Просто поэзия жизни

В начале 60-х годов прошлого века, когда началось активное освоение космоса и первые люди вырвались на околоземную орбиту, имена космонавтов знали все советские люди. В первой группе полетевших в космос до середины 60-х, была одна женщина, и конечно, ее слава была огромной. О Валентине Терешковой знали многое — что она была обычной ткачихой из Ярославля, начала заниматься в авиационном кружке и подала заявление в отряд космонавтов. В центре подготовки она интенсивно занималась, показала, что достойна быть первой женщиной-космонавтом, и вот полетела. Полет ей дался очень нелегко, но советская пресса об этом не писала. Подробности стали известны только после перестройки. К тому времени Терешкова уже давно не имела никакого отношения к космосу. Первая женщина-космонавт стала легендой и символом, что же касается ее реальной жизни, то государство сделало все, чтобы ей жилось хорошо. Терешкова была руководителем Союза советских женщин, депутатом сперва Верховного Совета СССР, потом Государс

Рок-баллада «Still Loving You» («Всё ещё люблю тебя») была впервые исполнена немецкой группой Scorpions в 1984 году и сразу стала хитом. Группа тогда была на пике своей популярности. При этом интересно, что создана она была чуть ли не 20 лет назад до выхода знаменитой песни — в 1965 году. Это произошло в Ганновере, а основателем нового коллектива выступил гитарист Рудольф Шенкер. К 1984 году он остался единственным из первого состава Скорпионс. С 1969 года в группе пел вокалист Клаус Майне, чей сильный и чистый голос звучит и в песне «Still Loving You». Это рок-баллада о том, как мужчина переживает разлуку с любимой, о том, что гордость мешает им помириться и быть вместе, но он все равно продолжает ее любить и будет бороться за свою любовь. В общем, название песни — «Всё ещё люблю тебя», полностью отражает суть данного произведения. Музыку написал Шенкер, притом, как он сам говорил, лет за 7-8 до того, как она стала исполняться как песня. И только во время записи альбома Love at Firs

Французский король Генрих II жил в XVI веке и не был великим правителем, если подходить к этому понятию с точки зрения его вклада в развитие страны или каких-то выдающихся свершений. Собственно, единственным его любимым делом была война. Генриху нравилось воевать, и он предпочитал решать проблемы на поле битвы. Тем не менее, он был не худшим королем в истории Франции. Вообще-то сидеть на троне Генрих не планировал — дофином был его старший брат, и ставший королем после смерти отца, к которому оба брата относились так себе. Ведь отец отдал их в детстве в заложники английскому королю, чтобы решить политическую проблему, которую, по сути, сам и создал. Итак, в самые нежные годы Генрих был лишен материнской ласки и находился пусть и в щадящем, но заточении. Это не могло не повлиять на его характер и душевный настрой. Его не зря называли сумрачным красавцем. Нынешние психологи нашли бы в нем постоянного клиента — Генрих явно получил в детстве сильную душевную травму, которую изживал и не из

Впервые о Сергее Уточкине я узнала в детстве, читая книгу Валентина Катаева "Разбитая жизнь, или Волшебный рог Оберона". В ней рассказывается о детстве писателя в Одессе, притом композиция книги мозаична — автор поместил рассказы о тех или иных событиях своей детской жизни не в хронологическом порядке, а как вспомнилось. Это воистину великая книга, как и все поздние произведения Катаева. Но вернемся к Уточкину. Так вот, из "Разбитой жизни" я узнала об этом человеке, а также о том, что он был сильным заикой, рыжим, веснушчатым, говорил с пересыпским акцентом (район в Одессе) и был превосходным велосипедистом, фигуристом и авиатором. Вот такая разносторонняя личность. Он был кумиром одесситов, которые видели в не своего героя, впрочем, он таковым и был. Жизнь этого человека, конечно, удивительная, и он прожил ее на полную катушку, ни в чем себе не отказывая и пробуя всё, что ему было интересно. А интересен ему, в первую очередь, был спорт, связанный с теми или иными технологическими но

Когда в советских фильмах 50-60-х годов хотели показать ужасы капитализма, чаще всего музыкальным фоном шла «Blue Suede Shoes» (Синие замшевые ботинки) — забористая песня в стиле рок-н-ролл в исполнении Элвиса Пресли. Это произведение стало классикой жанра, при ее звуках и сейчас так и тянет кого-нибудь пошвырять по танцполу. И разумеется, партнерша должна быть в пестрой накрахмаленной юбке колоколом, а партнер в узких брючках и клетчатом пиджаке. На ногах — замшевые туфли неожиданного цвета, да хоть и синего. Красота! Эх, американские 50-е... «Blue Suede Shoes» была написана музыкантом и певцом Карлом Перкинсом в 1955 году. Он же был и первым ее исполнителем. В песне сочетались элементы кантри-музыки и ритм-энд-блюза, результат же оказался забойным. Энергичный танцевальный ритм и текст, в котором сквозила ирония, свобода исполнения — все это в сочетании сразило сердца подростков. Песня стала хитом. Но кстати, надо сказать, что идея песни появилась у Джонни Кэша, который рассказал

Константин Эдуардович Циолковский был возвеличен в советское время как талантливый представитель народа, ученый-самородок, который страдал от непонимания и насмешек в царский период, а вот в СССР получил достойное вознаграждение за свой вклад в науку. Всё это идеологические игры, но вклад в науку Циолковский действительно внес, разработав теорию космического полета благодаря трехступенчатой ракете. Идея была прорывной и легла в основу современной космонавтики. При этом, подав идею как таковую, сам Константин Эдуардович, не будучи инженером, не очень представлял себе в подробностях, как это реализовать на практике. Зато были молодые энтузиасты-инженеры, которые начали работать над этим. Так что, все сошлось удачно для калужского учителя. Пусть и на исходе жизни, но он понял, что его размышления, поиски и труды были не напрасными. Меж тем, он ведь не получил высшего образования, все свои знания добыл самоучкой. Хотя отец и отправил его учиться, поступить в вуз не удалось, и молодой Циолк

Все эти архаичные цари, считавшие себя властителями мира и пупом Земли, в большинстве случаев канули в Лету, и время стерло не только следы их сандалий, но и само имя вместе с их деяниями стерло в песок. От кого-то, правда, осталось имя, ничего не говорящее даже историкам. Но кому-то повезло. Их помнят, о них знают. К таким везунчикам можно отнести царя Хаммурапи. Он жил и правил в древнем Вавилоне примерно 3000 лет назад. Во всяком случае, камень, на котором высечены его законы и он сам в компании солнечного бога Шамаша, был обработан примерно в 1759 году до нашей эры. Благодаря этому камню и также некоторым другим текстам мы и знаем о Хаммурапи и его деятельности. Вообще надо сказать, что предыдущие до него цари Вавилона то ли не очень заморачивались тем, чтобы оставить после себя письменные документы, то ли те тексты были сметены ураганом времени, но именно Хаммурапи оказался первым вавилонским царем, о котором сохранились глинописные и каменные тексты. Несомненно, это был умный че

В советское время, когда чуть ли не полстраны либо сидело, либо недавно вышло из лагерей, блатные песни были популярны в народе. Их знали и пели. Другое дело, что, разумеется, подобное творчество не поощрялось, по радио и телевидению, а также на концертах не исполнялось. Но в кино порой появлялись песни, отдаленно напоминавшие блатной фольклор, хотя и в смягченном виде. В чем особенность таких песен? Во-первых, простой запоминающийся мотив, буквально в три аккорда, а во-вторых, конечно, душещипательный текст, повествующий о страданиях жертвы правоохранительной системы. Тут главным было делать упор на сентиментальные чувства и петь с должным надрывом. Фильм «Операция „Ы“ и другие приключения Шурика», вышедший в 1965 году, стал классикой жанра, и в нем прозвучала песня «Постой паровоз, не стучите колеса», которую с надлежащим чувством исполнял Юрий Никулин (Балбес). Песня эта моментально стала супер-популярной. Она буквально балансировала на грани блатняка, однако, вполне могла относи

Сергей Миронович Киров был убит в 1934 году в коридоре Смольного дворца выстрелами в упор. Страна была потрясена. Чувствовалось — сейчас что-то начнется... И началось. Киров был моментально возведен в ранг мученика, идеализирован и возвеличен. Города и поселки начали переименовывать в его честь, Вятка стала Кировым, появились Кировобад, Кировоград, Кировск и т.д. Бесчисленное количество заводов и прочих предприятий были названы именем Кирова. В каждом районном центре Ленинградской области поставили типовой памятник Сергею Мироновичу. В самом Ленинграде и также в Москве — само собой. Киров был всюду, а художники получили заказ на изображение его образа. Одновременно под предлогом мести за убийство любимца партии Сталин начал масштабные репрессии. Тяжелое было время... Советское искусство тогда находилось под сильным идеологическим гнетом. Были утверждены каноны социалистического реализма, шаг вправо, шаг влево — расстрел (притом часто в буквальном смысле). Партия давала задание художник

Как известно, русские цари до появления династии Романовых вели свой род от древнерусского князя Рюрика, когда-то в XIII веке севшего на престол в Великом Новгороде. Ну, как на престол... Тогдашние князья не отличались стремлением к праздной комфортной жизни, они были, в первую очередь, воинами. Именно в таком качестве их призывали новгородцы и псковичи, которые сами выбирали себе князей. В других древнеславянских городах не было такой вечевой демократии, князья там утверждались по своей воле, предварительно вышибив конкурента или получив власть по наследству от отца. В Новгороде и Пскове дело обстояло по-другому, князь каждый раз избирался новый, народным собранием — вече. При этом, чаще всего — извне. Новгородцы и псковичи резонно считали, что новый человек не опутан в их городе родственными и прочими связями, и значит, почвы для кумовства и коррупции будет меньше. При этом пришлые князья чаще всего служили ответственно, радели за город. В частности, литовский князь Довмонт, став