РозКошь

Небу не спалось. Оно маялось бессонницей, по 100 раз взбивало пушистые облака, гоняло звезды, брызгало мокрым снегом. Вот не спалось и все тут. Небу мешали. Уже несколько дней вокруг него крутились непонятные пухлые существа, с забавно трепыхающимися крылышками, постоянно хихикающие, и пускающие на землю короткие золотые стрелы. Небо возмущенно мурчало, но прогнать вредных крылатиков не смогло. Уже не Зимнее, но еще не Весеннее, Небо с досады рассыпало серый рыхлый снег, потом плавило его лучами, потом сковывало льдом. В общем, развлекалось как могло.  А 14 февраля приближалось неумолимо. Как электричка на переезде, как теща в воскресенье утром на дачу, как налоговый отчет в конце квартала. Крылатики становились все более шумными, устраивали массовые стрелялки, а внизу, на земле, магазины расцветали сердечками, шоколадными наборами и легким флером безумства. Гиппократ чувствовал весну. Чувствовал всем своим существом, лапами, хвостом, глазами и ушами. Рыхлый снег и гололед не могли в

На Маленькой планете, где на Северном полюсе заканчивается Радуга, а на Южном загорается Искра Надежды, ждали Рождество. Фырчание обещало потерпеть и не фарчать, Спинка домиком тренировалась быть ласковой, Мытое левое ушко старательно намывало правое, Смотритель Радуги, положив в карман оттаивать новые замерзшие надежды, в пятый раз поправил звезду на елке (на что Спинка домиком тихонько ухмыльнулась), и тоже сел ждать.  Тихо – тихо наступал вечер. Зимнее Небо потихоньку взбивало облака, и мягкий пушистый снег укрывал Млечный путь, лунные озера и землю. Нежно звенели звезды, выстраиваясь в новый хоровод еще одного года. Становилось все тише и тише…. Медленно, словно сотканная из серебра, на темном своде Небе стала проявляться Звезда. На Земле ее еще не было видно, но ведь Планета кошек находится совсем рядом с Млечным путем, и Рождество она встречает первой.  Звезда становилась больше и ярче, ее лучи мягко пробежались по Радуге, стерев с нее слезы и боль. Один лучик звезды осветил к

Хюгге. Она лежал в лесу под елкой и пыталась уснуть. А ёлка старательно укрывала ее лапами. В свете жёлтых фонарей в городе  развивалось ожидание праздника. Оно было в отсвете домашнего торшера возле кресла, в тихом сопении чайника, в шерстяных носках и даже в дожде в декабре. И под елкой в лесу оно тоже было. Но чего то не хватало. Друзья удивлялись: уезжать за 5 дней до Нового года неизвестно куда, одной. Зачем? А она не могла им ответить. Она и сама не знала, зачем. Просто накопились выходные, просто город стал давить, просто внутри все однажды ярко вспыхнуло, но большие грязные языки этот огонь втоптали в ничто.  И захотелось туда, где тебя любили. Ставили ёлку, дарили много ярких подарков, где Дед Мороз приходил прямо из леса, смешно топал и пах дедушкиным табаком. А потом этот же Дед Мороз, тебя уставшую, но счастливую, укладывал спать на печку. Со словами «не расстай, Снегурочка, а то весна не наступит». И это было её личное хюгге. Маленький домик на окраине села давно уже н

Зелье получалось отличное. Противное, вредное, с острой ноткой горечи, режущее сердце и выворачивающее душу наизнанку. Ведьма приплясывала вокруг котла, радостно потирая руки, и добавляла по капельке то горечь утраты, то унижение, старательно взвешивала по граммам холодную ненависть и приплюсовывала смертельную тоску и забвение. Июльское Небо неодобрительно смотрело на все это безобразие. Периодически собирало в кулак пригоршню града или мелкие молнии, и метало их в котел. Неудачная попытка, учитывая июль и размеры котла. Лунная кошка, праматерь всех кошек, тихонько успокаивала Небо, мурчала, что «это раньше на костре сжигали», а теперь все изменилось. Теперь на костер не оправляют. Теперь хуже… Каждое утро ведьма отмеряла нужную ей порцию зелья, и день превращался в мрак. Гасли лучи солнца, приглашенные Небом в гости, само Небо становилось тусклым и безликим, люди торопливо шли по своим делам.  А ведьма злилась еще больше. Ей не хватало главного. А вот чего – она не знала сама. И к

…Зимнее Небо выбивало облака. Протирало гирлянды звезд. Наводило блеск на тусклое зимнее солнце. Гоняло метлой мелкие тучки и спешило. Какой уж тут покой, когда до Нового года три дня. Тут только успевай, сколько дел то! Приготовить подарки Лунной кошке, Смотрителю Радуги, и всем жителям маленькой планеты, которой нет на карте. А время то бежит!  Спинка Домиком в очередной раз свалила елку и спрятала от всех Звезду. Ну, ритуал у нее такой, каждый год. Кто-то же должен готовить Рождество. Мытое левое ушко возилось с застывшими надеждами. Эти маленькие жители планеты были самыми тихими. Это то и тревожило. Надежды следовало расшевелить, разбудить, отпоить теплым молоком Млечного пути, и в полночь Нового года щедро сыпануть с неба. Надежды потихоньку оттаивали. Все. Кроме одной. …В последнее время она все время плакала. По пути на работу. По пути с работы. На работе. Любая мелочь, вроде глупого испорченного корпоратива приводила к слезам. Слезы просто текли сами собой. А еще ей не хотел

Как словить неприятности Лунная Кошка задумчиво присела на край Неба, пригладила пушистый хвост и стала внимательно наблюдать за новой гостьей. На краю Неба сидела … ведьмочка. Обычная такая ведьмочка, увидишь в толпе – и не поймешь, какая сила в ней заключена. Но ведьмы – редкие гости на Небе. А тут, надо же, сама пришла, сидит с блокнотом, что-то считает и записывает. …. «Уходи туда, где люди не ходят, зверь не бегает, птицы не летают, рыбы не плавают! Бысть тому!» В полумраке комнаты русоволосая женщина крепко добавила последнюю фразу, задула свечи и проводила к двери свою клиентку. То, что должно было уйти, задумчиво повисло в воздухе, пытаясь решить задачу в духе старинных сказов: пойди туда, не знаю куда. Но приказ был отдан, и оно пошло.  А по улице медленно шел невеселый мужчина. Из-за своего взрывного характера он снова обидел любимого человека. Эмоции остыли, пришло понимание, и теперь мужчина шел и клял себя, на чем свет стоит. И виноват он, и дурак он, и как только ноги е

Эту маленькую планету еще не открыли. Она затерялась в глубинах мироздания, весело носится по своей орбите и совсем не огорчается от того, что ее нет в звездном атласе. Пожалуй, планета даже радуется, что про нее не знают. Потому что на ней нет того, кто (увы…) все портит со своим появлением… На ней нет человека. На планете живут кошки. Кошки прошлого, и кошки будущего. Кошки вчерашние, и те, которые будут завтра. Появляются, исчезают, приходят снова. Гуляют по млечному пути, моют заднюю лапу, левое ушко, фырчат , выгибают спинку домиком, а потом уходят на Южный полюс, что бы ждать… Иногда на полюсе вспыхивает крошечная искорка. Тогда кошки перестают мыть лапу и левое ушко, и напряженно всматриваются. Искорка медленно гаснет, и кошки печально провожают взглядом ее последние отблески… Не разрешили. Там, где то ТАМ маленькой девочке НЕ РАЗРЕШИЛИ взять «это маленькое, пушистое, плачущее под подъездом». Но если искорка разгорается, становится больше, сильнее, растет, наливаясь многогр