MetalGuide

Великие альбомы всегда предлагают нечто большее, чем просто впечатляющую поверхность. За хорошими композициями скрываются идеи, эмоции, атмосфера, концепция – те самые детали, которые превращают обычное прослушивание в полноценное переживание. Именно поэтому музыка Sigh неизменно действует так сильно. Японцы умеют соединять, казалось бы, несовместимые элементы, превращая самые смелые музыкальные эксперименты в нечто уникальное, а лидер группы Мирай Кавасима наполняет каждую работу искренностью и харизмой. С выходом релиза Goh-Ka вновь появляется повод проверить, способна ли эта необычная токийская формация спустя 36 лет по-прежнему удивлять. Концептуально Goh-Ka продолжает линию, намеченную на предыдущем Shiki (2022), но для Кавасимы эта работа столь же личная, как и предшественник. Если In Somniphobia (2012) исследовал пограничное состояние между сном и явью, Hangman's Hymn (2007) обращался к последним мыслям человека перед казнью, а Shiki рассуждал о неизбежности смерти через аллегор

Почти ровно год понадобился Green Carnation, чтобы завершить трилогию Dark Poem, и за это время норвежцы успели провести слушателя через практически весь спектр эмоциональных состояний. Первая часть The Shores Of Melancholia (2025) открывала эту историю сочетанием уязвимости и светлой печали, вторая часть Sanguis (2026) уходила гораздо глубже, превращаясь в камерное и почти болезненно личное погружение в себя. Теперь The Messiah Complex должен не просто поставить точку, а собрать воедино все предыдущие переживания и придать им законченный смысл. Именно поэтому новый альбом воспринимается прежде всего как музыка прощания. Во вступительном треке Unconditional Artificial Chemistry нежные клавишные постепенно уступают место тяжёлым гитарам и неторопливой ритмике, однако привычной для Green Carnation уверенности здесь будто бы намеренно не хватает. В сравнении с открывающим Sanguis треком это звучит не как начало нового путешествия, а как возвращение к уже пройденному пути перед самым его з

После десятилетнего молчания шведская формация Beseech наконец подтверждает: они вернулись всерьёз и надолго. Их новый альбом с ретроспективным названием Future. Present. Past. представляет собой мост между эпохами, где прошлое встречается с настоящим, чтобы задать вектор будущему. И судя по эмоциям фронтмена Эрика Моларина, группа нащупала ту самую искру, которая когда-то сделала их культовыми. Что ж, возрадуйтесь! В плане саунда релиз действительно стал эталонным для поклонников "золотого состава" Beseech, к которым я смело отношу и себя. В студию вернулись музыканты, близкие к периоду Souls Highway (2002), Drama (2004) и Sunless Days (2005), а на вокале – дуэт Лотты Хёглин и Эрика Моларина, который многие фанаты считают "классическим". Сам Моларин признаётся: "Никогда ранее, записывая альбом, я не был настолько доволен результатом". По его словам, команде удалось уловить самую суть того, за что ценят Beseech – густую меланхолию и осязаемую тьму, пронизанную, однако, "лёгким проблеск

Иногда уход одного человека способен поставить под вопрос само существование группы. Особенно если этот человек был не просто музыкантом, а частью её внутреннего характера, одним из тех, кто определял её неповторимое лицо. Поэтому не удивительно, что после смерти Брента Хайндса в прошлом году для многих фанов история Mastodon закончилась. Хайндс был одним из главных архитекторов того безумного мира, который Mastodon строили из риффов, психоделических гитарных партий, неожиданных гармоний и совершенно сумасшедших идей. Но особенно ценным было то, что за всей этой тяжестью у него всегда оставалось место для удивительно тихих и человеческих моментов. Достаточно вспомнить пронзительную Toe to Toe – одну из тех вещей, которые показывают: за внешним хаосом Mastodon всегда скрывалась очень личная музыка. А затем события начали развиваться слишком стремительно. Уход Хайндса, обстоятельства, показанные в документальном фильме Mastodon in the Room, а затем его трагическая случайная смерть оконча

Kamelot – группа с более чем тридцатилетней историей, сумевшая отточить собственное звучание и стать одним из ведущих представителей симфонического пауэр метала. Их музыка всегда выходила за рамки жанровых канонов благодаря прогрессивным элементам, виртуозным гитарным и клавишным партиям, театральности и почти оперной драматургии. Несколько концептуальных альбомов формации строились вокруг цельных историй, однако особое место в её дискографии занимает период Роя Хана. Именно тогда появились классические Epica (2003) и The Black Halo (2005), окончательно сформировавшие фирменный почерк Kamelot. После ухода Хана многое изменилось. Томми Каревик, присоединившийся к составу в 2012 году, обладает впечатляющим голосом и способен работать в схожей манере, однако последующим релизам всё чаще не хватает той самой запоминаемости, которая была характерна для золотой эпохи группы. При этом Kamelot по-прежнему остаётся коллективом, способным создавать масштабные и тщательно продуманные произведения

Flotsam and Jetsam всегда оставались настоящими аутсайдерами. За свою продолжительную карьеру, длиною более чем сорок лет, они пережили взлёты и падения, смену музыкальных тенденций и почти полное забвение. И, что удивительно, им удалось сохранить образ простой, честной и совершенно незвёздной группы. После неудачного Ugly Noise (2012) казалось, что история коллектива подходит к концу, однако альбом Flotsam and Jetsam (2016) неожиданно стал началом нового этапа. За ним последовали ещё три успешных релиза, доказавших, что ветераны из Аризоны по-прежнему способны удивлять. И сегодня перед нами их семнадцатый лонгплей под заголовком Rats in the Temple. При продолжительности около часа пластинка поначалу может показаться слишком длинной, но опасения быстро исчезают. Хронометраж треков укладывается не более чем в пять минут, поэтому материал не успевает наскучить. Начало диска в лице Harvesting the Hate сразу задаёт правильный тон фирменным сочетанием трэша и традиционного хэви метала, допо

Представьте себе, что вы пишете альбом о пожарах, пепле и том, что человечество оставит после себя, а через месяц ваш родной город буквально охватывает пламя... Звучит как сценарий дешёвого триллера? Для бордоских progressive/technical death metal монстров Gorod это оказалось горькой реальностью. Их новый релиз The Ember Gone вышел не просто "в тему", а превратился в зловещий саундтрек к новостным сводкам, которые группа вряд ли заказывала у судьбы. Но давайте без мистики: это не промо-ход вселенной, а жестокое совпадение, которое делает каждую ноту вдвойне тяжелее. С 1997 года эти французские безумцы перекраивают жанр по своим лекалам. От ранних трэшевых выпадов Kiss the Freak (2017) до прогрессивного прорыва Transcendence (2011) – они всегда избегали шаблонов. И вот, спустя почти тридцать лет, Gorod выпускают восьмой студийник, который звучит не как отчёт о мастерстве, а как заявка на переосмысление собственного жанрового пространства. Да, здесь есть джазовые вывихи в духе Atheist, э

За эффектной оболочкой In This Moment всегда скрывалось гораздо больше, чем просто любовь к театральности и визуальной эстетике. Группа никогда не боялась менять собственную формулу, подстраивая её не столько под модные тенденции, сколько под новые творческие импульсы. Так, индустриальная составляющая предыдущего Godmode (2023) во многом выросла из экспериментов гитариста и основного композитора Криса Хоуорта, которыми он занимался во время локдауна. Теперь же In This Moment делают следующий шаг – Witch заметно сильнее сосредоточен на мелодике, контрастах и атмосфере. У коллектива был вполне очевидный путь: навсегда остаться в пределах привычного металкора, полагаясь на проверенные риффы и тяжёлую ритмическую основу. Но In This Moment достаточно рано поняли, что вокальные возможности Марии Бринк позволяют значительно расширить эти границы. Именно её манера пения во многом определяет направление, в котором движется музыка группы, и Witch становится очередным доказательством того, наскол

Есть музыка, которая рождается не на стриминговых платформах и не в плейлистах алгоритмов. Она созревает в подполье, пробивается сквозь шум индустрии, и достаётся лишь тем, кто готов рыть глубже, чем поверхностный слой. Именно такой путь выбрали канадцы Destroy My Brains. С 2017 года, когда вышел их дебютный одноимённый альбом, они словно намеренно избегают мейнстримовых трасс. За плечами формации имеются EP Worthless (2017) и три полноформатника: InsignifiCan't (2020), Lifeless (2020) и Tormented (2022). Если сложить первые буквы всех этих релизов, получится слово Wilt – так называется их пятая пластинка. И она, как уверяют сами музыканты, замыкает девятилетний творческий круг. По настроению – это та же ледяная ненависть, те же отчаяние и голод, что и у мифического вендиго, чей образ красуется на обложке. Вопрос лишь один: готовы ли вы к тому, чтобы ваш разум перемололи в крошево? Wilt с первых секунд заявляет: он злее, жёстче и опаснее всего, что группа выпускала раньше. Если прежние

Главным сюрпризом нового альбома Nifelheim становится уже сам факт его появления. Потому что 10 лет – срок весьма солидный даже для группы, которая не привыкла торопиться. После Trolldom (2016), где шведы заметно расширили собственную формулу за счёт электрогитар, формация надолго исчезла из поля зрения. Семейные обстоятельства, пандемия и другие сложности растянули паузу на целое десятилетие. За это время изменился и сам состав: основной гитарист покинул коллектив, а вместе с ним ушёл и наиболее очевидный намёк на метал-составляющую. Nifelheim возвращает группу к фолковым корням, хотя любовь к тяжёлой музыке никуда не исчезла. Особенно хорошо это слышно в барабанах. Уже в заглавной композиции он задаёт темп и буквально подталкивает музыку вперёд. На протяжении всего альбома ударные остаются одной из главных движущих сил: мощные двойные бочки, энергичные сбивки и акцентированные переходы делают материал гораздо тяжелее, чем можно было бы ожидать от традиционного фолк-релиза. При этом F