Елена Симонова

Порой ловлю себя на мысли: как часто мы произносим фразы вроде «так уж мне на роду написано» или «судьбу не обманешь». Эти слова звучат почти автоматически, как будто они давно поселились где-то внутри и время от времени выходят наружу. Мы произносим их, когда что-то идёт не по плану, когда устали бороться или когда хочется объяснить себе странные повороты собственной жизни. Но однажды я наткнулась на исследования Петра Петровича Горяева – и, признаюсь, это заставило меня иначе взглянуть на привычные слова. Он посвятил сорок лет изучению одного вопроса: каким образом человеческая речь влияет на жизнь и здоровье. И чем глубже он погружался в эту тему, тем более неожиданным становился вывод. Пётр Петрович Гаряев говорил, что слово – это не просто звук. Он утверждал, что каждое произнесённое слово – это волна, своеобразная программа, которая способна менять реальность. И когда я впервые прочитала его мысль: «Любое произнесённое слово – это волновая генетическая программа, которая меняет ж

Порой ловлю себя на мысли: как часто мы произносим фразы вроде «так уж мне на роду написано» или «судьбу не обманешь». Эти слова звучат почти автоматически, как будто они давно поселились где-то внутри и время от времени выходят наружу. Мы произносим их, когда что-то идёт не по плану, когда устали бороться или когда хочется объяснить себе странные повороты собственной жизни. Но однажды я наткнулась на исследования Петра Петровича Горяева – и, признаюсь, это заставило меня иначе взглянуть на привычные слова. Он посвятил сорок лет изучению одного вопроса: каким образом человеческая речь влияет на жизнь и здоровье. И чем глубже он погружался в эту тему, тем более неожиданным становился вывод. Пётр Петрович Гаряев говорил, что слово – это не просто звук. Он утверждал, что каждое произнесённое слово – это волна, своеобразная программа, которая способна менять реальность. И когда я впервые прочитала его мысль: «Любое произнесённое слово – это волновая генетическая программа, которая меняет ж

Какой же пейзаж расстилается перед духовным взором в момент смерти? Этот извечный вопрос будоражит умы людские, и ныне мы обладаем откровениями не только от тех, кто вернулся из небытия, но и от передовых научных изысканий в биологии, психологии и квантовой физике. И что таится за зыбкой завесой, которую мы страшимся, но однажды неизбежно перешагнём? Ответы становятся всё более отчётливыми. Открытия ученых переворачивают наши представления о жизни и смерти, подтверждая пророческую правоту великого провидца XX века, Вольфа Мессинга. Согласно свидетельству тысяч, переживших клиническую смерть, и откровениям Мессинга, первые мгновения после смерти наполнены не ужасом, а озарением. Всё начинается с осознания: тело больше не является вашим "я". Оно отчуждается, утрачивая связь с личностью, какой она была в земном существовании. Многие рассказывают, как воспаряют над ним, словно лёгкое облачко. Они видят своё бездыханное лицо, скорбящих близких, слышат приглушённые голоса врачей, но не чувс