Спутницы истории.

Её муж называл себя графом Калиостро, лечил больных, вызывал духов, обещал тайное знание и уверял, что владеет древней мудростью Египта. Но рядом с ним почти всегда была женщина, без которой этот спектакль был бы куда менее убедительным. Лоренца Феличиани — красавица из бедного римского квартала, жена, сообщница, пленница и, возможно, последняя предательница великого авантюриста. Её муж называл себя графом Калиостро, лечил больных, вызывал духов, обещал древнюю мудрость Египта и уверял, что владеет тайнами, недоступными обычным людям. Но рядом с ним почти всегда была женщина, без которой этот спектакль был бы куда менее убедительным. Лоренца Феличиани — красавица из бедного римского квартала, жена, сообщница, жертва и, возможно, последняя предательница великого авантюриста. Калиостро вошёл в историю под вымышленным именем. На самом деле его звали Джузеппе Бальзамо. Он родился в Палермо, не был графом, не имел древнего происхождения и не обладал теми тайнами, о которых так охотно говори

Альфред Нобель так и не женился. У него не было детей, семейного дома и той спокойной личной жизни, которую принято желать человеку к старости. Но была София Гесс — женщина, с которой его связывали почти два десятилетия. Не высокая дружба, как с Бертой фон Зутнер. Не красивая легенда. А странная, денежная, неловкая и очень человеческая история. Когда говорят об Альфреде Нобеле, обычно вспоминают динамит, миллионы и премию его имени. Чуть реже — Берту фон Зутнер, женщину мира, с которой его связывал умственный и нравственный диалог. Но была ещё одна женщина. Совсем другая. Не идейная, не великая, не историческая в привычном смысле. И всё же именно она заняла в его жизни почти двадцать лет. Её звали София Гесс. Долгое время её старались не слишком вспоминать. В первой официальной биографии Нобеля отдельные письма даже цитировались так, будто они были адресованы не любовнице, а некой безымянной «подруге». София портила красивую легенду. Через Берту Нобель выглядел человеком, способным гов

У Берты фон Зутнер была жизнь, из которой можно было бы сделать сразу несколько романов. В одном она — обедневшая аристократка, которой приходится зарабатывать самой. В другом — женщина, влюбившаяся в мужчину моложе себя и тайно вышедшая за него замуж против воли его семьи. В третьем — писательница, чей роман о цене военной славы стал европейским событием. В четвёртом — общественная деятельница, которая спорила с генералами, дипломатами, журналистами, промышленниками и с самим духом своей эпохи. А где-то рядом, не в центре, но очень важно, проходит Альфред Нобель. Не как муж, не как романтический герой и не как спаситель. Скорее как человек, который появился в её жизни на короткое время, а затем остался в письмах, споре и странной моральной связи. Берта родилась 9 июня 1843 года в Праге, тогда это была Богемия в составе Австрийской империи. Полное её имя звучало почти как маленькая генеалогическая лестница: Берта София Фелицита графиня Кински фон Вхиниц и Теттау. Звучит роскошно. Но ти

Джульетта Гвиччарди, или Юлия, как её называли в семье, родилась 23 ноября 1782 года в Пшемысле, в Галиции, тогда входившей в состав владений Габсбургов. Она принадлежала к аристократическому миру, где судьбы молодых женщин решались не только чувствами, но и фамилиями, состояниями, знакомствами, приличиями. Её отец, граф Франц Йозеф Гвиччарди, был человеком знатного происхождения. Мать, Сусанна фон Брунсвик, связывала Джульетту с ещё одним важным для Бетховена семейством — Брунсвиками. Именно через этот круг композитор и приблизился к молодой графине. В июне 1800 года семья Гвиччарди прибыла в Вену из Триеста. Вена тогда была не просто столицей музыки. Это был город салонов, уроков, визитов, покровителей, красивых фамилий и тончайших социальных лестниц. Здесь можно было услышать великую музыку — и одновременно очень хорошо помнить, кто с кем имеет право обедать, танцевать, дружить и вступать в брак. Джульетта быстро обратила на себя внимание. Источники повторяют почти неизбежную для та

Консуэло Сунсин-Сандоваль родилась 10 апреля 1901 года в городе Армения в Сальвадоре. Она происходила из обеспеченной семьи, росла в совсем ином мире, чем будущий французский аристократ и лётчик Антуан де Сент-Экзюпери. В её биографии с самого начала было больше движения, чем спокойного домашнего порядка. Консуэло училась, путешествовала, занималась искусством, говорила по-французски, жила между Латинской Америкой, США и Европой. В некоторых биографических справках упоминают её астму: слабое здоровье и необходимость менять климат тоже стали частью её судьбы. До Сент-Экзюпери она уже успела побывать замужем. Её первый брак с мексиканцем Рикардо Карденасом оказался недолгим. Затем она стала женой Энрике Гомеса Каррильо — гватемальского писателя, дипломата и журналиста, человека литературного круга, знакомого с европейской богемой. Он умер в 1927 году. Когда Консуэло встретила Антуана де Сент-Экзюпери, она уже не была наивной девочкой, которой впервые показали большой мир. Она была молодо

Элизабет Буршье родилась около 1598 года. Она происходила не из старой титулованной знати, но из обеспеченной и полезной для брака семьи. Её отец, сэр Джеймс Буршье, был состоятельным лондонским торговцем кожей и мехами, имел земли и связи в Эссексе. Для Англии начала XVII века такая среда была важна: деньги, торговля, пуританские знакомства, влияние городских кругов и всё более заметное недоверие к придворной власти. 22 августа 1620 года Элизабет вышла замуж за Оливера Кромвеля. Венчание состоялось в лондонской церкви St Giles, Cripplegate. Жениху был двадцать один год. Невесте — около двадцати двух. Никаким “будущим правителем Англии” Кромвель тогда, конечно, не выглядел. Он был молодым человеком из провинциального джентри, с не самым прочным материальным положением и пока неопределённой дорогой. Брак с Элизабет был для него выгоден: он связывал его с лондонскими купеческими и пуританскими кругами. Но из этого не следует, что союз был только расчётным. Сохранившиеся свидетельства гов

После смерти Гарри Гудини Бесс осталась не просто вдовой знаменитого артиста. Ей досталась куда более странная роль: хранительницы последнего обещания. Если связь с умершими возможна, Гудини должен был передать ей тайный код. Не красивую фразу для утешения, не общие слова медиума, а точный знак, который мог знать только он. И Бесс ждала этот знак десять лет. Гарри Гудини умер 31 октября 1926 года, в Детройте. Ему было всего пятьдесят два года. Для публики это была смерть великого иллюзиониста, человека, который десятилетиями бросал вызов замкам, цепям, наручникам, водяным камерам и человеческому страху. Для Бесс это было окончание жизни, которую она вела с восемнадцати лет. За тридцать два года брака Бесс прошла с ним путь от маленьких сцен и дешёвых представлений до мировой славы. Она видела Гарри до того, как он стал Гудини. Видела его бедность, первые неудачи, первые удачи, тяжёлые гастроли, большой успех в Европе, возвращение в Америку знаменитым человеком. Теперь всё это стало про

Бесс Гудини родилась 23 января 1876 года в Бруклине. Её настоящее имя было Вильгельмина Беатрис Ранер. Семья была немецко-католической, небогатой, без особых связей с большим театральным миром. Но Бесс довольно рано оказалась на сцене. Она пела и танцевала в небольшом женском номере The Floral Sisters — «Цветочные сёстры». Это была обычная эстрадная работа конца XIX века: лёгкие песни, танцы, улыбки, яркие костюмы, небольшие площадки, переменчивая публика. Такой артистический мир редко был романтичным в быту. Маленькие гонорары, постоянные переезды, зависимость от настроения публики и владельцев залов. Но для молодой женщины сцена всё же давала то, чего не всегда давала обычная жизнь: движение, самостоятельность, внимание, ощущение, что можно выбраться за пределы предписанной судьбы. Именно в этой среде Бесс познакомилась с молодым артистом по имени Эрих Вайс. Позже он станет Гарри Гудини. В момент знакомства он ещё не был мировой знаменитостью. В 1890-е годы он только пробивался. Его

Жизнь Кэтрин Диккенс история о том, как супружество способно навредить, когда вы откажетесь от собственных планов и забудете про свои личные интересы, целиком посвятив себя семье и детям. Семейная жизнь Кэтрин Хогарт Диккенс была непростой. Она могла бы стать актрисой, заниматься литературой, но стала многодетный женой литературного классика. Великий британский романист Чарльз Диккенс в молодые годы грезил иметь большую семью и жену, которая станет его настоящим оплотом. Но после двадцати лет супружеской жизни писатель стал видеть в женщине, которую когда-то любил, ошибку молодости. Он более не хотел не иметь с Кэтрин что-либо общего… К своему двадцать третьему дню рождения в 1835 году журналист Чарльз Диккенс начал получать признание в лондонском литературном мире. Он стал часто бывать в доме своего коллеги-журналиста Джорджа Хогарта, где познакомился со его 20-летней дочерью Кэтрин. Кэтрин Хогарт не была первой любовью Чарльза Диккенса. Первой же была Мария Биднелл. Они познакомили

Эпоха Просвещения привнесла немало политических, социальных и интеллектуальных перемен. В области науки в этот период также происходят важные открытия, что в некоторых случаях изменяет отношения ученых к дисциплинам. Антуан Лавуазье был одним из таких людей. Он по праву считался отцом современной химии. В это время жена Антуана - Мария-Анна Польз, дочь буржуа, поддерживала мужа на протяжении всей его жизни, делая для него переводы английских работ, помогая в его экспериментах, создавая множество рисунков. I. Юность и брак с Лавуазье. Мария-Анна Пьеретт Польз родилась в Монбризоне (Луара) 20 января 1758 года. Его отцом был буржуа Жак-Алексис Польз д'Ивуа, который был занят в табачной сфере. Она получила классическое образование, типичное для молодой девушки из верхушки среднего класса. Мария-Анна также в молодости обучилась рисованию и овладела английским языком, что очень пригодится ей во взрослой жизни. Она рано потеряла мать. Когда ее мать скончалась, молодая и энергичная девушка бр