь на своё место в зале, Алексей вертел головой, высматривая Нину. Их взгляды встретились, и Нина смущённо опустила глаза. Весь второй акт Алексей то и дело оглядывался на неё. Когда после спектакля Нина с подругой вышли на улицу, парни уже ждали их у выхода. - Понравился спектакль? – спросил тот, что купил Нине воду. - Да, - сказала она. - Я Алексей, а это Сергей, мой друг. Девушки тоже представились. Они шли по пустеющим улицам. Дневная жара спала, на город опустились прохладные сумерки. Сначала шли все вместе, обсуждая спектакль. Потом разделились по парам. Алексей уже два года работал после окончания института, а Нина только что окончила педагогический. Она не могла сказать, о чём они говорили в ту первую встречу. Но хорошо запомнила чувство радости, волнения и счастья, которые испытывала, идя по вечернему городу рядом с Алексеем. У подружки с Сергеем ничего не получилось, а Алексей и Нина больше не расставались. Весной они сыграли свадьбу. Им дали комнату в семейном общежитии от предприятия, где работал Алексей. Через год у них родился сын, а ещё через два дочка. Руководство выделило им в этом же общежитии двухкомнатную квартиру с маленькой кухней. Это было счастье. Очереди на получение бесплатных квартир ушли в прошлое, но зато разрешили приватизировать комнаты в общежитии. Что они и сделали. Потом продали жильё в общежитии, и не без помощи родителей купили большую квартиру. Они были молоды, легко преодолевали трудности, ссорились и мирились, и были счастливы. Казалось, так будет всегда. Сын после института уехал работать в Москву. Строил карьеру, не спешил обзаводиться семьёй. А вот дочь вышла замуж рано, будучи студенткой. Не захотела жить с родителями, снимали с мужем квартиру, обзаводиться детьми не спешили. Застывшим взглядом Нина смотрела в одну точку. Они с Алексеем давно притёрлись друг к другу, стали одним целым. Дети выросли, живут самостоятельно. Теперь жить и жить. Молодые ещё, пятидесяти нет. Но пришёл Николай и всё разрушил. Позавидовал их счастью. Им многие завидовали. Друзья разводились, женились снова, а Нина с Алексеем были счастливы вместе. Николай развёлся с женой лет десять назад. Раньше дружили семьями. Зоя, жена Николая, была бойкой и весёлой. Она нравилась Нине. Но после развода не захотела видеть в их доме Николая с разными женщинами. Он и к Нине подбивал клинья. Она раз и навсегда отшила его. «Может, помнит обиду и мстит? А может, не было ничего? Откуда Николай знает? Свечку держал? Флирт, симпатия – это ещё не измена. А даже, если и было что? Ну увлёкся мужик кем-то, не факт, что серьёзно. Нет, нельзя рубить с плеча. Мне ведь тоже нравится внимание мужчин. А отец одной ученицы недавно признался в любви. Но это игра, флирт, а не измена. Нет, я не позволю разрушить нашу семью. А дети? Они любят отца. Я ведь не смогу без него жить. Не представляю как. Столько лет вместе…» И Нина приняла решение не говорить ничего Алексею, не показывать вида, что что-то знает или подозревает. Пока. А дальше будет видно. Нина приготовила ужин на скорую руку, как раз к приходу Алексея. Всё, как всегда, ничего необычного, кроме неприятного разговора с Николаем. Есть не хотелось. Нина поковыряла вилкой картошку и отставила тарелку в сторону. - Ты в порядке? – спросил Алексей. - Да, просто устала. Алексей поблагодарил за ужин, ушёл в комнату. Вскоре до Нины донёсся звук работающего телевизора. Она вымыла посуду, села за стол и окинула взглядом уютную кухню, стены которой за много лет видели слезы радости и печали, слышали крики ссор и слова примирения. А сколько детских секретов слышали эти стены? И всё? Разве можно всё это перечеркнуть, забыть, выбросить из жизни и заметь чем-то или кем-то другим? Несколько дней Нина боролась с собой, пыталась убедить себя, что всё в их жизни по-прежнему. Алексей вёл себя, как обычно. Если и задерживался после работы, то ненадолго, всегда звонил и предупреждал. Однажды она не выдержала и поехала к мужу. Зачем? И сама не знала. Дети ведут себя по-разному дома, в школе и на улице. Может, и мужчины так же? Тогда она всё поймёт или, наконец, успокоится. Отменила последний урок к радости учеников и поехала к Алексею на работу. - Нина? Почему ты приехала? Что-то случилось? – беспокойно всполошился Алексей, когда увидел в офисе жену. - Нет, просто отменили уроки. Ты уже обедал? - Да. Только что, - ответил Алексей, всё ещё не оправившись от сюрприза. - А я думала, что пообедаем вместе. Я заходила в магазин, тут недалеко. Хотела платье себе новое выбрать на день рождения. – На секунду в глазах Алексея мелькнуло чувство вины. Или Нине это только показалось? «Он забыл о моём дне рождения», - догадалась она. - Вот и забежала к тебе. Что хочешь на ужин? – торопливо спросила, пытаясь скрыть за словами своё волнение. Ответить Алексей не успел. В кабинет заглянула молодая невысокая женщина. На долю секунды их с Ниной взгляды встретились. «Это она», - промелькнуло в голове Нины. - Вы заняты, Алексей Викторович? Я зайду позднее, - женщина закрыла за собой дверь. Нина сразу сникла. - Я пойду. Не буду тебе мешать, - сказала она и направилась к двери. - Нина! - окликнул её Алексей, но она махнула ему рукой и вышла из кабинета. Нина шла по коридору и ругала себя, что приехала. - Подождите! – раздался голос за её спиной. Нина остановилась и оглянулась. Её догоняла та самая молодая женщина, что заглядывала в кабинет Алексея. - Вы же Нина, жена Алексея… Викторовича, - не спросила, а сказала она. Нина молчала и ждала. - Я хотела поговорить с вами. В соседнем доме есть кафе, мы часто там обедаем. Наши сотрудники, - поправилась женщина. В кафе почти все столики был свободные. Обеденный перерыв давно закончился, а до вечерних свиданий было ещё далеко. Они сели за дальний столик в глубине зала. Нина специально не разглядывала женщину, но заметила яркую помаду на губах, тщательно подведённые чёрным карандашом глаза. Вишнёвая кофта с глубоким вырезом красиво обтягивала пышную грудь. Полнота была ей к лицу. - Заказать кофе? – спросила она. - Нет. Я вас слушаю, - сказала Нина. - Я представляла вас другой, - произнесла женщина. - Какой? - Вы же учительница? Думала, вы нервная, жёсткая. Сухарь, одним словом. А вы симпатичная. Вам неприятно будет услышать, но я люблю Алексея. Я как увидела его… - А он вас? – перебила её Нина. Она растерянно моргнула, не ожидала такого вопроса. - Я знаю, у вас двое детей, вы двадцать пять лет вместе. Но дети уже взрослые, у дочери своя семья. Видите, я много знаю о вас. Со временем чувства остывают, мужчины ищут их на стороне. Отпустите его, - с отчаянием вдруг сказала женщина. Нина не ожидала такого поворота. - Я не держу. Но, как вы правильно заметили, у нас семья, дети, которые любят своего отца. Вы думаете, что можете прийти и забрать его, будто он вещь? А если он окажется не тем, кого вы себе придумали? Он храпит по ночам, любит вкусно поесть, чтобы к его приходу был готов обед или ужин. А когда болеет, становится капризным, как ребёнок, лежит и умирает при малейшем подъёме температуры и насморке. Нина достала из сумочки несколько фотографий. Года три назад она попала в больницу с тяжёлой формой ковида. Болезнь не изученная, кто знает, как всё обернётся? Взяла с собой эти снимки, как напоминание, что её ждут, она нужна и должна обязательно поправиться. Так и получилось. С тех пор носила их всегда с собой, как талисман. - Вот, посмотрите. Это мы на море. Разве Алексей выглядит несчастным? Смотрите, как дети обнимают его. И вы решили, что всё это он забудет, выбросит из своей жизни ради вашего пышного тела? Не все женатые мужчины уходят из семьи, а если и уходят, то часто возвращаются назад. Ничего у вас не выйдет. Счастье нужно заслужить, терпеливо вырастить, как капризный цветок. Не получится стать счастливой, отняв его у другой. – Нина встала из-за столика. - Вы ошибаетесь. Я не держу его. Если захочет, пусть уходит к вам. Но он не уйдёт, – сказала Нина и направилась к выходу, чувствуя спиной взгляд соперницы. Ей хотелось сорваться и скорее убежать отсюда, но она медленно, не оглядываясь, шла через весь зал. «Я не смогу без него. Я не хочу жить без него. Просыпаться и засыпать одной, есть, пить и ходить на работу... Зачем? Я не смогу…» - повторяла она про себя всю дорогу до дома, глотая слёзы. Дома, не раздеваясь, она подошла к шкафу и стала рыться в нём. Нашла помаду и чёрный карандаш. Перед зеркалом в прихожей накрасила губы и нарисовала неровные стрелки у глаз. Ужаснулась своему виду. Ей всё это не шло, как той, другой. Она даже не спросила, как её зовут. Какая разница? Нина вернулась в комнату, легла на диван и уставилась в потолок. - Нина, почему ты лежишь в пальто? Ты заболела? – Алексей подошёл и склонился над ней. – Что ты сделала с собой? Тебе не идёт. Он ушёл, но вскоре вернулся с мокрым полотенцем и стал стирать косметику с её лица. - Не надо, отстань… Мне больно, - Нина села, замахала руками, отбиваясь от Алексея. Пару раз она ударила его по лицу. Алексей отбросил полотенце, крепко прижал к себе упирающуюся Нину. Она обмякла. Словно прорвав плотину, из глаз её хлынули слёзы. Она вздрагивала от рыданий, прижималась к Алексею, повторяя снова и снова: - Я не смогу без тебя. Не хочу… Не хочу жить… Когда рыдания стихли, Алексей снял с неё пальто и полусапожки, уложил на диван, и накрыл пледом. Несколько дней они оба избегали говорить об этом. А в воскресенье друг за другом приехали дети. С утра Нина и Алексей вместе готовили, накрывали на стол в большой комнате, в центре которого красовался огромный букет красных роз, подаренный ранним утром Алексеем. Когда сели за стол, разлили вино, сын встал с бокалом вина. - Мам, ты всегда спрашивала меня, когда я женюсь. Отвечаю сейчас - когда встречу такую, как ты. Ты лучшая мама и женщина на свете. - Согласен, - поднялся с бокалом вина зять. – Я люблю Светлану, но решил жениться на ней, когда узнал вас, Нина Михайловна. За вас! Желаю вам здоровья и счастья на долге годы. - Спасибо, мальчики, - Нина протянула к ним свой бокал. Последней Нина чокнулась с Алексеем. - Мам, мы не стали покупать всякую ерунду, сбросились и решили подарить вот это. - Сын поставил на стол пустой бокал, достал из кармана пиджака конверт и протянул Нине. - Что это? – она осторожно открыла его и достала два авиабилета. - Мы дарим вам с папой поездку на Канары. Там круглый год весна. Мы всё рассчитали. У тебя будут зимние каникулы, а отцу придётся договориться на счёт отпуска на работе. Отказы не принимаются. Хоть раз в жизни вы должны отдохнуть по-человечески. Алексей пожал плечами и невинно улыбнулся, мол, для него это тоже сюрприз. Потом, проводив гостей, Алексей с Ниной убирали со стола, мыли посуду. - Я знаю про ваш разговор с Надеждой, - неожиданно сказал Алексей. Нина замерла с салатником в руках. Между нами ничего не было. Я давно замечал, что она ко мне неравнодушна. Однажды она попросила починить ей дверь. Я пришёл к ней, но с дверью оказалось всё в порядке. Тогда она сказала, что давно любит меня, стала раздеваться… Я уже стар для таких игр. Не увольняться же мне из-за неё. И никуда я не собираюсь от тебя уходить. - Правда? – Нина внимательно посмотрела на мужа. - Николай только и ждёт, чтобы я оставил тебя. Ничего у них не выйдет. Сын прав, ты самая лучшая. Алексей забрал у неё салатник, поставил его на стол и обнял Нину... «Жена не шкаф, подвинется», — говорит вероятная любовница, пытаясь втиснуться между каменной стеной и полной семейных ценностей стенкой» Елена Ермолова «- Знаете, каков единственный способ понять, насколько вы любите человека? - Нет. - Потерять его» Жоэль Диккер «Правда о деле Гарри Квеберта» Если эта история понравилась Вам, нажмите Класс или оставьте свое мнение в комментариях, только так я вижу что Вам понравилось, а что нет. Спасибо за внимание 💛

Я включала Электрон, и мы смотрели фильм «Михайло Ломоносов». Родители ни в жисть бы мне, конечно, не разрешили делать уроки с работающим телевизором, да еще сидя кое-как за журнальным столиком: в полуоборот, пожав под себя ногу. Но наивной бабушке я наплела, что эти аспекты не влияют на производительность, и она поверила. Фильм был степенный, длинный, с авторским закадровым голосом и множеством исторических фактов. Мерно скрипели бабушкины спицы и моя ручка по тетрадным листам в клеточку. За окном падал снег, который не спешил не к первому, ни ко второму уроку. Разглядывая его сквозь вензеля, нарисованные морозом на окнах, я с удивлением думала о том, что уютными, оказываются, бывают не только вечера. Когда у меня что-то не выходило, я вздыхала, и бабушка откладывала вязанье. - Эх, кабы я могла тебе чем помочь. Вот ведь… – с сочувствием и уважением смотрела она на мою писанину вверх ногами. Бабушка была неграмотной и расписываясь в ведомости о пенсии, ставила крестик. Я это знала, но до конца никогда не могла толком представить - как это? Как это – не уметь прочитать вывеску на магазине, красиво написать свои имя, посчитать в уме до ста и обратно? Наверное, бабушка немного привирает. Не может же она быть совсем безграмотной. Так не бывает. Да и выглядит бабушка слишком обычно для такого странного человека. По крайней мере, ни лаптей, ни посоха, которые мне виделись непременными атрибутами необразованного крестьянина, у нее не наблюдалось. - Ученье – свет, а не ученье – тьма. – говорила бабушка и принималась за вязание. О точности этой прописной истины я узнала на собственном опыте, опять же от бабушки. Когда мне было пять, я залезла в ее квартире на подоконник и с грохотом опрокинула стоявшую там квашню. Прибежав на звук, бабушка всплеснула руками и поставив меня по центру комнаты, строго допросила: - Ты нарочно или нечаянно? Я смотрела на нее и хлопала ресницами. - Ты нарочно или нечаянно? Говори, как есть. Счет шел на секунды. Я лихорадочно пыталась вспомнить, что значит «нарочно» и «нечаянно». Так никто не говорил у нас дома, но я читала книжки и точно их где-то видела, но где? Что-то из них точно означает «случайно», а другое, видимо, наоборот. Но что именно? Какие похожие слова – «нарочно» и «нечаянно»… оба начинаются на «н» и заканчиваются на «о». Ну, как тут не перепутать?! - Нарочно. - Ишь ты. – сказала бабушка и тут же поставила меня в угол думать о своем поведении. Ковыряя ногтем пестрые обои, я думала о том, что, если я не хочу всю жизнь провести в углу, надо бы запомнить, что случайно - это нечаянно. …подпитавшись сочувствием бабушки, я принималась снова за уроки, а она за вязание носков. Мне было хорошо и спокойно. Бабушка ничего от меня не требовала – сидеть ровно, писать чисто, решать быстро… Она просто вязала носки, а я наслаждалась в ее присутствии. Если бы я сказала тогда об этом бабушке, она бы удивилась и наверняка не поверила («да буде те»). Но тогда я не смогла бы это выразить, зато чувствовать могла… Однажды, покончив с уроками, я попросила бабушку показать мне, как она вяжет носки. Со стороны это казалось таким простым и ритмичным делом. Спицы то и дело мелькали в ее руках. - Ну, смотри, вот это резинка, вот тут лицевая вязка, тут, значицца, изнаночная. Потом все делим на три части… Я следила за тем, как мелькают серебряные спицы в ее руках, как нитка превращается в аккуратную петлю и думала о том, что я была права. Какая же бабушка безграмотная, когда держит в голове столько всего и умеет делить на три, а я еще не умею? Стесняясь признаться, что все это для меня гораздо сложнее, чем все мои уроки вместе взятые, я убегала в школу, думая, что завтра-то я обязательно научусь. Но завтра все не наступало. А потом закончился фильм, вернулась из командировки мама, и бабушка уехала домой, оставив мне на память щемящее воспоминание о нашей с ней абсолютной близости, которая обходилась без слов, а также толстые шерстяные носочки, вязать которые я так и не научилась… Автор: Дарья Исаченко

Сидят с отцом, значит, уже второй час на кухне, вoдкy по-взрослому пьют. И беседуют, как кажется сыну, на равных. Но так только ему и кажется. Старик, да не старик, конечно, ещё, а немолодой мужчина, больше всё кyрит, прищурив от едкoго дымa глаз, и слушает, слушает пока, чтобы понять, как же он сыну помогать будет. Сыну и жене его Ларисе, которая сердце его всегда радовала, как только в первый раз её увидел. И из себя девка ладная – с большими серыми глазами и тяжёлыми светлыми волосами, которые как солнце всегда обрамляли её лик, словно на обложку журнала сфотографированный. А уж как она сына его любила, старик это тоже сразу заметил. И потерять такую жену замечательную ну никак нельзя было… — Уходи, конечно, сынок, если силы кончились. И любовь тоже. Ты – крoвь моя, будущее моё. Неужели же я позволю, чтобы ты в свои 35 чахнуть от тяжёлой семейной жизни начал! А жена – она, как известно, не стена, можно и отодвинуть. Бaб на свете полно. Другую найдёшь. А нет, так не велика беда: в родительском доме для тебя всегда место есть. — Чё… прям вот так вот сразу уходить, что ли, папа?.. – спрашивает слегка осовевший сын. — Так а чё тянуть-то и себя надрывать? Вот прямо завтра и перебирайся. Комната твоя всё равно пустая стоит. Мать, думаю, только рада будет, ведь Лариска-то твоя ей, признаться, никогда особо и не нравилась…. Да и мне тоже… Но квартиру ты, всё же, с ней не дели. Куда делить-то? С ней дитё остаётся. Ваше с нею дитё. Сына и внука моего не обкрадывай. Вернёшься к нам с матерью, и заживём мы как прежде. Или даже лучше прежнего. Утром просыпаемся, а мать уже завтрак сготовила. И всухомятку на работу тебе идти не придётся. Только уж попрошу тебя: вечером, после работы, — сразу домой, а то мать места себе находить не будет и спать не ляжет, пока ты не вернёшься. С деньгами так решим. Ну, половину ты, естественно, сыну отдавать будешь. Так я говорю, сынок?.. — Коне-е-ечно… так, батя, — не совсем уверенно отвечает сын. Старик смотрит на него, потом наливает ещё по маленькой обоим и спрашивает: — Или хватит, может быть? А то на хмельную-то голову говорить тяжело… И сын, было потянувшийся за рюмкoй, руку на колени опускает. А отец продолжает рисовать перед ним перспективу тихого семейного счастья в родительском доме: — … Вот я и говорю: хватит… хватит тебе и нескольких рублей из оставшейся половины. Ну, на проезд там, на сигaрeты. Остальное будешь матери отдавать. Сам же понимаешь – доход у нас нею небольшой, ещё один рот мы вдвоём не прокормим. А она, мама наша, хозяйственная, что ты! Из этих денег она тебе и на одежду выкроит… — Погоди, пап! Так ведь одежду я сам себе покупать могу… — Что ты, сынок! Неужели мать обидеть хочешь? Мне она всю одежду покупает: от трycов и маек до куртки. Привыкла уже. Будет и за тобой следить… Во-о-от, значит, а придёт лето, мы все втроём на дачу. Там работы – невпроворот. Утречком встанем с тобой, быстренько что-нибудь в огороде поделаем, и ты – на электричку. Час какой-нибудь – и ты на работе. А вечером приедешь – опять в огороде отдыхать будем… — Погоди, пап… — пытается возразить сын. Отец отмахивается от него, словно знает наперёд, что тот ничего путного не скажет, и продолжает: — Нет, это ты погоди! Я же тебе перспективу жизненную рисую… Та-а-ак, стало быть. Что же касается Лариски твоей, так поначалу, думаю, она тебя доставать будет: то то ей с сыном надо, то это. Но это, полагаю, с годик продлится. Потом она замуж снова выскочит… Опять сын перебивает, теперь уже настойчиво: — Какой там замуж, батя! У неё же сын на руках останется… — Как какой замуж, сынок? Бaбe одной, без мужика да ещё с ребёнком на руках, никак нельзя. А твоя-то, твоя, предвижу, и год не выдержит. Такую сразу подхватят и ещё тебя же благодарить будут, что бросил её. Ты посмотри только: красавица?.. Старик опять хитро прищуривается и бросает взгляд на сына. Но сказать тому ничего не даёт, сам тут же отвечает: — Краса-а-авица! Таких поискать только. Как стрельнёт глазищами своими туманными, так наш брат мужик сам пойдёт добровольно штабелями у её ног укладываться. Хозяйка? Ещё какая! Вот мама наша, даром, что уже почти сорок лет замужем, а такого вкусного борща, как твоя Лариска, так и не научилась готовить. А холодец какой у неё? А «Наполеон»? Ты спроси бaб в её возрасте, так уверен, многие даже не знают, что так торт называется. А чисто как у вас в доме? Я иногда даже, когда к вам приходим с мамой, стесняюсь: будто в бoльнице. А за тобою как следит? Каждый день рубашка чистая, поглаженная… Сын увлёкся и потому встрял в разговор: — … и трycы с носками – каждый день! Отец «искренне» так удивляется: — И трycы с носками каждый день?!. Ну, брат, эт она тебя балует. Мне мать выдаёт их раз в неделю чистые-то!.. И далее старик, всё более и более воодушевляясь, продолжает: — А мальчишка какой у вас растёт? Это ж тоже Ларискина заслуга! Да, а как ты хотел? Помнишь, сколько раз ты ночью к нему вставал, пока он грyдным был?.. Во-о-от: ни разу. Берегла тебя она, чтобы выспался перед работой. А болел ребёнок у вас, помнишь, когда? Не по-о-омнишь… Тоже – Ларискина заслуга. Она ведь за ним следила, как курица за цыплёнком. А пошёл он как рано, помнишь? А заговорил так сразу, что и не остановить!.. Ну, теперь ты его пореже видеть-то будешь, не станет он тебе надоедать своей детской болтовнёй. А когда Лариска снова замуж выйдет, так и вообще не будет нужды встречаться: он другого мужика папой называть будет. Ты только до 18 его полных лет денежками его снабжай – и всех делов-то!.. Так что, уходи, сынок, не томи себе душу. А то ведь она же тебя заездила совсем своими мелочными придирками!.. Стой! Ты куда? Не допили же ещё и не договорили… А сын в это время уже одевается в прихожей и звонит по мобильному телефону, не слушая отца: — Мам! Я тебя так и не дождался. Да… с отцом посидели… Что? Накормил, конечно… Чё звоню? Да просто хотел сказать, что я люблю тебя, моя ты дорогая Галина Петровна! Ладно, пока, а то мне Ларисе ещё позвонить надо, спросить, что купить по дороге. Да и малому обещал почитать перед сном… Старик стоит, прислонившись к притолоке и, уже не пряча улыбки, смотрит на сына. — Ох, и хитрован ты у меня, батя! — говорит тот, подходя к отцу, чтобы проститься. Жмёт старику руку. Потом секунду стоит в нерешительности… и обнимает отца. Да крепко так. И как-то радостно и благодарно. А сам в ухо, чтобы никто больше не услышал, шепчет старику: — Я всегда знал, что лучше моего папы не сыскать… Пока… Я… то есть, мы с Ларисой позвоним вам с мамой… (Автор: Олег Букач)

- Да? – искренне удивляюсь я, - Надо же. А я вот про себя далеко не все знаю. Вы потом расскажите мне про меня подробно, ладно? Мне просто интересно. Особенно любопытно узнать свое будущее. - Охотно расскажу про ваше будущее: очень скоро от вас уйдет муж. - Сергей? Хм. И куда же он уйдет? - Ко мне. Я его любимая женщина. - А… - наконец доходит до меня, - вы – его любимая женщина. Понимаю. Знаете, а я тоже его любимая женщина, по крайней мере, он сам так говорит. Надо же какое совпадение. Слушайте, Любовь, а давайте по этому поводу выпьем. - Вы что? Не буду я с вами пить. Вот еще. - Да вы не пугайтесь. Я же не предлагаю вам напиться. Так, чисто символически – по глоточку за знакомство. Я иду на кухню за вином и бокалами. Возвращаюсь. Красавица Любовь по-прежнему восседает в кресле, локоточки на подлокотниках, нога на ногу, спина как у кошки перед прыжком. Я ободряюще улыбаюсь ей, ставлю на стол бутылку и фужеры. Наливаю на донышко в фужеры, иду к гостье. - Давайте, Любовь, за знакомство, - протягиваю ей фужер. - Не буду я с вами пить, - непрекословна Любовь. - Ну, как хотите. – Я выпиваю из своего бокала, поясняю: «Это я за знакомство», выпиваю из другого: «Это я по поводу повода вашего прихода». - Итак, Любовь, - я сажусь в другое кресло, - вы пришли забрать моего мужа. - Именно. Тем более, что он уже практически мой муж. Осталось только оформить все документально. Он любит меня, а я его. Любовь – это главное в жизни. Поэтому мы должны быть с ним вместе. Я как-то говорила об этом с ним, и он в принципе согласился. - Прекрасно, - радуюсь я, – сейчас мы с вами, Любовь, все вместе сделаем. - Что сделаем? - Мы вместе соберем вещи моего, пардон, вашего Сергея. Потом вызовем такси, и вы все увезете. - Так… вы согласны, что ли? - А что мне остается? – смеюсь я, - Давайте, голубушка, сразу и приступим. В том шкафу все вещи и предметы мужского туалета выгребайте. А я в спальне все подберу. Поехали. Цигель, цигель, ай-лю-лю! «Ветка сирени упала на грудь, миленький мой, ты меня не забудь. Миленький мой, ты меня не забу-удь! Ветка сирени упала на грудь», - пою я, доставая стопочки мужских отглаженных рубашек из шифоньера. Так, светлые летние брюки, летние джинсы, утепленные джинсы. Носки. Трусы, плавки, футболки. Носовые платки. Джемпер. Еще джемпер. В нижнем ящике электрическая бритва. Три кожаных ремня. На вешалке пестрая гроздь галстуков. Костюм выходной. Еще костюм. Еще. Ветровка. Куртка демисезонная. Куртка зимняя кожаная. Так, что еще? А где его черный японский зонт? Вот он, голубчик. – «Миленький мой, ты меня не забу-удь! Ветка сирени упала на грудь!» Является Любовь. - Что, уже все собрали? – удивляюсь я, - Быстро вы. Надеюсь, ничего не пропустили? Там в тумбочке под телевизором документы. Мои оставляете, его забираете! – Командую я. - Цигель-цигель! Ай-лю-лю! «Ветка рябины не тонет, плывет. Миленький душу на ленточки рвет. Миленький душу на ленточки рве-ет! Ветка рябины не тонет, плывет». - Надежда Петровна, - прерывает мою самозабвенную арию Любовь, - а почему вы так быстро согласились отдать мужа мне? - А что такое? Разве вы не рады? - Нет, я рада, конечно. Только…. Не понятно как-то. Я думала… - Вы думали, что я буду рыдать, кричать, драться за него, вас выгонять, да? Нет, милая. Зачем мотать нервы себе и вам? Зачем устраивать спектакли, если все уже решено. Глупо. Там, на кухне бокал рыжий с изображением тигра – его тоже берите. Это Сережин любимый, внучка подарила на день рождения. Расправившись с шифоньером, достаю с антресолей фотоальбомы. Пролистываю, вынимаю все фото, где Сергей. Получается приличная стопка. Аккуратно складываю в пакет. Снова является Любовь. - Надежда Петровна, я что подумала, ведь это чисто моя инициатива – насчет переезда Сергея ко мне. А вдруг он будет возражать? - Да ни в коем случае! Как он может возражать против переезда к такой красавице, да еще по имени Любовь? К любимой и любящей женщине! Он будет только рад. – Решительно рассеиваю я ее сомнения. – Сейчас мы все сложим в одно и вместе посмотрим не забыли ли чего. Берите вот это, я вот это и понесли в зал. Мы переносим вещи в зал, складываем на диван. Вместе с тем, что уже приготовила Любовь, получилась приличная куча: весь диван завален с горою. - Инструменты! – кидаюсь я к кладовой. Так, ящик с инструментами, электродрель, набор сверл. Еще ящик с разными железяками. Коробочка с гвоздями и шурупами. Кажется, все. - Кажется, все! – подвожу я итог, после того как перенесла все железки к дивану. - Надежда Петровна, может, я все же несколько поторопилась? Давайте я сначала поговорю с Сергеем? Хотя бы по телефону. - Это совершенно лишнее! Вы согласны, Сергей тоже, я не возражаю. Все нормально. Сейчас я принесу пакеты, баулы, мешки – будем паковать. «Ветка акации бьется в стекло. Счастье стучалось, да мимо прошло. Счастье стучалось, да мимо прошло-о! Ветка акации бьется в стекло». Мы ловко и аккуратно пакуем вещи в четыре руки. Работа спорится. Время от времени я, вспомнив что-то еще, убегаю то в спальню, то на кухню, то на балкон, то в прихожую, то в кладовку – как птица в клювике несет в родное гнездышко червячка или травинку, так и я все несу и несу к дивану то флешку, то фотоаппарат, то зубную щетку и пену для бритья, то тапочки, то гаечный ключ, то кроссовки, то зажигалку с пепельницей. Уф. Кажется, все. Упс! Новый ноутбук! Любимая игрушка моего мужа, пардон, бывшего мужа. - А вот в этом пакете, Любовь, его грязные вещи, не успела постирать, так вы уж сами. - Да нет уж, не возьму. - Да нет уж, возьмите. Чтобы не было потом причины ни ему, ни вам сюда возвращаться. Ну что, вызываю такси? - А… можно чаю? - Можно. Пьем чай на кухне. С блинчиками. - Я его люблю, - доверительно рассказывает мне Любовь, - Он очень хороший. Он умный, тонкий, великодушный, заботливый, внимательный, веселый и щедрый. Он знаете какой? Он… - Знаю, - киваю я, - грубый, ленивый, молчун, неряха, невнимательный. Никогда не вспомнит ни про мой день рождения, ни про восьмое марта. Жмот и скряга, каких мало. А еще у него пунктик - помешан на чистоте, везде ему бардак мерещится, достал меня уже своими придирками. Это он в отца пошел, тот таким же был. - Не может быть! – не верит Любовь, - А, может, я ошиблась адресом? Напутала? Может, ваш Сергей – это вовсе не мой Сергей. - Никакой ошибки. Все правильно. Вы ведь шли к Надежде Петровне, а я и есть Надежда Петровна. - Но почему тогда он такой разный? - Вы не переживайте, Любовь, - успокаиваю я ее, - меня он разлюбил, а вас полюбил. Потому и отношение такое разное. У вас все хорошо будет. Еще добавки? Любовь задумчиво кивает. Доливаю чаю, докладываю блинчики. - Вкусные, - хвалит Любовь, - а вот я готовлю не очень. - Ничего. Он ведь неплохо зарабатывает. Будете в ресторанах питаться или наймете домработницу. Это не главное. Главное в жизни – любовь! - А почему вы сказали, что вы тоже его любимая женщина. Это он так вам говорил? - Редко. Только в минуты хорошего настроения. А они у него случались не часто. Вернее, на людях он сама вежливость и душевный, приятный человек, а дома совсем другой – раздраженный, замкнутый, злой, всегда всем недовольный, ничем ему не угодишь. Он из тех, кто несет в дом весь негатив, что накопил за день, чтобы обрушить все на близких, то есть, на меня. Но это потому, должно быть, что я ему надоела, стала раздражать. У вас совсем другое дело - любовь, взаимопонимание, значит, все обязательно будет хорошо. - И все же он хоть изредка, да называл вас любимой женщиной? - Врал, должно быть. Или по привычке говорил. Не берите в голову. Сравните себя и меня – где уж мне до вас, красотки такой. - А вы еще вполне ничего, - критически окидывает меня взглядом Любовь, - очень даже. Честно говоря, я вас представляла совсем другой – старой, ворчливой, опустившейся, толстой теткой. С его слов так выходило. - Это потому, что он меня так видит. Надоела я ему, опостылела. Можно понять, за столько-то лет. - А вам не жалко, что он уходит? - Жалко?! – хохочу я, - Вот уж нет! Совсем наоборот. То есть, я хотела сказать, что я постараюсь мужественно пережить эту потерю. - Надежда Петровна, а давайте… по две капли. За знакомство. - А давайте, - подмигиваю я ей и ухожу в зал за бутылкой. -… Ну, будем. Чин-чин! - За знакомство, - Любовь выпивает вино, промокает губки салфеткой, оглядывается, - а у вас очень мило. Уютно. Мне понравилось. Чистота, порядок, все со вкусом. Видно, что вы хорошая хозяйка. А для меня уборка – чистое наказание. Терпеть не могу этим заниматься. Сразу настроение портится. Жалко свою жизнь тратить на такие низменные, неинтересные вещи. - Честно говоря, и мне иной раз бывает жалко. Но еще жальче обрекать себя и близких на житье в грязи и хаосе. А вообще, я люблю заниматься хозяйством. Готовить люблю. А еще я петь люблю. - Я заметила. - А давай споем вместе? - Я не пою. - Жаль. Под хорошее настроение Сергей любил иной раз попеть со мною дуэтом. - А ваша дочь… Как она отнесется к тому, что ее отец ушел из семьи? - Это ей не понравится, конечно. Отца она обожает. Но что делать, раз так случилось? Вы это в голову не берите. Это уже мои дела. Я Наташе все растолкую, поймет. Не сейчас, так со временем. Все же сама уже мама, моей внучке скоро три будет. Ну так что, вызываем такси? - Ой, я как-то не рассчитывала… Боюсь, что денег на такси может не хватить. Давайте я в следующий раз все увезу. - Ничего, я заплачу. Все же Сергей мне не совсем посторонний. - А, может, все-таки… - Нет уж, Любовь, никаких «может быть». Не стоит откладывать на потом такие важные, судьбоносные дела. Ой, секундочку, телефон. …Да, Сережа. Слушаю. …Стоп. Давай, милый, сменим тон, поговорим спокойно, без ора. Что ты хотел сказать? …Да, я все сделала, что ты наказывал. …Да, квартплату заплатила, за телефон тоже, Интернет проплатила. …Да, джемпер из химчистки забрала. С сестрой твоей Тамаркой по магазинам прошлись, все, что ей нужно к юбилею, закупили …Сациви на ужин? Вот этого не обещаю. …Как почему? Думаю, что сегодня ужинать ты будешь в другом месте? …Где? Думаю, скоро тебя известят об этом. …Да нет, никакими загадками я не говорю. Не сбрендила и крыша моя на месте. И настроение прекрасное. Пою. Пью чай с блинчиками. Ну ладно, Сереж, дела у меня. Ты ни о чем не переживай. Все будет хорошо. Любовь растерянно топчется на лестничной площадке. Таксист, маленький энергичный мужичок, делает уже третью ходку за вещами. Я с улыбкой говорю: «Любовь, вы абсолютно правы: главное в жизни – это любовь. Все остальное второстепенно. Я желаю вам с Сергеем от всей души большого счастья, полного взаимопонимания. Берегите свое чувство. …Товарищ таксист, вы все? Вот деньги, возьмите, сдачи не надо - поможете барышне вещи донести до квартиры. Да, Любовь, вот здесь я записала рецепт блинчиков, которые вам так понравились. Как-нибудь на досуге приготовьте Сергею, он любит вкусно поесть. И не переживайте вы так. Все будет хорошо!» Если эта история понравилась Вам, нажмите Класс или оставьте свое мнение в комментариях, только так я вижу что Вам понравилось, а что нет. Спасибо за внимание 💛

А через день, ночью, их подожгли. Костя успел выскочить, а ей дорогу перегородила заклинившая дверь. Короче говоря, к тому моменту, когда ее вытащили, ее лицо было уже не тем. В больнице, конечно же, сделали все, что могли. Три месяца она там пролежала. Первый раз, когда посмотрела на себя в зеркало, Марина закричала - на нее смотрело нечто. Нет, она была узнаваема, но все было смазано как будто… Возможна была операция, только вот средств у супругов на нее не было. Марина каждый день твердила мужу, чтобы он ее бросил. И каждый день он называл ее дурочкой, только крепче прижимая к себе. В конце концов Костя решил поехать на заработки на север. Оставил жену на попечение своей матери, взял обещание не хандрить и уехал. Марина осталась ждать его и с тоскою смотреть в окно... *** Со времени, как Костя уехал, прошло две недели. Марина все это время жила у свекрови. Когда они с мужем поженились, то Ираида Павловна казалась ей прекрасной женщиной. В их жизнь не лезла, в гости ходила редко, да и то, предупреждала о своём визите за неделю. И заботиться о больной жене Костя доверил именно матери. Та согласилась. С невесткой Ираида Павловна разговаривала подчеркнуто вежливо, но старалась на поврежденном лице взгляд не останавливать. Периодически к свекрови приходили подруги, и Марина в это время пряталась в комнате. Не хотела никого пугать. Но однажды во время такого прихода девушке понадобилось в туалет. Тихой мышкой она прошмыгнула по прихожей и стала потихоньку открывать дверь уборной. Свекровь с подругой сидели на кухне за закрытой дверью и о чем-то разговаривали. Невольно прислушавшись к их разговору, Марина опешила. Они говорили про неё. Свекровь жаловалась собеседнице на то, что ей придётся теперь смотреть на “эту морду” каждый день. И вообще, бедный её сынуля, всю жизнь теперь с этим уродцем маяться. Марина пошла в комнату собирать вещи. Слёзы текли по щекам, доставляя небольшую боль. Как можно было так ошибаться в людях… А ведь по сути-то свекровь права. Зачем она молодому и красивому мужу? Другую себе найдёт… Марина слышала, как хлопнула дверь за подругой свекрови. А потом и она сама нарисовалась в комнате. “Слышала всё, да?” - кивнула она на полусобранные вещи, - оправдываться не буду, как говорила, так и думаю. Если любишь Костика, то пожалей его. Ну зачем ты ему такая-то? Ему нужна такая, чтобы не стыдно было людям показать. Да и детей ему надо, а какая из тебя мать?” Вот тут Марина плакать не стала. Не смогла просто. Закостенела вся. Быстро дособирала вещи и пулей вылетела из квартиры. Даже дверь за собой не захлопнула... *** Вне квартиры Марину ждал промозглый октябрьский вечер. Завернувшись посильнее в широкий шарф из ангорки, женщина шла вдоль домов с горящими окнами и думала о том, что за ними все счастливы. Как когда-то была счастлива она. Но это когда-то теперь казалось полузабытым сном. Каким образом она попала на мост, Марина до конца не осознала. Но, опомнившись, поняла, что выход только такой. Ведь никому не важно, что под личиной обожженного “монстра” скрывается все та же Марина. Даже ее Костику. Женщина взяла сумку в обе руки и перекинула ногу через перила моста. Боли она давно не боялась, тем более, что в скором времени все закончится. Для многих счастливо. А с Константина упадет бремя. И он будет жить дальше. Резкий рывок назад, треск платья и мат. Чистейший русский мат грубым женским голосом. Марину одним движением развернуло на 180 градусов. Перед ней стояла дородная дама под два метра, одетая вполне цивильно. Марина машинально прикрыла лицо руками. “Девонька, ну ты что….”, - басом протянула спасительница. “На меня глянь, роденькая”, - произнесла дама и стянула с себя …. волосы. Под париком оказалась голая как коленка ребенка голова. “Да и челюсть не моя, смею тебе признаться”, - прогоготала дама, - пойдем-ка ко мне чай пить”. Марина безвольной куклой тянулась вслед за Людмилой, как по дороге представилась дама. Дома под воздействием тепла и горячего чая Марина расплакалась, как могла теперь. А Людмила хлопала ее по спине могучей рукой и тоже ревела. За компанию. Марина осталась у Людмилы. На третий день та взяла ее к себе на работу. Марина отнекивалась, боялась кого-то испугать… Но Людмила работала в хосписе. Люди, которые в нем находились давно никого и ничего не боялись. Наоборот, каждый новый человек был для них глотком свежего воздуха. И Марина раскрылась перед ними, ведь им важна была ее душа. В скором времени женщину приняли туда на работу. Прошло три месяца. Марина по прежнему жила у Людмилы. Нет, она пыталась снять квартиру, дабы не мешать своей, теперь уже подруге. Но, услышав командное “ Не вздумай!”, осталась. Так поваднее было обоим. Сегодня про их хоспис должны были снимать сюжет. Естественно, что Марина в кадр попадать не пыталась. Но… За нас все решается не нами… Часто. Марину-таки сняли. А на следующий день, после выхода в эфир сюжета, в хоспис ворвался заплаканный Костя. Он схватил Марину, прижимал к себе, тряс, рыдал и что-то говорил сквозь слезы. Пока не был отстранен могучей рукой Людмилы. “Ты от девки-то отошел бы…”, - прогрохотала она. Успокоившись, Костя рассказал все. Ему удалось заработать крупную сумму денег, по приезду домой жены он не обнаружил. Только мать, которая твердила лишь одно - Марина оскорбила ее и ушла. Куда - она не знает. Костя искал жену. В полиции поухмылялись - нагуляется и вернется. Если бы не сюжет…. Денег хватило на одну операцию. И пусть лицо Марины еще ой как далеко от идеала, она больше не оценивает себя по внешности. Ведь не за нее ее любит муж, подруга Людмила и обитатели хосписа, которые также стали для нее семьей. Если история пришлась Вам по душе, нажмите Класс, мне будет очень приятно

Я зашла в группу и услышала голос дочери доносящийся издалека. Я не стала ее звать а просто зашла внутрь. Моя дочь стояла у окна. Рядом с ней стоял этот слепой мальчик. Дочка рассказала ему то что видит в окне и детально описывала, как выглядит дерево, звезды, и другие предметы. Слушая эти истории, мальчик улыбался испытывая абсолютное счастье от слов дочери. А я просто не смогла сдержать слез. Этот благородный поступок дочери, навсегда останется в моей памяти. Несмотря на свой юный возраст, для меня она — человек с большой буквы. Сейчас они с этим мальчиком лучшие друзья и иногда он даже приходит к нам в гости Если эта история понравилась Вам, нажмите Класс или оставьте свое мнение в комментариях, только так я вижу что Вам понравилось, а что нет. Спасибо за внимание 💛