Истории между строк | Ирина.В

– Мам, ты холодильник к пятнице освободи хотя бы наполовину. И морозилку тоже посмотри, там место понадобится, – сказала Лера таким тоном, будто они уже давно всё обсудили. Галина перестала помешивать суп. – С чего вдруг? У меня морозилка и так забита. Что ты туда собралась складывать? – Мясо, рыбу, нарезку. Овощи можно на веранде поставить, если прохладно будет. Я вечером список пришлю. Галина выключила конфорку. О юбилее Виктора дома говорили давно. Мужу исполнялось шестьдесят пять, и он хотел позвать близких родственников, соседей и нескольких старых друзей. Никакого огромного торжества они не планировали. Галина представляла две накрытые комнаты, открытую веранду и человек двадцать пять гостей. Лера сама вызвалась помочь. Сначала мать даже обрадовалась. Дочь обещала обзвонить гостей, посмотреть складные столы, помочь с покупками и приехать заранее готовить. Но теперь речь внезапно шла уже о забитом холодильнике. – Подожди, Лер. Какое мясо? Мы с папой меню ещё толком не составляли.

– Мам, только не удивляйся, если в субботу к дому подъедет микроавтобус. Я там один вопрос решил, – Игорь говорил бодро, будто собирался порадовать мать. Надежда поставила пакет с продуктами на табурет. – К какому дому и что именно ты решил без меня? – К старому, на Луговой. Там бригада рабочих жильё ищет месяца на три. Пять человек, все взрослые, спокойные. Дом всё равно почти пустует, а тебе будут платить. Надежда несколько секунд молчала. Дом на Луговой действительно большую часть недели стоял закрытым. Но заброшенным он не был. Надежда регулярно приезжала туда, проверяла отопление, проветривала комнаты, следила за участком. Она давно собиралась привести дом в порядок и уже несколько недель обсуждала ремонт с мастером. Игорь об этом знал. – Ты предложил мой дом посторонним людям, даже не спросив меня? Сын тяжело вздохнул, словно мать придиралась к мелочи. – Не неизвестно кому. Я разговаривал с их старшим. Они рядом объект ремонтируют. Ночевать будут и утром уезжать. Никаких гостей и

– Мам, ты только не убирай сервиз далеко. Лена в субботу за ним заедет, – сказал Миша таким тоном, будто речь шла о кастрюле, которую мать сама обещала одолжить. Раиса перестала вытирать стол. – Какой ещё сервиз и зачем за ним Лена поедет? На другом конце повисла короткая пауза. – Ну твой, белый, который в шкафу стоит. У Ани свадьба на следующей неделе. Лена сказала, что он к их столу хорошо подойдёт. Раиса посмотрела в гостиную. За стеклянными дверцами старого шкафа стояли тарелки с тонкой золотистой каймой, чашки, блюдца, чайник, сахарница и небольшая сливочница. – Подожди. Аня – это Ленина сестра. При чём здесь мой сервиз? – Они хотят красиво накрыть стол. Там ничего такого, мам. Возьмут на праздник и вернут. – А меня спросить вы не забыли? Миша вздохнул. – Я знал, что ты начнёшь переживать. Лена поэтому и решила сама приехать, всё аккуратно упаковать. Она уже коробки купила и мягкую плёнку. Раиса медленно села на стул. Вот теперь ей стало действительно интересно. – Значит, коробки

– Мам, ты в субботу с утра дома будешь? Только никуда не уходи, у нас машина приедет, – Олег говорил быстро, будто сообщал о давно согласованном деле. Светлана отложила нож, которым резала яблоки для пирога. – Какая ещё машина? Ты мне ничего не говорил. – Я вечером заеду и всё объясню. По телефону долго. Он отключился раньше, чем она успела задать следующий вопрос. К вечеру Светлана уже несколько раз вспомнила этот разговор. Олег редко приезжал среди недели без причины. Если обещал «всё объяснить», значит, скорее всего, уже что-то решил. Так и оказалось. Сын пришёл вместе с Катей. Невестка держалась непривычно тихо и сразу занялась чайником, хотя прекрасно знала, где всё стоит. Олег снял куртку, прошёл на кухню и некоторое время рассказывал про работу и пробки. Светлана слушала, не перебивая. – Ты мне про машину хотел объяснить, – напомнила она, когда сын уже второй раз потянулся за печеньем. Олег отряхнул крошки с пальцев. – Да там ничего сложного. У Нины в доме кладовую освободить по

– Мам, этот большой шкаф пока не забивай. Всё равно скоро половину вещей придётся перевозить, – сказала Таня и открыла дверцу в моей спальне. Я отложила сложенное бельё. – Куда это мои вещи собрались переезжать? Дочь повернулась ко мне с таким видом, будто удивиться должна была не я, а она. – К нам, конечно. Мы же уже решили, что после твоей пенсии всё будет по-другому. – Кто именно решил? – спросила я, закрывая шкаф. Таня вздохнула. – Мам, ну не начинай. Мы с Сашей всё обсудили. Я была уверена, что ты и сама понимаешь. До пенсии мне оставалось меньше двух месяцев. Я ждала этого времени давно. Хотела перестать вставать по будильнику, записаться в бассейн и спокойно заняться тем, до чего вечно не доходили руки. Переезд к дочери в мои планы точно не входил. – Тогда рассказывай, что именно вы успели решить за меня. Таня села на край кровати. – Всё очень просто. Ты одна живёшь в двухкомнатной квартире. Мы вчетвером живём в трёхкомнатной. Костю надо забирать после школы, Лизу из садика. Мы

– Ты только сразу не сердись. Мне на неделю нужны ключи от твоей дачи, – сказала Лариса, едва успев снять куртку. Я выключила чайник и обернулась. – А зачем тебе ключи? Ты сама туда собираешься? Золовка прошла на кухню и поставила сумку на стул. – Не я. У моих друзей дома ремонт, жить сейчас неудобно. Я предложила им неделю пожить у тебя. Всё равно ты в эти дни туда не собиралась. Я несколько секунд молча смотрела на неё. – Ты уже предложила мою дачу своим друзьям? – Ну да. Но я же знала, что ты не откажешь. Они спокойные люди, семейная пара. Утром будут уезжать на работу, вечером возвращаться. Через неделю съедут, ключи я сама тебе принесу. По её голосу выходило, что вопрос уже решён и от меня требуется только найти связку. Дача у нас была самая обычная: небольшой дом, веранда, две комнаты, кухня и участок. Никаких дорогих вещей там не хранилось, но всё было устроено под меня. В шкафу висела одежда, на полках стояла посуда, в кладовке лежали инструменты и банки с домашними заготовками

– Свет, сегодня вечером никуда не уходи. Кирилл приедет со сметой, а завтра с утра поедем за материалами, – сказал Олег, листая что-то в телефоне. Я остановилась возле кухонного стола. – А меня зачем ждать? Квартиру ремонтирует Кирилл, пусть он и решает, что ему покупать. Муж поднял глаза. – Потому что сначала надо понять бюджет. Там проводка, полы, ванная, плитка. Одними банками краски не обойдёшься. – Всё равно не понимаю, какое отношение этот бюджет имеет ко мне. Олег отложил телефон и посмотрел так, будто я специально не хотела понимать очевидное. – Свет, у тебя семьсот сорок тысяч лежат без движения. Кириллу сейчас эти деньги нужнее. Неужели будем опять начинать один и тот же разговор? Вот теперь всё стало ясно. Эту сумму я собирала почти четыре года. Откладывала часть зарплаты, иногда брала дополнительную работу, не тратила премии на мелочи. Деньги были моими, и назначение у них тоже было вполне конкретное – другая машина. Моя старая ещё ездила, но всё чаще требовала ремонта. Зим

– Мам, в субботу на дачу не езди. Мы с Романом сами туда съездим, надо кое-что посмотреть и решить, – сказала Алла таким тоном, будто речь шла о её участке. Я поставила чашку на стол. – Что именно вы собрались решать без меня? Дочь будто не заметила моего вопроса. – Теплицу надо осмотреть. Роман говорит, её проще убрать, чем каждый год латать. Потом подумаем насчёт веранды. И стол твой старый, наверное, пора вынести, нормальный поставим. – Теплицу никто разбирать не будет. И стол останется там, где стоит. На другом конце послышался раздражённый вздох. – Мам, вот поэтому с тобой невозможно что-то планировать. Ты сама уже почти ничем там не занимаешься, но изменить ничего не даёшь. Дача у меня действительно была не новая. Небольшой деревянный дом, шесть соток, две яблони, теплица и грядки, количество которых я с каждым годом уменьшала. Раньше я могла провести там почти всё лето. Потом стала ездить реже. Мне больше не хотелось каждую неделю полоть, что-то красить и искать, кто поправит оч

– Ты первого числа только ничего себе не планируй, ладно? Мы пораньше приедем, стол раздвинем, стулья из комнаты принесём, – сказала Алёна и потянулась за своей сумкой. Лидия, стоявшая у раковины, медленно обернулась. – Какой ещё стол и зачем его раздвигать? Я вроде никого к себе не приглашала. Невестка посмотрела на неё с лёгким недоумением. – Так майские же. Соберёмся все вместе. У вас места больше, чем у нас, вот и решили здесь. Слово «решили» Лидии сразу не понравилось. Вечером Алёна с Глебом заехали к ней всего на полчаса. Выпили чай, поговорили о детях, о погоде, о том, что в этом году рано потеплело. Ни о каких гостях до этой минуты никто даже не упоминал. – Кто именно решил, что собираться надо у меня? – спросила Лидия. Алёна уже застёгивала куртку. – Мы с Глебом обсудили. Моя мама приедет, сестра с мужем, дети, ещё Глеб хотел своих позвать. Нормально посидим, без всякой торжественности. – А меня вы когда собирались спросить? Невестка улыбнулась, словно свекровь придиралась к п

– Мам, дверь придержи, я ещё два раза спущусь, – крикнул Денис с лестничной площадки, втаскивая сразу две большие картонные коробки. Я придержала дверь, хотя совершенно не понимала, что происходит. Сын поставил коробки возле шкафа и снова исчез. После ещё двух таких ходок в моей прихожей стояло уже шесть коробок. На одной было написано «Посуда», на другой – «Полотенца», из третьей торчал край сложенного покрывала. – Теперь скажешь, что это такое? – спросила я, когда Денис наконец снял куртку. Он посмотрел на коробки так, словно только сейчас заметил, сколько места они заняли. – Зоины вещи. Ничего страшного, мам. Это ненадолго. Зоя была матерью его жены Светы. – Почему вещи Зои стоят у меня? – Она старую мебель из комнаты убрала. Новую поставит, и всё заберёт. У нас дома места совсем нет, а у тебя эта маленькая комната почти свободная. Денис потянулся к ближайшей коробке, собираясь нести её дальше по коридору. Я загородила дверь комнаты. – Поставь обратно. В комнату ничего не понесём. –