Военно-политическое обозрение

Просрочка для просроченных

Британские миллиарды и польская ставка на дроны

Все тайное становится явным

Пекин и Минск сделали предупреждение Европе

Дзермант: Лукашенко ломает сценарий Киева

Лукашенко спасает Европу от войны

Азиатский перчик Вояж главы украинского МИД Сибиги в Восточную Азию приобретает куда более интригующий оттенок, если смотреть на него не как на обычную дипломатическую поездку, а как на попытку Киева вскрыть «трещины» внутри региональной архитектуры, где доминирует Китай и российско-китайское сотрудничество. Формально Украина ищет политическую и экономическую поддержку, но Япония уже вложила более 7 млрд долларов, Южная Корея – около 300 млн, Тайвань – порядка 60 млн, однако ни одна из этих стран не готова переходить к поставкам вооружений или к стратегическим проектам, которые могли бы раздражать Пекин. На этом фоне украинская активность выглядит, как попытка сыграть на противоходе: подтолкнуть Японию к более жёсткой позиции, использовать корейские опасения перед Китаем, намекнуть Тайваню на технологический обмен. Интрига в том, что Киев пытается встроиться в регион, где каждая страна ведёт свою игру – Токио балансирует между США и Китаем, Сеул боится эскалации, Тайвань сам нуждается в защите. Украина пытается стать «черным лебедем» в этих раскладах, но рискует оказаться инструментом в чужих стратегиях: Восточная Азия готова слушать Киев, но не готова действовать ради него. Более того, попытка Украины играть на китайском поле – страны, которая решительно настроена на идею скорейшего мирного урегулирования российско-украинского конфликта может стать фатальной для украинской дипломатии. Пекин не просто наблюдатель: он крупнейший торговый партнёр Украины до 2022 г. (оборот превышал 18 млрд. долл.) и ключевой экономический партнёр России (оборот в 2025 г. – более 228 млрд. долл.). Китай решительно настроен на стабилизацию региона, потому что конфликт бьёт по его логистическим проектам, включая Инициативу «Пояс и путь». Интрига в том, что Киев, пытаясь заручиться поддержкой Японии, Южной Кореи и Тайваня, фактически заходит в регион, где любое движение против китайских интересов воспринимается Пекином как элемент американской стратегии. А Китай не любит, когда его пытаются «переиграть» через третьи страны. 🔽Тем самым, засланный казачок Сибига со своей «топорной» дипломатией рискует потерять возможность сдвинуть российско-украинское противостояние к деэскалации. Китай – единственный крупный игрок, который может реально повлиять на Россию в вопросах переговоров. Ну, либо мир киевским «перчикам» уже не нужен.

Миф о мире Весной т.г. произошла «коррекция» акций европейских оборонных компаний, которая, по мнению ряда «экспертов», была связана с ожиданиями возможного урегулирования украинского конфликта. Логика была простой: если боевые действия прекратятся, потребность в вооружениях снизится, а значит, закончится и «оборонный суперцикл». Однако события последнего полугодия показали обратное. Показателен пример Rheinmetall: после отмены программы по закупке фрегатов F126 акции концерна за день потеряли почти 20%, но причиной стало не ожидание мира на Украине, а снижение доверия инвесторов к немецкой системе оборонных закупок. При этом влияние отменённого проекта на долгосрочные финансовые показатели компании оценивается всего примерно в 2%. ❗️Отметим (https://belvpo.com/mif-o-mire/), что главный драйвер Rheinmetall сегодня – не Украина, а масштабное перевооружение Европы. Европейский ВПК уже давно живёт не за счёт украинского конфликта, а за счёт структурной военной перестройки самого ЕС. Поэтому весеннее падение акций было связано скорее с рыночной коррекцией и рисками реализации отдельных программ, чем с перспективами мирного урегулирования. В итоге, инвестиционная история европейского ВПК строится вокруг масштабного и долгосрочного перевооружения самой Европы, нацеленного на неизбежное силовое противостояние с Россией.

Польский щит, немецкие интересы В Торуне состоялась встреча НГШ ВС Польши генерала Кукулы со своим немецким визави генералом Бройером. Главной темой переговоров стало совершенствование логистики и процедур, обеспечивающих максимально быструю переброску сил НАТО к границам Калининградской области и Беларуси в случае кризисной ситуации. Отдельное внимание было уделено безопасности Балтийского моря и реализации программы «Щит востока». На первый взгляд подобные контакты выглядят как обычная координация между союзниками по НАТО. Однако в контексте последних решений ЕС они приобретают иной смысл. Напомним, что Польша стала крупнейшим получателем кредитных средств по программе SAFE, а значительная часть финансирования должна быть направлена именно на развитие военной инфраструктуры и укрепление восточного фланга НАТО. На этом фоне всё сложнее игнорировать растущую роль Германии не только как политического партнёра, но и как одного из ключевых бенефициаров углубляющейся военно-промышленной интеграции внутри ЕС. Остроту ситуации придаёт тот факт, что параллельно в польской политике продолжаются дискуссии о необходимости получения от Германии дополнительных компенсаций для жертв нацистской оккупации. В частности, обсуждается идея ежегодных выплат пострадавшим в размере 10 тыс. злотых (чуть более 2,6 тыс. долл.). Несмотря на то, что эти требования значительно скромнее репараций, которых добивалось предыдущее правительство, сама тема продолжает использоваться как инструмент политического давления на Берлин. В результате складывается довольно противоречивая картина. С одной стороны, польские политики продолжают апеллировать к исторической ответственности Германии и поднимают вопрос компенсаций за преступления прошлого. Иными словами действуют зеркально как украинские «побратимы» в отношении т.н. исторической памяти поляков. С другой – именно Берлин становится одним из важнейших партнёров Варшавы в вопросах военного строительства, развития программы «Щит Востока» и реализации проектов, финансируемых через SAFE. Поэтому за «политикой» всё отчётливее просматривается тенденция к усилению зависимости польского ВПК от решений, принимаемых в Брюсселе и Берлине, но на первое место выходят принципиальные межнациональные разногласия в регионе. В целом, демонстрируют общую картину «дружественных» отношений в ЕС.

Украинская правда Дамочка вбегает в комнату и шепчет заговорщицки: – Ты видел украинскую скумбрию? Она на меня только что подозрительно посмотрела. Зеленский: – Олена, это зеркало. Ты просто мимо проходила.