Мистика,паранормальное (Истории из жизни)

Нищий богач Инга Тим - Ясин, это твоя? Я нашла, разбирая коробки на антресолях. Жена зашла в кабинет и протянула мне старую тетрадь. - Здорово! Я думал, она потерялась. - А что в ней? - Черновик моего сочинения, которое я написал пятнадцать лет назад и получил самую высокую в школе оценку по французскому языку. - Ого! Интересно будет послушать! Почитаешь мне? - Конечно. Хочу услышать твоё мнение. Ты же филолог и большая поклонница Бальзака. - А ты писал сочинение на тему какого -то романа Бальзака? - Держим интригу! - засмеялся я. - Потерпи немного. Сейчас закончу работу, сделаешь нам чай и откроем" читальный зал". - Ладно, - улыбнулась Марина, выходя из комнаты. - Пойду поставлю чайник. Жду! Я открыл тетрадь, и, перелистывая, чуть пожелтевшие от времени страницы, мысленно перенесся в свой класс и снова услышал голос учителя: - Смелее, Ясин! Ты написал очень хорошее сочинение. Я хочу, чтобы ты поделился с нами. Одноклассники уставились на меня. Кто-то с интересом, кто-то с завистью. Месье Мухаммед , без преувеличения, был лучшим в школе, а то и в городе, учителем. Его мнение мы ставили очень высоко. Не так давно он дал классу задание - написать сочинение о любом жителе нашего города. Это мог быть отец, мать, сосед, друг или кто-то другой. Я рассказал про нищего по прозвищу Биско. Биско был, пожалуй, достопримечательностью нашего городка, как большой металлический апельсин, расположенный на центральной площади, или рощица с вековыми деревьями и многочисленными гнездами аистов. Его, как говорится, знала каждая собака. Откуда он прибыл в наш город - неизвестно, но обосновался здесь, видимо, навсегда. Несмотря на бродячий образ жизни и инвалидность,( у мужчины не было руки), Биско был всегда чисто и опрятно одет, причесан и выбрит. Наши матери нередко ставили нищего нам в пример, когда мы приходили домой грязные, как черти, после увлекательных уличных игр. Жил он в старой, ржавой машине, брошенной на окраине. Городские власти неоднократно предлагали мужчине место в приюте, но он упорно отказывался покинуть своё странное жилище. Никто не понимал причины этого упрямства, и тайна была разгадана лишь после его смерти , но не буду забегать вперёд. Скажу, что жители по - своему любили Биско и частенько прибегали к его помощи, когда нужно было выполнить мелкое поручение, или посторожить дом. Нищий был кристально - честным человеком. Я познакомился с Биско примерно в семилетнем возрасте. Незадолго до этого события в доме появился котёнок. Чёрный, как уголь. Я нашёл его возле дороги, и опасаясь, что машина собьёт малыша, оттащил в сторону. А котёнок побежал за мной, жалобно мяукая. Я не мог его бросить и принёс домой. Мама, поворчала, конечно, но разрешила оставить, с условием, что мы с сестрой сами будем о нем заботиться. Я назвал котёнка Микки, как кота на картинке старого французского учебника. Микки оказался хорошим котом, умным и ласковым. Вскоре он вполне освоился в доме, спал у меня в ногах и весело встречал на пороге, когда я возвращался с прогулки. Я сильно к нему привязался, кормил, играл, даже пытался дрессировать. Мама не разрешила поставить в доме кошачий лоток и велела выпускать Микки на улицу. Обычно, я следил за ним, чтобы кот не потерялся или не столкнулся с деревенскими собаками, которые часто забредали в наш район в поисках корма. Но в тот день шла очередная серия " Том и Джерри", поэтому я выпустил Микки на улицу и забыл про него, а вспомнил лишь, когда досмотрел мультфильм до конца. Выйдя, я не увидел кота. Обошёл всю улицу, но Микки нигде не было. Встревожившись, я принялся звать его и услышал вдалеке жалобное мяуканье. В конце улицы был большой, старый эвкалипт. Наверху сидел мой Микки. Видимо, собаки загнали его туда. Слезть он не мог, а услыхав мой голос, принялся звать на помощь. Я попытался залезть на дерево и снять кота, но Микки забрался очень высоко. Тогда я заплакал. Поблизости никого не было, а я боялся, что кот упадёт и разобьётся. - Что случилось, малыш? - услышал я ласковый голос. Это был нищий, который иногда появлялся в нашем районе. - Мой кот! - я указал ему на Микки, - не может слезть. - Высоковато забрался! - заметил тот, глядя вверх. - Подержи сумку, я попробую его снять. - Но как же Вы поднимитесь? Рука! - указал я на пустой, болтающийся рукав рубашки. - Не волнуйся, я справлюсь, - ответил мужчина, ловко забираясь по столу дерева. Поднимаясь всё выше и выше, он, наконец, добрался до кота, и, осторожно ухватив его, сунул за пазуху. - Держи! - сказал мужчина, спустившись вниз. - Спасибо, дядя! - ответил я, радостно схватив кота и прижимая к себе. - Можешь звать меня Биско, - ответил нищий. - А как зовут твоего котёнка? - Микки. - Хорошее имя. Ему идёт. У меня в детстве тоже был кот. Я назвал его Маляк ( ангел). - Странное имя для кота, - пробормотал я удивлённо. - Он был послан, чтобы спасти мне жизнь, - серьёзно ответил мужчина. Он хотел ещё что-то добавить, но меня окликнула рассерженная мама: - Где ты болтаешься? А ну - ка бегом, домой! Отец уже заждался! Я и забыл, что мы собрались с отцом в хамам, и, поблагодарив Биско ещё раз, помчался домой. - Беги, малыш! И следи хорошенько за своим котом! - ласково ответил нищий, закидывая на плечо небольшую холщовую сумку и продолжая свой путь. Однако, его рассказ про кота по кличке Ангел, так заинтересовал меня, что я с нетерпением ждал появления Биско в нашем районе и бросился ему навстречу, как только увидел в конце улицы. - Дядя Биско! Расскажите про кота- ангела! Он потрепал меня по голове. - Это печальная история, малыш! Но я расскажу тебе. Биско присел на траву, я устроился рядом и вот что услышал. - У тебя чёрный кот, а у меня был белый - белый, как облако. Я был уверен, кота послала покойная матушка, чтобы спасти меня. Я был примерно твоего возраста, когда, проснувшись утром, увидел возле своей подушки задушенную змею, а рядом сидел этот кот. Ни у кого поблизости не было такого красивого кота. Белоснежного с разными глазами. Один глаз был зелёный, а другой голубой. Он появился из ниоткуда - значит точно мама его отправила. Когда я поделился своими мыслями с отцом, тот рассердился и сказал, чтобы я не говорил чушь, но кота оставить разрешил. Я назвал его Маляк и вправду считал своим ангелом. Это был необычайно умный кот. Он очень любил нас с сестрой и ненавидел мачеху. - Значит ваша мама умерла? - спросил я сочувственно? - Почему? Она болела? - Да, - ответил Биско. - Мама простудилась, во время работы в одном доме, и умерла от воспаления лёгких. - А разве ваш отец не зарабатывал? Почему он позволял ей работать у чужих людей? - снова задал я вопрос . - Вначале отец хорошо зарабатывал. Я помню те времена, когда в нашей семье был достаток и счастье, - ответил Биско. - Отец был отличным плотником и имел много клиентов. Однажды он выполнил большой заказ, получил хорошие деньги и повез нас к морю. Мне было всего пять лет, но я запомнил эти чудесную поездку, - Биско тяжело вздохнул. - Но это был один - единственный случай. А вскоре после этого отец познакомился в кафе с одним негодяем , который втянул его в карточные игры. Пристрастился отец очень быстро, и дня не проходило, как он шёл в кафе играть, но удача не была на его стороне. Выигрывал он редко и мало, а проиграл почти всё. Все более - менее ценные вещи были проданы в счёт долга. Он практически забросил работу. Стремление выиграть превратилось в манию, в болезнь, в страсть. Из дома исчезли не только вещи, но и продукты. Мы ходили полуголодные, и мама была вынуждена мыть полы у чужих людей. Но и эти жалкие копейки отец частенько отбирал у неё, чтобы расплатиться с долгами. Семья впала в большую нужду. Прежде наша мать была красавицей, но невзгоды состарили её, поседели волосы и потускнели глаза. Мы с сестрой подрастали, нужна была новая одежда, обувь. Сестра мечтала стать учительницей, а отец требовал, чтобы она, как мама, шла в служанки. Мама бралась за любую работу, скрывая от отца часть заработка, чтобы Фатиха могла посещать школу. Она купила ей скромную, но новую одежду, так как девочки в классе смеялись над " оборванкой ". А вечерами, после того, как сестра помогала маме по дому, она занималась со мной. Фатиха очень хотела получить образование, затем найти хорошую работу и забрать нас с мамой к себе. Но этим надеждам не суждено было сбыться. Мне кажется, что отец открыл дверь тёмным силам, которые набросились на нашу семью, как голодные псы. После смерти матери сестре пришлось идти в служанки в 12- летнем возрасте и забыть про школу. Несмотря на усталость, она всё- таки пыталась заниматься по вечерам самостоятельно, надеясь на перемены к лучшему. Но и эти маленькие надежды рухнули с появлением в нашем доме мачехи. Это была ещё молодая, но обрюзгшая и некрасивая женщина. К тому же злая, как гиена. Но у неё водились деньги, так как кафе, где вечно пропадал наш отец, было её собственностью. На сестру, и без того сильно утомлявшуюся от работы, легли все домашние обязанности. Мачеха заявила, что не собирается ухаживать за чужими детьми. Я, как мог, помогал Фатихе, но проку от моей помощи, конечно, было мало, ведь я был инвалидом. - А что случилось с вашей рукой? - спросил я робко. - Несчастный случай. Я поранился о старый, ржавый гвоздь и нужно было сразу обработать рану, но сестра была на работе, а мачехе я был не нужен. Я перевязал руку какой- то тряпкой и забыл об этом, пока не началось воспаление. Сестра хотела отвести меня в больницу, но мачеха подняла крик, что на лекарства придётся потратить много денег и отправила нас к бабке, которая лечила травами, уверяя, что старуха справится лучше любого врача. В результате началось заражение, и руку пришлось отнять, иначе я бы умер. Мама никогда не допустила бы этого, но её уже не было в живых, а отец почти не обращал на нас с сестрой никакого внимания, пропадая целыми днями в кафе. Мачеха полностью его себе подчинила. Нас с сестрой она люто ненавидела и попрекала каждым приготовленным ею куском. Сестра подрастала и всё больше походила на покойную мать- красавицу, что тоже бесило мачеху. Она стала намекать отцу, что Фатихе пора замуж. Один хороший и симпатичный парень был не прочь сосватать сестру, но эта мерзавка решила продать девушку подороже и подыскала ей в мужья торговца глиняной посудой, человека старше Фатихи почти на тридцать лет. Люди говорили, что у него сумасшедшая, старая мать, за которой нужен уход, поэтому и берет в жены служанку. Но отца с мачехой это не волновало, ведь им заплатили за сестру деньги. Деньги! Снова деньги! Я стал ненавидеть это проклятое слово! Помню, как плакала моя бедная сестра и просила отца не выдавать её за старика. Но тот был полностью под каблуком у мачехи. Фатиху забрали из родного дома в 15 -летнем возрасте. Больше я её никогда не видел, не знаю жива она или нет. Биско печально покачал головой. - Уезжая, она прокляла отца и пообещала сменить имя и фамилию, чтобы ничем не быть с ним связанной. Поэтому я не смог найти сестру до сих пор. Я остался совершенно один, если не считать кота. Маляк был единственным другом и утешением, но и он меня покинул. Однажды, вернувшись из школы, я обнаружил кота избитым, окровавленным, но ещё живым. Мачеха заявила, что он забрался на стол и попытался стащить кусок мяса. Это была ложь. Никогда в жизни Маляк этого не делал. Она избила кота железной кочергой. Он мучился до утра и умер у меня на руках. Как описать то горе, которое я испытал?! Ушла мама, с любимой сестрой разлучили, а теперь и единственный друг погиб. Помню, как я схватил ту самую кочергу с намерением убить мачеху, как она убила кота. Но я был маленьким, слабым и больным мальчиком, а она здоровенной тёткой. К тому же отец был на её стороне и считал глупостью оплакивать какого-то кота. Отец заступился за эту негодяйку и побил меня. Впервые в жизни он поднял на меня руку! В тот день я убежал из дому. Решив уйти подальше, я брёл, не разбирая дороги, пока не оказался за городом. Увидев развалины какого-то дома, я решил ночевать там, и заснул прямо на земле, настолько был уставшим и подавленным. В ту ночь мне приснился удивительный сон : как будто Маляк живой и невредимый сидит рядом со мной. Я так обрадовался - словами не передать. Гладил и ласкал его. Но вот кот повернулся, собираясь уходить. - Останься со мной! - попросил я. - У меня никого больше нет, кроме тебя! - Я должен уйти, - ответил кот. Впервые он заговорил со мной на человеческом языке. - Но я вернусь, когда придёт твой черёд. - Какой черёд? - Предстать перед Аллахом. Тогда я приду к тебе. - Маляк! - крикнул я и проснулся. Ярко светило солнце, день был в самом разгаре. Видимо, я спал долго. Нужно было найти какую-то еду и подумать как мне жить дальше. Я пошёл назад в город к рынку. Долго бродил между прилавками, не решаясь попросить еду или деньги. Потом вспомнил, что говорили люди. Нуждающийся человек может найти помощь в мечети, и я направился к ближайшей. Как раз оттуда выходили мужчины после поминальной службы. Оказывается умер какой-то пожилой человек. Один старик, проходя мимо, погладил меня по голове и дал монетку. И ещё несколько человек дали мне деньги. Кто дирхам, кто два, а один дал целых десять. Я пошёл в кафе и заказал себе большую порцию хареры. Наелся от души и часть монет спрятал на завтра. Потом осторожно подкрался к своему дому, пытаясь издалека посмотреть что там происходит. Ищут ли меня? Ведь я не ночевал дома впервые. Отец вышел на улицу, и моё сердце тревожно забилось и стала мучить совесть. Наверняка он переживает! Возможно, не спал всю ночь, искал меня. Я уже собирался выйти из укрытия ему навстречу, но тут услышал визгливый голос мачехи. Она кричала отцу вслед, чтобы не задерживался сегодня в кафе, так как их пригласили вечером на садаку родственники. А отец виновато бормотал, что немного посидит, выпьет кофе и тут же вернётся. Явно он шёл играть, а обо мне даже не вспоминал. Я повернулся и пошёл прочь к тем же развалинам. Пока я решил обосноваться там, а потом искать другое убежище. Эпизод возле мечети натолкнул меня на мысль где брать деньги. Только я решил уехать в другой город, где меня никто не знал. Попрошайничать в родных местах всё же было стыдно. Через несколько дней я покинул свой город, потихоньку взобравшись в кузов грузовика. Так началась новая жизнь. Биско рассказывал очень интересно. Я готов был слушать и слушать, но уже стемнело и нужно было идти домой. Продолжения мне пришлось ждать долго, так как Биско почти на всё лето исчез из города. - Так что же было дальше, дядя Биско? Расскажите, как Вы жили после ухода из дома! - спросил я, когда мы снова встретились. - Как жил? По - разному, - задумчиво ответил нищий. - Сначала было и страшно и трудно и стыдно, а потом я привык. Иногда приходилось клянчить деньги или еду, иногда люди сами давали мне и то и другое, особенно в праздники. Я приноровился добывать разные лакомства на свадьбах и садаках, когда в доме множество гостей и никто не знает откуда ты пришёл. А деньги просил на рынках и возле мечетей. Чаще всего я приходил к старой большой мечети в центре города, где было много прихожан и даже подружился со сторожем. Иногда я помогал ему убирать, а он давал мне убежище в самые холодные, дождливые дни. К этому месту прибилась ещё одна женщина, очень худая и бедно одетая. Видя, что мне удаётся собрать больше денег, она разозлилась и попыталась прогнать меня оттуда, а когда ей это не удалось, пригрозила позвать сына. На следующий день он действительно явился. Это был здоровый и сильный парень. Он приказал мне немедленно исчезнуть и больше тут не появляться, иначе не поздоровится. - Убирайся отсюда, пацан! Я хотел возразить ему, но в этот момент люди стали выходить из мечети и один из прихожан вдруг закричал, что пропали его туфли. Оглядываясь по сторонам, он заметил парня и решил, что именно он вор. Мужчина подбежал, схватил его и принялся требовать вернуть обувь немедленно. Нас тут же окружила толпа. Мужчина кричал, что этот парень украл туфли. Тот растерялся и принялся уверять, что ничего не брал. - Он не крал вашу обувь, - вмешался я. - Это сделал один человек, который даже не зашёл в мечеть. Он быстро переобулся и убежал. - Нечего защищать вора! - накинулся на меня мужчина. - Небось вместе промышляете? Но тут, к счастью, появился сторож. У парня не было при себе никакой чужой обуви, и его отпустили. Толпа разошлась, мужчина, проклиная всё на свете, тоже ушёл, а парень спросил у меня: - Почему ты за меня заступился? Ведь я хотел прогнать тебя! - Но ты же не украл обувь! - простодушно ответил я. - Как тебя зовут? - вдруг спросил он. - И где ты живёшь? - Юсеф, - ответил я. - А живу где придётся. Иногда в мечети ночую, но чаще в брошенных домах. - А родители у тебя есть? - Нету, - коротко ответил я. Парень помолчал, видимо, размышляя о чём- то, а потом сказал: - Пошли со мной! - Куда? - испугался я. - Не бойся. Получишь ночлег. Я нерешительно отправился за парнем к городским окраинам, где находились лачуги бедняков. - Заходи! - он толкнул дверь одной низенькой хибары. Я робко вошёл, озираясь по сторонам. Домик состоял из трех небольших комнат, но чистых и уютных. Женщина, с которой я поссорился вчера, возилась на маленькой кухоньке и с удивлением посмотрела на меня. - Ты зачем его сюда притащил? - спросила она у сына. - Нам самим места мало. - Ничего, - буркнул тот в ответ, - потеснимся немножко. Дай Юсефу льхаф, подушку и одеяло. В моей комнате будет жить. - Но кормить я его не буду! - решительно заявила женщина, - пусть приносит продукты. - Пусть, - согласился сын. - Он возле мечети деньги просит. Ты его не трогай. На продукты будет тебе часть отдавать. На этом и порешили. У меня появился свой угол и друзья. Парня звали Мажид, но откликался он, в основном, на прозвище Слон. С утра Мажид занимался сбором и сортировкой разного мусора и металлолома, а вечером с упоением гонял мяч. Его мать стирала людям бельё или помогала с уборкой, но у неё часто болела спина и тогда женщина шла к мечети просить деньги. Мажид говорил, что они жили гораздо лучше, когда отец работал. Но с ним случилось несчастье на стройке и теперь отец - инвалид. Он лежал в самой дальней комнате на единственной кровати, которая имелась в доме. И жена и дети очень трогательно ухаживали за больным. Мажид выносил его на руках на улицу в хорошую погоду и сажал перед домом в старое кресло. Дочка укрывала пледом, приносила чай и свежие газеты. Иногда приходили соседи поболтать о том, о сём. Несмотря на свой недуг и частые сильные боли в спине, он был весёлым , добрым и разговорчивым человеком. Правда, сначала мать Мажида относилась ко мне недоверчиво и недоброжелательно, но со временем мы подружились, и наконец, я почувствовал себя дома. Прозвище Биско мне дал Мажид. Забавная история, - нищий улыбнулся. Однажды Мажид поделился со мной шоколадным бисквитом, который его мама принесла с работы. Она убирала дом одной французской семьи и хозяйка угостила женщину. Это было очень вкусное лакомство. Я спросил где можно купить " биско". - Что, что? - удивился Мажид. - Ну вот это вкусное печенье, которое ты мне дал, " биско". - Это не биско, а бисквит! - засмеялся друг. Но ему понравилось это слово, и Мажид дал мне прозвище Биско. Я прожил в этой семье несколько лет, но наступил день, когда пришлось расстаться с моими друзьями. Умер отец. Дядя Мажида, который жил во Франции, решил забрать семью брата к себе. Это была большая удача для них. Я искренне радовался за друзей. Теперь их жизнь изменится в лучшую сторону. А мне нужно было подумать о новом убежище. Мажид поговорил с одним парнем и предложил мне неплохой вариант. - Начинается лето, - сказал он, - езжай к морю. Я дам тебе адрес человека, который работает охранником в кемпинге. За небольшую плату он тебя пристроит, возможно, и работу какую-то найдёт. До октября перекантуешься, а там будет видно. Это было хорошее решение. Я отправился на север и, спустя много лет, снова увидел море. Охранник действительно помог мне. Работа была несложная - разносить по пляжу пончики. А по вечерам я просил милостыню возле кафе. -Я полюбил море, - Биско задумался, вспоминая прошлое. - Там я два раза в жизни был очень счастлив. Потому и поселился в вашем городке, что море рядом и тот пляж, где я впервые встретил ЕЁ. Много лет прошло, очень много, но я помню тот день, когда моё сердце впервые забилось так сильно, что чуть не выскочило из груди... Заметив мой удивлённый взгляд, Биско улыбнулся. - После обеда я взял очередной поднос с горячими пончиками и отправился на пляж. Торговля шла бойко. Я уже продал больше половины и присел на песок передохнуть - всё - таки одной рукой держать большой поднос было нелегко. Вдруг я заметил маленькую девочку, которая в растерянности бросила между зонтиками. Малышка не плакала, но явно искала кого-то. Я подошёл к ней и присел на корточки. - Привет! Ты потерялась? - спросил я как можно ласковее, чтобы не напугать девочку. Она доверчиво посмотрела на меня и ответила, что не может найти сестру. - Я пошла за котёнком, он такой красивый, а мама не разрешает мне его забрать домой, - объяснила девочка, - а потом оглянулась и не увидела сестру и маму с папой. - Ну давай, поищем вместе, - предложил я, вставая. Хорошо, что мимо шёл приятель. Он распродал товар и забрал мой поднос. Я взял девочку за руку и медленно пошёл с ней по пляжу. ОНА бежала нам навстречу. Девочка выдернула руку и радостно бросилась к сестре. - Джамиля! - Наима! Сестренка! Ну куда же ты пропала? Я чуть с ума от страха не сошла! Хорошо, что мама с папой ничего не заметили! Малышка начала рассказывать ей про котёнка, а я смотрел на девушку, не отрываясь! На вид ей было лет шестнадцать. Такой красавицы я ещё не встречал. Она была для меня, как настоящая принцесса: миниатюрная, хрупкая, с большими глазами и длинными локонами. - Вот он нашёл! - малышка указала пальчиком на меня. Девушка подняла глаза и благодарно улыбнулась. - Никогда не забуду этот взгляд и эту улыбку! - Спасибо! Большое спасибо! - она горячо пожала мне руку. А я стоял, покраснев, и смог лишь что-то пробормотать в ответ. Сестры отправились назад, я же потихоньку шёл следом, любуясь стройной фигуркой девушки, и проводил их до того места, где отдыхала семья. Очень красивая, ухоженная женщина в модном купальнике, сидела под зонтиком с логотипом " ПЕПСИ" , а высокий, дородный мужчина складывал палатку. - Где вы ходите? - укоризненно спросила женщина у Джамили. - Мы уже собираемся домой. - Не хочу домой! - закапризничала малышка. - Мы только оставим вещи, а потом пойдём кушать мороженое, - ласково улыбнулась женщина и обняла дочку. - И на карусели пойдём? - радостно спросила девочка. - Обязательно! Собирайтесь! Семья собрала вещи и ушла, а я смотрел им вслед, пока они не скрылись из виду. А потом сел на то место, где они только что были и долго сидел, думая о девушке. В этот вечер я впервые не пошёл просить милостыню, так как боялся , что она может увидеть меня в таком жалком виде. Я запомнил место, где они отдыхали, в надежде найти их завтра. Мне повезло. После обеда они появились снова почти на том же самом месте, поставили зонтик и палатку. Пока мать с отцом хлопотали, сестры пошли купаться. Я же наблюдал за ними, мечтая, снова чем-то помочь, обратить на себя внимание. Но, увы! Больше такой возможности мне не представилось, а подойти и заговорить с ней я не смел. Меня сковывала странная, непонятная робость при виде девушки, а сердце из груди выпрыгивало от тоски и радости одновременно. Да я прекрасно понимал, что не пара ей. Кто я такой? Всего лишь бедный парень, к тому же инвалид. А девушка, по всей видимости, из обеспеченной семьи. Так продолжалось неделю. Они приходили обычно во второй половине дня. Я уже ждал их, забросив все дела, любовался своей принцессой, ( так я называл девушку про себя), мысленно разговаривал с ней, затем провожал глазами, а остаток дня мечтал о завтрашней встрече. Но однажды она не появилась, на другой день тоже и на третий её не было. Я понял, что семья уехала и чуть с ума не сошёл от горя. И хотя ни одного шанса у меня не было, сердце отказывалось признавать потерю. Всё, что у меня осталось - это воспоминания. Но всё равно, шагая с подносом по пляжу, я вглядывался в окружающих, надеясь увидеть её хоть раз. А вскоре закончился пляжный сезон и мне пришлось возвращаться в город и позаботиться о крыше над головой. Я решил наниматься ночным сторожем на частные стройки. Хоть какая-то лачуга будет в моём распоряжении месяц - другой. А днём я, как обычно, просил деньги возле рынков и мечетей. Воспоминания о той чудесной девушке не покидали меня. Часто Джамиля снилась мне ночами, и не хотелось просыпаться и понимать, что сказка закончилась. Эта мечта согревала меня холодными, одинокими вечерами. Прошло пару лет, и однажды, я увидел девушку , отдалённо напоминавшую мне мою принцессу. Она работала служанкой у пожилых супругов. Это была весёлая, общительная девушка, к тому же небольшое сходство с Джамилей добавило ей очарования в моих глазах. Звали девушку Фатима. Я часто встречал её на рынке и помогал отнести сумку с продуктами домой. А Фатима угощала меня печеньем, которое пекла сама. Жизнь снова заиграла для меня яркими красками. Конечно, Фатима была не та принцесса из сказки, но зато у меня был шанс. Эта девушка могла стать моей женой. Я всерьёз задумался о постоянной работе, искал подходящее съёмное жильё и ждал случая, чтобы поговорить с девушкой. Не знаю догадывалась она о моих чувствах, или нет, но от помощи и общения не отказывалась. Мои надежды рухнули внезапно. К старикам, у которых работала Фатима, зашёл гость из Франции. Он привёз посылку от их сына. И увидел девушку. Этот мужчина был примерно ровесником её хозяина и вдовцом. Фатима ему сразу понравилась. Он пришёл ещё несколько раз, а потом сделал ей предложение. Я думал, девушка не пойдёт за старика, но ошибался. Она очень обрадовалась и согласилась . Ведь старик был из Европы и достаточно обеспечен. Он заплатил её родителям хороший махр и женился на Фатиме. Я чувствовал себя раздавленным. Снова проклятые деньги сыграли роковую роль в моей жизни. И тогда я сдался. Признал их силу. Понял, что именно деньги правят миром и отбросил все иллюзии, вернувшись к своему привычному образу жизни. Я вёл по - своему интересную жизнь, разъезжая по всей стране, посещая разные города, общаясь с разными людьми. Но каждое лето меня неумолимо тянуло на тот пляж, и в конце - концов я решил обосноваться в вашем городе, потому что он рядышком с тем заветным местом, где я был счастлив. - А Вы видели ту девушку ещё раз? - спросил я робко. - Джамилю? Нет, - коротко ответил Биско и замолчал. Затем, взглянув на часы, он поднялся со скамейки, на которой мы сидели. - Мне пора, Ясин. Он ласково потрепал меня по голове и ушёл, а я остался сидеть, размышляя над его рассказом. Не всё удалось понять, я был ещё слишком мал, но эта история осталась в памяти. - А что было дальше, Ты подружился с Биско? - спросила жена. - Вряд ли это можно было назвать дружбой. Конечно, мне очень льстило, что Биско разговаривал со мной, как со взрослым, но больше мы не беседовали. Он снова уехал из города, а у меня начались занятия в школе. Вернулся нищий ближе к зиме. Погода, как раз выдалась необычайно холодная. Начались дожди и лили беспрерывно две недели. В нашей семье произошло радостное событие - родился братик, и родители готовились к садаке. Я решил просить отца пригласить на праздник Биско. Зная честность и чистоплотность нищего, родители согласились, и я помчался к его необычному жилищу. Он лежал в старой машине, завернувшись в одеяло. Биско заболел. Он дрожал от озноба, видно поднялась высокая температура. - Дядя Биско! Вы больны! Давайте, я позову своего отца на помощь. Но он не слышал меня, бормоча что-то. Я прислушался. - Деньги...., - шептал нищий, - много денег, очень много. Отдайте сестре! Найдите сестру! Пусть она вернётся ко мне. Затем он приподнялся, глядя перед собой, и воскликнул : - Маляк! Это ты? Я вздрогнул, вспомнив его рассказ про кота, и решил позвать отца на помощь. Биско нужно было показать врачу. Мы отвезли нищего в больницу, но до утра он не дожил. - Вирусная пневмония, - объяснил врач. - Слишком поздно он к нам попал. Марина вытерла слёзы: - Бедный Биско! - Это не конец истории, - сказал я, обнимая жену за плечи. - Спустя несколько дней город всколыхнуло необычное известие : нищий Биско оказался владельцем большого состояния, которое хранил на счетах в банке. В машине, где жил Биско, нашли банковскую сберегательную книжку и старую, выцветшую фотографию. На ней маленький мальчик и девочка - подросток стояли возле моря, взявшись за руки. На обороте аккуратным почерком отличницы была выведена надпись :" Я и братик Юсеф" Банк разыскивал наследников, но безуспешно, пока, наконец, кому-то из сотрудников не пришла в голову хорошая мысль - дать объявление в газеты. Местный журналист написал целую статью под названием " Нищий богач" и отправил её в центральные газеты. Это идея дала результат. Буквально через несколько дней приехала женщина, которая представилась родной сестрой и занялась оформлением всех документов. После того, как дела были улажены, сестра Биско пришла к нам домой, ей очень хотелось поговорить со мной. Кто-то из жителей рассказал ей, что они несколько раз видели меня, беседовавшего с Биско. Фатиха, ( а это была именно она), плача слушала печальную историю брата. Она разыскивала Юсефа после смерти своего мужа, но к тому времени брат бесследно исчез. Фатихе повезло выйти второй раз замуж за хорошего человека. У неё двое сыновей. Младшего назвала в честь своего брата - Юсефом. Сын и увидел ту статью в газете. Женщина действительно получила в наследство огромную сумму, которую Биско собирал всю жизнь. Фатиха забрала тело брата и похоронила рядом с матерью. Очень много денег раздала приютам. Она горевала о том, что не смогла найти его при жизни. - Вот такая история, - сказал я, закрывая тетрадь. - А теперь скажи мне, что ты думаешь об этом? Марина задумчиво посмотрела на меня: - Теперь понимаю, почему ты упомянул Бальзака. Но Биско не похож на Гобсека, если ты его имеешь ввиду. Нет! - жена покачала головой. - Конечно, они оба многое испытали, страдали, видели жизнь со всех сторон, но Гобсек - жёсткий ростовщик, практически не знающий жалости и играющий судьбами людей. Людские пороки для него забава, развлечение, спектакль. Гобсек никому не верит, никого не любит и цель его жизни - нажива. Биско другой, не злой, не жестокий, и думаю, что не жадный. Деньги сломали его, покорили, заставили забыть прежние мечты, но не озлобили. Он не вызывает отвращения. Мне искренне жаль, что они с сестрой не нашли друг друга раньше. Возможно, его жизнь изменилась бы и Биско смог обрести семью и покой. Бедняга ненавидел деньги, но в то же время очень боялся остаться без них. Он жертва нищеты. - То есть ты не считаешь Биско марокканским Гобсеком? - улыбнулся я. - Нет. Его точно не считаю! - А знаешь, как сказал друг пророка Омар ибн Хаттаб: " Если бы нищета была человеком, я бы её убил" - Лучше не скажешь! - кивнула Марина, - так как нищета может уничтожить человека. - Очень странно, - задумчиво проговорил я. - Что странно? - спросила жена. - То, что эта тетрадь нашлась сегодня, в годовщину смерти Биско. - Просто совпадение, - сказала Марина. Я ничего не ответил. А ночью меня разбудило громкое кошачье мурлыканье. Никакой кошки в доме не было, несмотря на нашу общую привязанность к этим милым зверям, так как Марина была на 6 месяце беременности. Мы решили не рисковать и не заводить в доме зверей. Но этот звук слышался совершенно отчётливо. Я встал, включил ночник и огляделся. Жена спокойно спала, никаких кошек рядом не наблюдалось. Колыхнулась занавеска. Я отодвинул её, выглянул на улицу и не поверил своим глазам - по переулку шёл Биско. Красивый, помолодевший, и судя по выражению лица, очень счастливый. Заметив меня, он улыбнулся и махнул мне рукой. Совершенно здоровой рукой. А я застыл на месте от удивления. Рядом, с ним , почти прижавшись к ноге, шёл белоснежный кот по кличке Ангел. Вдали появился луч света, занималась заря. Человек и кот прошли сквозь этот луч и исчезли. Наступило утро. От автора: образ Биско списан с нескольких человек. Прозвище настоящее. Что оно означало в действительности - неизвестно. Случаи обнаружения больших сумм у умерших нищих происходили в действительности. Биография Биско выдумана. Примечание : Льхаф - небольшой матрац Харера - суп - пюре Махр - выкуп за невесту Садака - празднование какого - либо события или поминки. © Copyright: Инга Тим, 2022 Свидетельство о публикации №222020701177

Волчья Жизнь Двадцать лет назад, будучи ещё молодым, я с друзьями отправился на дачу. Пару дней мы там гудели так, что пролетели эти дни, словно миг. Потом на чердаке, один из друзей, нашёл сундук в котором лежало ружьё. Больше ему не пришлось в сундуке лежать. Взяв его, мы пошли в лес, который был в трёх километрах от дачного поселка. По лесу, мы бродили с другом до сумерек. После чего, решили пойти домой, чтоб пострелять по банкам. На обратном пути, мы наткнулись на волка, который стоял в стойке, возле кустов, сурово смотря на нас, рычал. С улыбкой, я снял ружье с плеча и выстрелил. Пуля, хоть я и был пьян, попала, точно видел, как она пробила ему грудь. Волк, чуть отшагнув назад, скуля, кинулся на меня. От страха, я упал на пятую точку, вслепую протянул ружье вперед и выстрелил, ружьё было двухствольное, заряжать не пришлось после первого выстрела. Услышав крики друга, я открыл глаза и увидел, что на моих ногах, лежит волчья туша, с которой кровь текла ручьем. Взяв тушу за заднюю лапу, я поволок её на дачу, чтоб показать друзьям, какой я альфа самец. Проходя мимо кустов, там что-то зашевелилось, привлекло моё внимание. Разглядев их по ближе, я распознал там двух волчат, которые видать недавно только что, появились на свет. Друг, с криками и воплями, схватил бревно и начал бить по кустам. Не раздумывая, я его ударил прикладом ружья. Он упал, вылупив на меня глаза, стал что-то мне рассказывать, что эти твари должны умереть, от них только вред. Не рассуждая с ним особо долго, я приказал идти к дому.Он пошёл обиженно в перед, я подошёл к кустам, раздвинул их и увидел картину, которая потом мне снилась ещё лет пять спустя. Один из волчат, был просто в кашу размазан по земле, а у второго, снят на четверть скальп, но вроде был живой, скулил. Жалко было их, но глупость молодости сказалась, я просто ушёл от туда, утащив за лапу их мамашу.Вот и настали наши дни, мы вернулись на эту же дачу. Почти той же компанией. Только уже с нами были дети и жены. Пока мы занимались шашлыками, жены готовили салаты в доме, а детишки игрались возле двора в песочнице. Вдруг, моя дочка, испуганно закричала: - ПАПА!! ПАПА!! Держа шомпол в руке, я выскочил за двор и оцепенел. Передо мной стояла целая стая волков, наверно около десяти взрослых особей. Они окружили детишек,смотря им в глаза, они рычали и приближались, словно крадясь. Детишки прижались друг к дружке и рыдая, звали на помощь. Сжав шомпол по крепче,я стал звать волков, кричать, привлекать на себя внимание. Друг, услышав мои вопли, сообразил сразу, что какие-то проблемы, потому взял с машины пистолет, он работает в полиции. Зашёл с другой стороны, увидев волков, стал по ним стрелять. Одного он сразу убил, попав в голову, второго ранил, а до третьего добраться не успел, со спины, на него напал вожак стаи, перекусив ему шею. Волки, изменились в поведении, после появления вожака, они расступились, часть из них пошла в сторону дома, где потом раздавались крики ужаса и просьбы о помощи. Я, стоял и смотрел вожаку в глаза. И меня охватывал не описываемый ужас, кровь реально застывала в жилах. Этот вожак выглядел так, словно пережил ядерную войну, а точнее наше детство. Да-да, это тот волчонок, который скулил в кустах. Его глаз, был залит кровью и ужасом, гневом, который его питал всю эту жизнь. Пишу глаз, потому-что второй был поврежден другом, теперь там серое, блестящее бельмо. Одна четверть лица, была без шерсти, огромный шрам. Отсутствовала большая часть уха. Клыки, сверкали и обтекали слюной. По размерам, он был крупнее других собратьев на килограммов так пятнадцать. Шерсть, главное что я заметил, была темнее в разы чем у других. Он стоял возле моей дочки, на расстоянии вытянутого языка. Смотрел мне в глаза, заставляя кровь в жилах замирать. Так мы с ним простояли минут пять, после чего, он повернулся к моей дочке, облизнул её и сына друга, развернулся и медленной походкой, ушёл в чащу. Его собратья, стали выть и метаться со стороны в сторону. Но, когда из чащи раздался вой, они поджав хвосты убежали. Смысл рассказа в том, что в зверях больше людского, чем в нас. Я, благодарен волку, я перед ним в неоплачиваемом долгу, он смог простить мне смерть матери, пощадил дочь. Жаль конечно друга, он погиб, волк перекусил ему позвонки на шее, видно отомстил за своего братика или сестричку, да и наверно за себя.

Бабушка и Вера Филипповна поднялась и с трудом села. Было непривычно как-то. Мир вокруг стал совсем другим, не таким, как она помнила. Конечно, была ночь, а в прежние времена она по ночам спала, а не по кладбищам бродила. “А я и сейчас не брожу”, — хотела пробормотать она, но получилось только невнятное шипение и бульканье. Филипповна подняла правую руку, пощупала лицо, и поняла, что нижняя челюсть осталась в могиле. Где уж тут иронизировать над собой, если половина лица отвалилась! Она опустила руку вниз, пошарила и достала недостающую часть. Приладила, открыла и закрыла рот. Мысленно порадовалась, что не видит себя в зеркало. — Это ж сдохнуть можно, какая красотка, — пробурчала Филипповна, и на этот раз звук вышел. Глухой, хриплый, какой-то потусторонний, но все же. Она огляделась по сторонам. Свидетелей не было, или они успели быстро убежать, пока она поднималась сквозь землю могилы, пока искала и прилаживала на место челюсть. Впрочем, криков ужаса не было, а значит, никто ничего не видел. Филипповна попыталась вспомнить, зачем встала. Было что-то важное, что-то, чего никак нельзя было оставить… * * * Светлана стояла молча. Лицо ее было недовольно, но она ждала. Девочка лет пяти села прямо на землю и тихонько зашевелила губами, обращаясь к портрету старухи на памятнике. — Вера, не сиди на земле, испачкаешься, — сказала Светлана. — И потом… Она прервала себя, и речь о том, что девочка делает бесполезную ерунду, осталась невысказанной. Дети часто делают ерунду, родителям остается лишь мириться с этим. — Бабушка хорошая! — заявила девочка, но с земли поднялась и стала отряхивать колготки. — Хорошая, хорошая, — ответила мать, таким тоном, словно сказала что-то вроде “старая ведьма”. — Бабушка бы тебя не прогнала! — заявила девочка. — Конечно, конечно, золотко, — ответила мать. — Пошли скорее, на автобус не успеем. — Пока, бабушка! — Вера помахала рукой могилке, взяла мать за руку и они ушли. А Филипповна осталась лежать. До ночи. * * * Филипповна поднялась. — Старая, значит, ведьма? — пробурчала она своим хрипло-замогильным голосом. — Разберемся, разберемся, кто тут ведьма… Один ее глаза начал светиться зеленоватым огнем, она всматривалась в даль. Невестку она увидеть не могла, та не была родственницей, не любила ее при жизни, и после смерти исполняла лишь формальные приличия. А вот Верочка… Внучку Филипповна нашла без труда. Она оказалась почему-то не дома, а в каком-то незнакомом месте. Мать спала рядом на раскладушке, но отсюда была видна совсем смутно, только потому, что Верочка близко. Филипповна осмотрела себя, проверила, не отвалится ли по дороге рука или нога. — Красавица, — пробурчала старуха и стряхнула пару личинок с живота. Платье, в котором ее похоронили, прогнило, и из под него торчали кости и ошметки гнилой плоти. Филипповна выпрямилась, вперила свой светящийся глаз в темноту и пошла. Она знала, куда идти. * * * В подъезде старой пятиэтажки на площадке спал котенок. Усталый, голодный и потерянный. Вечером он уже почти обрел хозяйку в лице девочки лет пяти, но мать строго одернула ее и увела. — Мы идем ночевать к моей подруге, — сказала она, — вот только кота там не хватает! И повела прочь, не обращая внимания на аргументы девочки. Котенок проводил их взглядом, немного помяукал в пустоту, в надежде хотя бы на обрывок колбасной шкурки, чуть не получил пинка от проходящего мимо мужика и спрятался. Злой котенок Спать было неуютно, на голодный желудок всегда спится плохо. Но Это он заметил бы, даже если бы наелся от пуза. Тропами, что видны только призракам и кошкам к дому шагала мертвая старуха. И шла она прямиком к той девочке, что чуть не стала хозяйкой котенка. Он вскочил, выгнул спину и зашипел. Выглядел он при этом скорее жалко и смешно, чем грозно, и все же старуха остановилась. — Чего шипишь? — сказала она. — Чего не в свое дело лезешь? Котенок поднял лапку и выпустил коготки. — Ладно, ладно, — мертвый огонь в глазу старухи приугас, и стало видно, что там пустая глазница. — Но я все равно должна разобраться! Котенок фыркнул. Старуха поджала остатки губ. — Тебе-то все равно, а меня внучка позвала. Горе у нее какое-то. Это ты понять можешь? Котенок вопросительно мяукнул. Старуха махнула рукой. — Может, ты и прав. Не гоже мне в таком виде к внучке идти. Но и понять надо. Не могу же и я ее бросить! Котенок снова мяукнул, коротко и тихо. Он немного успокоился, шерсть на спинке улеглась, но хвост по-прежнему торчал вверх как боевой флаг. — У подруги, говоришь, ночуют? А почему? Чем ей сына моего дом не улыбнулся? — удивилась старуха. Теперь, когда она разговорилась, в голосе утихли потусторонние завывания, и он стал почти нормальный. Только слышен был не ушами, а чем-то глубже, отчего по коже бежали мурашки. Впрочем, кроме мертвой старухи и котенка на площадке никого не было, и потому — никаких мурашек. Котенок встряхнулся. Мяукнул, сделал по площадке небольшой круг, потом уставился на стену. Старуха подумала, кивнула. — Давай попробуем. Так ничего не понять. Котенок фыркнул и оскалил крошечные зубки. Старуха засмеялась. — Да, да, ты присмотришь, — сказала она. — Если что, порвешь меня на лоскутки. Котенок мяукнул. Старуха села прямо на пол и замерла. * * * Верка долго не могла уснуть. Незнакомое место, тесно, душно. Она чувствовала, что мать волнуется и боится чего-то, и сама волновалась и боялась. Только не знала, чего. Она не понимала, почему они ушли из дома, почему мама боится папу, почему они ночуют у тети Лизы… Почему-почему-почему… Слишком много вопросов, и все это сливалось в голове в мутный ком, в глубине которого таилось что-то совсем уж мрачное. Она понимала, что мать не хотела везти ее туда, где закопали бабушку. Но почему-то повезла. И разговор с бабушкой… Верке казалось, что он еще не закончен. Поэтому она совсем не удивилась, когда во сне оказалась в бабушкином доме. Бабушка сидела в своем кресле, строго смотрела прямо на внучку. На коленях у нее сидел котенок, очень похожий на того, что она встретила в подъезде. Которого мама разрешила только минутку погладить. — Бабушка! — воскликнула Вера. Бабушка кивнула. — Рассказывай, Верочка, — сказала она. — Только на коленки мне не садись, пусть котик поспит. Не надо котику мешать. Верка на миг задумалась, что же она может рассказать, и вдруг разрыдалась. Слишком много было того, что не понять девочке. Папа, мама, бабушка, красивая тетя… Папина работа, папины друзья, и снова красивая тетя… Дом, деньги, много непонятных взрослых слов, которые, как родители думают, что она не слышала. А она слышала, но не понимала. Мама плачет, когда думает, что Верка не слышит, тетя Лиза поджимает губы и шипит про какого-то кобеля… Как во всем этом разобраться маленькой девочке? Оставалось только плакать. Но бабушка, кажется, поняла. * * * Бабушка поняла. В пустой старухиной глазнице снова загорелся мрачный огонь. Котенок тут же снова зашипел. — Вот ведь кобель! — с чувством сказала старуха, не обращая внимания на гнев стража. — И это мой сын? Котенок скалился и дыбил шерсть. Старуха продолжала ругаться. — Завел себе шалаву, а жену с дочкой просто выгнал! Ну, по-людски ли это? Котенок вдруг понял, что гнев покойницы направлен не на девочку, и немного притих. — Вот ужо я ему! Котенок мяукнул, и старуха вспомнила о нем. — Слушай, пошли со мной, — сказала она котенку. — Знаю, так не делается, но все же я ему мать. А он такое отчебучил. Не удержусь я, выдам материнского поджопника, нехорошо выйдет. Котенок мяукнул, о чем-то спросил. Старуха молча кивнула. Котенок встал, сделал пару шагов, и они исчезли. * * * Виталий проснулся среди ночи от того, что стало очень холодно. Он подумал, что уронил во сне одеяло, и приоткрыл глаза, чтоб понять, куда оно делось. Увидел, что рядом с кроватью стоит кто-то и испугался. — Ирма? — спросил он, хотя той не могло быть здесь. Секретарша уехала домой, Виталий не очень-то хотел ночевать с ней постоянно. Она могла думать, что дело идет к свадьбе, но этого дела Виталий уже наелся достаточно. Только помеха это все. Жену он, конечно, выгнал, нечего ей тут делать. Адвокаты потом организуют развод, а пока… Виталию было все равно, где Светка со своей мелкой болтается. — Вот как, значит, сынок? — послышался голос, и тут Виталий узнал. Мать была страшна — пустые глазницы, горящие гневным пламенем, полусъеденные губы, из-под которых торчали кривые почерневшие зубы. Гнилое тряпье на теле, и сквозь дыры видны копошащиеся во внутренностях черви. — Ма… ма… — у Виталия остановилось дыхание, в груди вместо сердца оказался огромный ледяной ком. — Не поступишь с моей внучкой по-человечески — приду и с собой уведу! — старуха подняла руку и стиснула костлявый кулак. — Вдове-то все достанется! Рядом с нею откуда-то взялся маленький котенок, который зло зашипел… и все пропало. Виталий лежал неподвижно еще минут десять, потом встал и первым делом зажег во всем доме свет. Потом достал из бара бутылку, налил себе полстакана водки и залпом выпил. Так до утра он и просидел, не решаясь отойти от стола. К утру оказалось, что бутылка кончилась, но хмеля в голове не было. Тогда дрожащей рукой он взял телефон и принялся звонить. * * * Ночь Верка спала беспокойно, только под утро заснула, и все проспала. А Светлана с удивлением выслушала сбивчивый голос Виталия, и ничего не отвечала — не знала, что сказать. Стал человеком? В это она не верила. Однако, дом оставался ей, а сам он перебирался на дачу. Про развод он промямлил что-то невнятное, но ясно было, что он собрался с ним решить, и готов спрашивать ее, а не ставить перед фактом. К тому же, говорил он странно, словно был сильно пьян. Однако, она дождалась, пока Вера проснется, покормила ее, поблагодарила Лизу за помощь, и поехала… Домой? Возможно. На площадке Вера снова увидела котенка, и Светлана согласилась взять его. На счастье. Виталий ждал ее с таким суровым лицом, она уже думала, что пришел в себя, и сейчас снова выгонит ее прочь, но тут он увидел котенка. Побледнел, поднял руку, словно хотел перекреститься, но смутился и остановился. Буркнул что-то невнятное, бросил ключи на землю и запрыгнул в машину так быстро, словно боялся, что его покусают. Светлана не знала, что и думать, но хоть в чем-то жизнь налаживалась. Котенок смотрел вслед уезжающей машине серьезно, по-взрослому. автор: Пашка В.

ИЗ ИНЕТА. Двадцати двухлетняя Анастасия, только недавно закончившая медучилище, устроилась работать медсестрой. Зарплаты, которую она там получала, не хватало даже на оплату съёмного жилья. Знакомые предложили ей место сиделки за больным человеком, и девушка с готовностью отправилась знакомиться с нанимателем. Она приехала по указанному адресу, где её встретила пожилая, приятная, и видимо, очень состоятельная женщина. - Добрый день. Я – Агния. – Представилась женщина, протягивая Насти свою морщинистую руку, украшенную золотыми перстнями. - Анастасия, очень приятно. – Девушка заискивающе растянула узкие губы в улыбке. - Я нанимаю Вас для присмотра над моей пожилой матерью, ей девяносто два года. Сейчас мне нужно уехать в Израиль к мужу, но мать я не могу взять с собой, а больше родственников в России у нас нет. Я её очень люблю, но мне просто необходимо вернуться в Израиль. Я оплачу ваш труд наперед, чтобы не связываться с переводами, а вы напишите мне расписку о получении денег. Надеюсь, что поскольку вы имеете медицинское образование, то сможете обеспечить мою мать высококлассным уходом. Мне известно, что вы снимаете квартиру ,и поэтому хочу предложить вам переехать сюда, чтобы сэкономить деньги. Также я оставлю вам солидную сумму на питание моей мамы. Покупайте ей всё самое свежее и хорошее, на этом не экономьте. Вы согласны? Анастасия уверила пожилую женщину в том, что будет ухаживать за её матерью -Татьяной Геннадьевной, как за своей родной. Они быстро оформили все формальности, и девушка перевезла скромные пожитки ,заняла свою новую комнату. Вечером Агния улетела в Израиль, а молодая девушка осталась в четырёхкомнатной квартире со своей подопечной и кучей денег, о которых она ещё вчера не посмела бы даже мечтать. Настя сварила безвкусную кашу и покормила ею больную женщину, которая была так стара и слаба, что большую часть времени спала. Квартира была обставлена красивой раритетной мебелью, и девушка весь вечер рассматривала изысканный интерьер. Потом с любопытством стала перебирать книги, которые заняли целую стену в гостиной, так много их было, большинство из них были в тисненных золотых переплётах. Неожиданно старуха зашевелилась и застонала и девушка, приподняв одеяло, с досадой обнаружила, что бабка вся мокрая. Подумав, Настя подсунула под неё простынь – ей не хотелось возиться с больной. Прикрыв дверь, и больше не обращая внимания на свою подопечную, девушка уселась смотреть телевизор. Больная женщина начала громко стонать, а её сиделка сделала звук громче и злостно прошептала: -Да пошла ты…. – её пьянило ощущение беспомощности той, за которую некому было заступиться. Утром девушка умылась, заварила себе ароматный кофе и стала с аппетитом жевать вкусную колбасу. Запасов еды в холодильнике было достаточно. Девушка только начала привыкать к обилию деликатесов, которые раньше она себе не могла позволить. После сытного завтрака, она развила кипятком «Доширак» и покормила им больную. Готовить для женщины Настя не имела никакого желания. Изборожденное глубокими морщинами лицо старухи скривилось и выражало недовольство и обиду. Сиделка сняла с бабки мокрую рубашку и сменила постель, но через полчаса больная снова была уже мокрая. Разозленная Настя закрыла квартиру молча ушла за покупками для себя, ведь теперь у неё были деньги на это. Вернулась девушка с целой большой сумкой обновок. Платья, кофточки, юбки были изумительны, и ей захотелось, чтобы кто-нибудь увидел её в новых вещах. Снова покормив Татьяну растворимой лапшой, Настя нарядилась, закрыла квартиру и поехала к подругам в общежитие. Девчонки долго дивились её дорогущей одежде, приобретенной в бутике, и тихо завидовали. А вечером все вместе они отправились на дискотеку. Настя вернулась домой только утром, часов в одиннадцать…. Её бесили изгаженные простыни, и девушка совершенно не желала стирать бельё. Решила просто складывать его в мешок и выбрасывать в мусоропровод. «В шкафу навалом постельного белья. - Легкомысленно размышляла она. Перед дискотекой Настя успела сходить в салон, где ей нарастили длинные гелиевые ногти.- Не могу же я портить свой шикарный маникюр» Насте начала безумно нравится её новая жизнь: шикарная квартира, трата денег на лево и на право. Вся комната уже была завалена новой дорогущей одеждой и бижутерией. Одно только раздражало девушку – имея всё это, ей приходилось ухаживать за немощной бабкой. От «Доширака» у больной приключился запор, и она корчилась в коликах, а её сиделка зло комментировала происходящее: - Ничего, потерпишь! Как раз простыней почти не осталось. Вечером Настя вновь поехала к подружкам и там она познакомилась с парнем. Ей было так хорошо и приятно в его обществе, что домой совершенно не хотелось возвращаться. Была пятница, и ребята всей компанией собрались развлекаться. Насте очень хотелось понравиться хоть чем-то своему новому другу. Внешность у неё была неказистая: тощая фигура, неприятные черты лица и редкие мышиного цвета волосы. Поэтому девушка весь вечер и ночь изображала из себя крутую. Сорила деньгами, покупая на всю компанию французское шампанское и фрукты. Когда она, наконец, заявилась домой, Татьяна тихо стонала. Настя подсунула под неё тряпки и попыталась напоить кефиром, но старуха лишь обрыгала всю постель и новую кофточку сиделки. Сильно обозлившись, Настя отхлестала по щекам бабку. В квартире стояла невыносимая вонь и, девушке захотелось всё бросить и бежать. Переодевшись, она сказала, обращаясь к своей измождённой подопечной: - Я тебя проучу, коза старая. Настя и не думала, не возвращаться, но вновь всё сложилось так, что девушка не пришла домой. Себя она утешала тем, что нет ничего страшного в том, что бабка немного поголодает, ведь некоторые люди даже лечатся голодом…. Через два дня, когда Настя вернулась в квартиру, то увидела, что старуха лежит тихо, будто в глубоком обмороке. Девушка испугалась ,и начала её трясти. Неожиданно Татьяна Геннадьевна распахнула мутные глаза и совершенно чётко сказала: - Кая я тебя ненавижу, ты мучитель, а не человек. Я проклинаю твоё чрево, жри и давись. Будь свиньёй, ведь ты и есть свинья…. Больше она ничего не смогла произнести. Худое тело её затряслось, а блеклые глаза закатились, Настя хоть и была плохим медиком, но всё же поняла, что старуха умерла. Девушка переодела мёртвую женщину во всё чистое , убрала в комнате и стала думать, как ей теперь быть: «Старухе девяносто два, вряд ли её будут анатомировать, чтобы узнать о причине её смерти. И если даже и вскроют, я ведь её не травила, а что желудок пустой, так пусть ещё докажут, что это я её не кормила, может она сама не желала есть» Настя позвонила Агнии в Израиль и сообщила, что Татьяна Геннадьевна умерла во сне, без мучений. И что они успели очень сильно привязаться друг к другу. Нанимательница вскоре прилетела из Израиля, чтобы похоронить свою мать. Женщина поверила сиделки и решила, будто и правда Настя была последнее опорой и отдушиной для её матери. Агния решила отблагодарить добрую девушку и оформила на неё дарственную на квартиру…. Настя же зажила хорошо, теперь у неё было собственное жильё, да ещё и какое! В городе, как она всегда мечтала. Совесть, бывшую сиделку ни капли не мучила, наоборот, она считала – пожил, дай и другим пожить. В скором времени что-то невероятное стало твориться с организмом девушки, она начала есть так много и так жадно, что её вес рос не по дням, а по часам. Врачи разводили руками и прописывали ей многочисленные диеты. Настя же была не в состоянии следить за своим питанием, она ела всё подряд, но чувство голода не проходило. Тогда девушка вспомнила слова, а точнее проклятие той бабки, которую она загубила. Девушка начала звонить и писать экстрасенсам и целителям, но только выбросила на их сеансы все деньги. Совсем отчаявшись, она даже сходила на могилку Татьяны Геннадьевны и поставила за неё свечку в церкви. Ночью же девушка проснулась от неприятного холода и увидела, что у кровати стоит сгорбленная фигура. Настя испугалась и попыталась закричать, но не смогла, ни одна часть тела её не слушалась. Девушка, услышав тихий смех и знакомый голос, поняла, что это старуха пришла по её душу: - Как я умирала в одиночестве и от голода, умрешь и ты. Будешь съедена собственным ненасытным чревом. – Произнёс призрак и исчез. Парализованная девушка не могла кричать, она даже не смогла подвигать ногой, всё её тело стало, как чужое, только сердце истерично билось в груди. Из глаз Насти потекли слёзы, нет, это было не раскаяние, это была сильнейшая жалость к себе. Девушка провалилась в глубокий обморок, а очнувшись, поняла, что ужасно хочет есть. Желудок скручивало, а рот наполнился слюной, когда соседи сверху стали что-то готовить. Если бы Настя имела бы хоть одного близкого человека, который бы забеспокоился и пришел её навестить, она бы спаслась. Она потеряла счёт времени и лёжа в кровати, поняла, что вся мокрая. Показалось ей или нет, но где-то рядом раздался удовлетворённый смех старухи. Во рту у Насти пересохло, сейчас бы она продала душу за глоток воды, если бы у неё эта душа была вовсе… Девушка умерла в муках под тихий шёпот старухи: - Мне одной так скучно, составь же мне компанию….

"Ты не представляешь, что с нами случилось", - особым шепотом стала говорить моя соседка, когда я принесла ей цветы, которые она оставила мне поливать, пока ездила в к родственникам мужа. "Проходи, сейчас чай будем пить, и я расскажу". У нее всегда что-нибудь приключается, я уже ничему не удивляюсь. И всегда с мистическим подтекстом. Но ее рассказ меня, правда, удивил. Сначала предыстория. Назову соседку Рая, а ее мужа Сергей. Она попросила настоящие имена не указывать. Рая родилась в семье военного, долго жила с родителями в Беларуси. Потом они переехали на Урал, где она получила образование и вышла замуж. Ее Серега - тоже офицер, познакомились они в Ленинграде. Он сам из Карелии, родился в маленьком поселке, учился в "мореходке", служил, вместе с Раей они мотались с места на место. Она ждала, он ходил в море. А потом как-то так получилось, что ее родители заболели, муж получил травму и инвалидность - и решили приехать на Урал. Купили квартиру в нашем подъезде, все хотели после смерти ее родителей уехать на юг, да так и остались. И вот в прошлом году мужа у Раи не стало. Он тяжело болел, незадолго до кончины попросил ее, чтобы она его кремировала и прах увезла на его Родину - в Карелию. Там на поселковом кладбище вся его семья похоронена - и мать, и сестра, и бабушка, и отец. Из живых только сестра осталась с мужем и детьми. Соседка моя волю мужа выполнила, кремировала. Родственники его не приехали, ждали Раю у себя в поселке. Да только поехать в его родные места никак не получалось. Сначала - из-за окаянного вируса, потом с внуком пришлось сидеть (не бросишь ведь!), а там лето - садово-огородная страда... Рая арендовала на год ячейку в колумбарии и решила ближе к зиме поехать в Карелию. *** Встречаю ее как-то в начале осени, когда она с дачи приехала, разговорились, спрашиваю: "Ты урну захоронила или отправила в Карелию?" А она мне отвечает: "Ты думаешь, я просто так в город рано приехала? Я всегда в начале октября возвращаюсь. У Сереги же 11 сентября День Рождения. А в этом году это суббота, родительский день. Мы решили на даче собраться, помянуть его. Помянули. А ночью он мне снится гневный такой, я таким его при жизни никогда не видела. Говорит - я тебя всю жизнь любил, захотела ты к родителям поехать - с тобой поехал. Захотела на Урале остаться - и я остался. Никогда ни в чем тебя не упрекал. О единственном попросил - отвези на Родину. А ты никак мое последнее желание выполнить не можешь. И так явственно я его увидела. Будто и во сне, но и не во сне. Побежала к батюшке, посоветовалась. Тот говорит, дескать, раз воля такая была, раз ты обещала, найди время, найди деньги и езжай. Вот и приехала, чтобы отвезти". Проходит недели две. Вижу - Рая во дворе с внуком гуляет. Оказывается, внука не с кем опять оставить, она нянчится. Октябрь уже на дворе. В конце октября звонок в дверь. Прибегает Рая: "Ты не поверишь, я с ума схожу. Серега за мной сегодня ночью по квартире ходил и только спрашивал - когда я его в Карелию увезу. Все собираюсь, да только не знаю, на чем. Самолетов боюсь, а на поезде - с пересадкой и очень долго". Еще два дня прошло - Рая мне цветы свои несет: "Пусть у тебя поживут. Еду, - говорит, - с зятем. Его в Петрозаводск отправили (зять - дальнобойщик), прямо как будто специально. Завтра урну забираю". И уехала. *** А вот и сама история, которую Рая рассказала за чаем. Путь до Петрозаводска, а там еще до поселка - не ближний. Зять ее предупреждал, что ехать тяжело, особенно с ее больными ногами. Однако, как она говорит, чувствовала себя, как в юности. Нигде ничего не кольнуло, ничего не заболело. Потом даже зять ей сказал: "Ну, теща, теперь тебя в поездки буду постоянно брать - ни одного штрафа, нигде не задержались, дорога легкая была, погода хорошая, даже когда груз сдавал - ни минуты не простоя". Зять соседку до поселка подбросил, а сестра мужа уговорила ее остаться на недельку - чтобы 6 ноября, в Дмитриевскую субботу и подкопать урну с прахом в могилу матери. Они ей и билет заказали из Питера на поезд, а до Северной столицы решили родственницу сами на машине увезти. Сестра мужа с семьей живет в большом двухэтажном доме. Раю поселили в отдельную комнату, приняли хорошо. Урну поставили маленьком летнем гостевом домике. Легла Рая спать и слышит шаги по коридору: "Думаю, что ж не спится-то им, всю ночь бродят, как будто завтра не на работу. Садимся утром завтракать, а меня золовка и спрашивает - дескать, ты, наверное, в дороге перевозбудилась, да еще и смена часовых поясов, поэтому и ходила всю ночь? И предлагает снотворное выпить и отдохнуть днем. Тут-то я и поняла, что это не они бродили по коридору. Рассказала я все золовке, она поначалу испугалась, а потом мы с ней решили, что это Серега со всеми прощается. Приехала я к ним во вторник, и так со вторника аж до пятницы шаги и слышались. А с пятницы на субботу прекратились. Утром в субботу приходит Серегин одноклассник, чтобы с нами на кладбище ехать. По дороге нам говорит, что во сне сегодня всю ночь с Серегой разговаривал, детство вспоминали, как в школе проказничали, как в мореходку поступали, гуляли с ним во сне по поселку, все места любимые обошли. А жена его утром ему разгон устроила из-за того, что он всю ночь по квартире бродил. А он-то спал, снилось ему это". Приехали родственники и друзья на кладбище, достали лопаты, чтобы подкопать урну, подходят к могилам родственников мужа моей соседки, а прямо в центре могилы его бабушки - что-то вроде провала. Как будто земля просела. Сестра Сереги как заплачет: "Раечка, брат-то у бабушки любимчиком был, вот она ему ямку и приготовила. Копать даже не нужно". Урну поставили, Серегу помянули, его мать, отца, сестру, бабушку. Могилы прибрали, памятники помыли, только с кладбища вышли - и ливень. "А автобус, который заказали на кладбище, как назло задерживается - водителю сказали через пару часов за нами вернуться, а его нет и нет, нет и нет. Стоим мы все на остановке под навесом, ждем. Вдруг Сережкина сестренка показывает мне рукой - смотри, говорит, туда. Я оглянулась, а за кладбищенской оградой сквозь стену воды (ливень страшенный был) пять силуэтов - три женских и два мужских. И один мужской силуэт на Серегу похож. У меня аж горло перехватило, я его сестру за руку схватила, а она мне потом сказала, что думала, ей померещилось. А увидела, что я так отреагировала - поняла. Нет, это они попрощаться все пришли. И только мы их увидели, дождь мгновенно закончился. И автобус приехал через несколько минут. А уже в поезде когда я ехала, опять Серегу во сне увидела. Счастливого, молодого, как в те времена, когда мы только встретились. Я же часто к воротам мореходки бегала, и тут тоже стою у ворот, он за воротами с одной стороны, а я с другой и говорит он мне, как раньше, дескать, ну, все, пошел я, а ты ко мне приходи, не забывай, я ждать буду. Уходит от меня, потом повернулся, остановился и сказал: "Часто не надо, дела у тебя, знаю, хоть раз в год повидаемся - и ладно". И ушел". История с Дзен-канала "Удивительный мир"

Упавший с неба.

Всё вернётся семикратно -С ума сошла, это ж последние деньги! – прошипела Ирка. Марина протянула купюру пожилой женщине. Та сидела у входа в супермаркет и просила милостыню. -Вот возьмите. -Пусть всё что отдашь, вернётся к тебе семикратно! - женщина склонила голову и поглядела на деньги, седая прядь выпала из-под платка на лоб, в чёрных глазах заблестели слёзы, - целая тысяча, спасибо, дочка! -Последняя тысяча! – Ирка презрительно усмехнулась. –Вот Вам не стыдно, деньги у добрых доверчивых людей выманивать. Шарлатанка! Ещё и фразочку какую придумала, что вернётся всё семикратно. Помогает? Нет? -Да ладно тебе, - огрызнулась Марина, - денег мы ещё заработаем, идём. - Терпеть не могу попрошаек, они все алкаши и лентяи, ни на что больше не способные…И где ты собралась зарабатывать, забыла, что работы у нас тобой больше нет. Нас же сократили! -Не знаю, может репетиторством займусь, а может тексты переводить буду, да мало ли на свете способов деньги заработать? - Марина подхватила подружку под руку, - особенно для двух очаровательных, молодых, одарённых и креативных девушек! Это вот бабульке той – трудно, а нам-то с тобой что? Марина оглянулась на пожилую женщину, но той на месте уже не было. -Побежала твои денежки тратить, в алкомаркет наверно… – прокомментировала Ирина. -Ой, ну хватит уже ворчать! Солидного вида женщина в белом пальто и шляпке стояла у дверей супермаркета, смотрела на подруг и улыбалась. Марина несмело улыбнулась в ответ, вроде женщина совсем не знакомая, ну вдруг. Марина кивнула на всякий случай, потому что лучше улыбнуться и кивнуть совершенно незнакомому человеку, чем проигнорировать того, кого просто не узнала. Женщина в белом пальто кивнула тоже, седая прядь выпала из-под шляпки на лоб, чёрные глаза искрились весельем. Распрощавшись с Иркой, Марина отправилась домой, уже свернула во двор, когда телефон зазвонил. Начальник вежливо извинился и пригласил обратно на работу, объяснил, что неожиданно свалился большой заказ и сокращение штата отменяется и даже предложил зарплату прибавить, если она вернётся к работе прямо завтра с утра. -На сколько прибавите? – уточнила Марина. -На 7 тысяч рублей, но это пока. Вот этот заказ сдадим вовремя и там посмотрим, скорей всего снова будем оклады поднимать. Ту так, что скажете? Марина улыбнулась: -До завтра! Марина положила трубку и сразу набрала номер Ирины, но у той было занято. Подружка перезвонила сама минут через двадцать, когда Марина уже пила кофе у себя на кухне. -Чего ты звонила? – зло спросила подруга, - Тоже обругать меня хотела? -Н-нет, ты чего такая? -А чё все как сговорились! – Ирка чуть не плакала, - представляешь, только с тобой разошлись, я дорогу стала переходить, какой-то придурок чуть не задавил меня, матом обругал, за то, что я в неположенном месте дорогу перехожу, потом во дворе пацанёнок какой-то подошёл, спросил закурить. Вот скажи, похоже, что я курю или, блин, специально для таких вот «стрелков» сигареты покупаю? -И что дальше? -Что-что! Обозвал меня… жадиной, если культурно. А потом с соседкой столкнулась на лестнице, она так презрительно мне сквозь зубы высказала своё «фи» за то, что я в подъезде не прибираюсь, как все местные кумушки. А что я? Мне делать больше нечего что ли, как лестницы намывать? -И ты из-за этого реветь собралась? – уточнила Марина. -Нет, конечно! Мне мама позвонила, домой звала обратно. Говорит, не получится у меня ничего в большом городе, такая уж я уродилась, - Ирина всхлипнула, - не умная, и ещё мама мне работу нашла, в совхозе, говорит, там мне самое место будет… -А начальник не звонил тебе? -Да с чего б ему мне звонить! Ещё ведёрко помоев мне на голову вылить, нет уж, спасибо, хватит с меня на сегодня! Марина посчитала на пальцах: водитель, пацанёнок, соседка, мама, всего четыре получается. -Знаешь, я вот думаю, что придётся тебе ещё пару раз что-то такое нелестное о себе послушать. Три, если точно. -Да с чего бы? -А ты помнишь, что та женщина сказала, ну, нищенка у супермаркета? Всё, что даёшь, вернётся семикратно! А ты что ей дала? Ирка на том конце провода всё-таки заревела.

Санька-покойница Говорят, для настоящей любви нет препятствий, ни даже смерти. Афанасий Никитич знал это хорошо. Прожил он долгую жизнь - 104 года, и знал это из личного опыта. ...В Саньку, будущую жену, он влюбился сразу, как только увидел эту зеленоглазую богиню в уездном городе у модного магазина. Тогда приложил все силы, что бы разузнать, кто эта нарядно одетая барышня, и познакомиться. А потом настало время засылать сватов. Санька и так была согласна, но надо что бы по правилам все было. Отец ее был инженером-путейцем, и брак дочери с казаком рассматривался как мезальянс. Но и жениху, и невесте, ровным счетом было все равно - они любили друг друга. Очень скоро дети пошли, Саньке трудно поначалу было привыкнуть к домашней работе в станице, но никогда не жаловалась, всегда встречала мужа с улыбкой. Все оборвалось в единый миг, от пули, выпущенной кулаком из револьвера. Санька умерла на руках у мужа. Суровый с виду мужчина слез сдержать не мог, а жена слабо улыбалась: -Я, Афоня, всегда рядом буду, только позови! Свидимся еще, вернусь я в семью... Свиделись они. Он тогда валялся в лагерном лазарете, уже смирившись, что умрет, когда однажды ночью увидел у своей койки Саньку-покойницу. Красивая, как живая, только бледная шибко. Гладила его по голове, приговаривала: -Ты долгую жизнь проживешь, рано тебе к нам! Свидимся... Доктора лишь удивлялись, когда Афанасий пошел на поправку, а потом амнистия ему подоспела. Вернулся домой, женился вторично. Да, любил вторую жену, ценил. Но не так с ней было как с Санькой, с которой забывал обо всем на свете...Да, умерла она, но он всегда чувствовал, будто она рядом где-то невидимая, помогает и ему, и детям их. ...Вот и внук уж привез жену знакомиться. Дед Афанасий увидев жену внука обомлел: Санька! Те же темные волосы, глаза, тонкий стан. Ириной звалась только. Как и обещала Санька - так и вернулась в их семью... ...Четыре утра, скоро уж и рассвет. Не слышно ступая по полу, она подошла к его постели, и села. Такая же красавица как и всегда, и так же бледна. -Здравствуй, Афоня! -Здравствуй, Санька.--Коснулся ее руки. Как лед холодная. -Вот пришла Афоня за тобой, собирайся в дальнюю дорогу.--Тихо произнесла она. -Я уж Санька давно собрался, все жду, когда ж ты за мной придешь. Любил я тебя всегда, и сейчас люблю...--Афанасий почувствовал слезы на щеках. -И я тебя люблю, мой муж. Пора нам, светает... За окном брезжил рассвет нового дня, который Афанасий Никитич уже не увидел...

Подруга моего детства уехала в Санкт-Петербург и поступила учиться в Лесотехнический Университет. Мы с ней давно не виделись, только перезванивались иногда, потом она замуж собралась, но я, к сожалению, не сумела поехать. А тут она недавно сама в гости приехала – беременная уже, счастливая такая. И вот от нее-то я и услышала эту удивительную историю. Дальше рассказываю от первого лица, так проще. «Преподаватель у нас в Университете есть – ты не представляешь, до чего у него лекции интересные. Он не просто подает учебный материал, а еще разбавляет его, иллюстрирует разными историями, знает, как увлечь студентов. Ну и вот. На одной лекции, посвященной охране леса, начал он нам рассказывать про леших. Да так подробно – говорил, что каждый выпускник должен знать, как с лешими правильно обращаться, почто делать, когда повстречаешь их в лесу, чтобы он не навредил тебе, а наоборот, помог. Говорил о том, что лешие не только по народным поверьям, но и на самом деле являются истинными охранниками леса. Но что и у них бывают проколы. Например, 200 лет назад из Сибири в центральную Россию хлынули животные, миграция их была невероятно большой. Конечно, ученые пытались это как-то объяснить неурожаем в тайге и тем, что животные пошли искать себе пропитание. Но на самом деле это произошло, потому что Хозяин Тайги проиграл всех этих животных в карты тому лешему, который управляет лесами центрально полосы. Ну, и все такое. Да так занятно рассказывал, что и не поймешь, в шутку он это говорит или всерьез. А еще сказал, что по народным поверьям, если лешего попросить погадать, то все, что он тебе предскажет, непременно сбудется. Но, чтобы леший согласился, нужно текст специальный знать, который он нам тут же и надиктовал по наше просьбе. Там было еще несколько условий: для гадания в лес обязательно нужно было ночью идти, забраться там на высокое дерево, вот там-то и прочитать это заклинание. Возможно, что с первого раза леший не придет, конечно, все-таки возраст у него почтенный и слышит он уже не так хорошо, как в молодости. Так что если хотите, мол, гадания дождаться, то проявите терпение и одевайтесь потеплее. Особенно – в холодную погоду. Забавно, конечно. Но эта история почему-то запала мне в душу. И решила я ее все-таки проверить. А тут и случай подвернулся – друзья меня на дачу пригласили погостить, которая у них в Тверской области находится. Ну, я, конечно, согласилась, приехала и, чтобы не откладывать дела в долгий ящик, решила в тот же вечер проверить, как эта штука работает. В общем, часиков в 11 хозяева уже спать пошли, а я сказала им, что хочу немного свежим воздухом подышать, чтобы они не беспокоились. Ну и пошла. Далеко в лес, конечно, я заходить не стала, все-таки место незнакомое, темно и страшно, если говорить откровенно. В общем, нашла я подходящее дерево, забралась на него не слишком высоко, конечно, куда мне… Бумажку, на которой нужный текст был написан, достала, фонариком налобным свечу и ору что есть силы. Сижу – жду. Никакой реакции. Тишина, только листва шелестит. Ну, я еще раз повторила все с самого начала. Опять ничего. Ладно, думаю, нужно возвращаться, пока друзья меня не хватились, а то еще на розыски отправятся. Глупо, конечно получилось. Кое-как сползла с дерева и обратно пошла. В ту же ночь приснился мне сон. Словно стою я на поляне в лесу и вижу, на другой ее стороне какого-то мужчину. Вроде не старого, но и не сильно молодого, среднего возраста, в общем, но с усами пышными и бородой. Идет он ко мне – одежда у него какая-то странная, а в чем странность, объяснить не могу. В общем, подошел он и спрашивает, зачем я его звала. И тогда я поняла, что вот он, леший, передо мной стоит. Ну и объяснила ему, что, мол, погадать хотела, да не вышло. Он усмехнулся – вон оно что, - говорит, - ну ладно, раз хотела погадать, так тому и быть, мне несложно. Сунул руку в карман, вытащил горсть желудей, перемешанных с камушками, подбросил их воздух, посмотрел, как они упали, пробурчал что-то себе под нос непонятное. А потом снова ко мне. - Значит, слушай меня внимательно. Уже в этом году ты встретишь человека со светлыми волосами и выйдешь за него замуж. Любить вы друг друга будете, но жить вам вместе будет сложно, потому то расходиться будете, то сходиться. Окончательно поладите и сойдетесь, только когда ребенок у вас появится. Будь осторожна и в первый год не води ребенка к воде, водяной может утащить, смотри за ним хорошо и никому не доверяй. Доверишь присматривать чужому человеку – беда будет. Когда будешь ходить беременной, тебя будет зазывать к себе женщина с родинкой на лбу – не ходи к ней, нет в том доме для тебя ничего хорошего. Еще на следующий год осенью ты должна приехать сюда же, подойти к тому дубу, на который сегодня забиралась, и сорвать с него несколько желудей – это будет мой подарок тебе, обереги для тебя и близких. Береги эти желуди, если кто-то заболеет в семье или несчастье какое с ним случится, положи один из желудей ему под подушку. Пусть он там полежит три дня, потом можешь выбросить. Ну, а больше и рассказывать нечего, все у тебя в жизни хорошо будет. Потом, уже когда уходил, еще раз обернулся ко мне и сказал, что в лесу он не появился потому, что в том тексте, который я произносила, слова одного заветного не хватает. Вот только мне он его не скажет, потому что незачем. Зашел он за дерево и пропал. А в этом месте я проснулась. Ну, вот буквально через два месяца я и познакомилась со своим будущим мужем. В кафе он рядом за столиком сидел и волосы у него действительно светлые. Разговорились, начали встречаться, потом поженились – жаль, ты на свадьбу не приехала, хоть я тебя и звала. Живем действительно сложно, характеры у нас обоих непростые. Уже после свадьбы расходились пару раз, даже заявление на развод сгоряча подали, правда, забрали его потом. Вот теперь малыша ждем. И про женщину с родинкой на лбу – тоже все правда. У мамы есть подруга, тетя Таня, родинка у нее на лбу почти на переносице, как у индианки. Я с ней раньше несколько раз встречалась, когда она в гости к маме приходила – и вот не могу тебя объяснить, вроде все хорошо, только как поговоришь с ней – потом на тебя усталость страшная наваливается. И вот когда она узнала о моей беременности, то очень обрадовалась – начала настаивать, чтобы я к ней в гости пришла, обещает вещи отдать, которые после внука выросшего остались. Вот только я свой сон помню и под всякими предлогами пока отказываюсь». @ Инна Кондаурова

Зайкина роща Этот отпуск Павел решил провести в гостях у своей дальней родственницы, Ульяны Филипповны. Она жила в небольшом поселке, окруженном глухими лесами. Сразу с самолета он пересел на попутный «Урал», а дальше целый день трясся на вездеходе. На удивление, поселок оказался вполне современным. Сказывалось то, что большая часть населения занималась лесозаготовками в ближайшей артели. Была даже сотовая связь. Бабушка Ульяна радостно встретила Пашу. Вот уже семь лет она была вдовой, а детей Бог не дал. Узнав о долгожданном госте, к ним зашла, живущая через три дома, Бабка Матрена, с пятилетней внучкой Катей. Посидели, поболтали. Паша подарил девочке цветастые часики и коробку шоколадных конфет. Когда начало темнеть, гости отправились домой. - Э-хе-хе…. - вздохнула бабушка Ульяна. - Бедная девочка. - Почему? - спросил Павел. - При живых родителях - сирота. Живет с бабкой, отец в тюрьме за кражу, а мать вообще, неизвестно где. Матрена в ней души не чает…. Пошли-ка спать. *** Утром, за чаем, Павел решил навести справки о поселке. - Баба Ульяна. А чего у вас на окраине села, стоят заброшенные дома? - Да понимаешь Паша…. - она замолчала и нахмурилась. - Люди у нас иногда пропадают. Примерно раз в полгода. Как по расписанию. В основном молодежь. На этой неделе как раз должно случиться. Вот звездная ночь будет, точно, кто-нибудь сгинет. Паша перестал жевать. - А чего это у вас тут? - Да я и сама толком не знаю. Лесорубы говорят, видели в лесу какие-то следы. Вроде человеческие, но с шестью пальцами. - Ни фига себе заявочки. - сказал Паша потухшим голосом. - Да ты не пугайся. Может, брешут они. Может людей волки утаскивают. - У вас еще и волки есть!? - Ну да. И секачи, здоровые, как паровозы. - Называется, отдохнул. По грибы, по ягоды сходил. - А ты бы завтра на дискотеку сходил. С ребятами познакомился, с девчатами. Эх, девчата у нас! Одна другой краше. А ребята все веселые, да работящие. *** Как только стемнело, в клубе началась дискотека. Павел, по совету Ульяны Филиповны, пошел знакомиться. И блин, познакомился…. - О-О-О! Кого я вижу! - Перед клубом его встретила, местная пьяная харя. - Городской фраерок! Павел сразу стал объектом всеобщего «дружелюбного» внимания. Девки захихикали, предвкушая потеху. - Здравствуй…те…, - не смело ответил Павел. К нему подскочил парень, небольшого роста, в кепке. « Метр с кепкой», – с точностью до миллиметра, определил его рост Паша. - Ты че, «пиджак»? - оскалился он. - Наших девок охмурять приперся? А? « Почему «пиджак»? - подумал Павел. - «Я же в рубашке». - Да я только вчера приехал, решил вот познакомиться с…. - Ша познакомимся! Пацаны! Поселковые стали обступать его со всех сторон. «Я зря сюда пришел», - наконец догадался Павел. - «Пора ломиться домой». - Погодь топтать! - крикнул здоровый парень в тельняшке. - Сначала я! Он допил, уже далеко не первую, бутылку пива и слегка покачиваясь, вышел в образовавшийся круг. Парень стал показано прыгать вокруг Паши. Разминал плечи и наносил удары руками в воздух. Даже криво махнул ногой. Толпа радостно улюлюкала. Слышны были звуки открывающихся бутылок. Павел внимательно следил за противником. Была маленькая надежда, на два года занятий боксом. Парень резко провел боковой справа в голову. Паша отступил назад и он промахнулся. - Клещ, вдарь ему! - кричали девки. Последовал боковой слева. Паша «нырнул» под руку, выпрямился со стороны локтя противника, и провел классический с разворота в челюсть. «Клещ» рухнул в пыль и затих. Над зрителями «повисло» тягостное молчание. - Ты чего «козел» делаешь!? - первым «вышел из анабиоза» «метр с кепкой». - Ты на кого «клешню» поднял!? Дави его пацаны! Паша нашел в толпе самого тощего и подскочил к нему. Прямым ударом ноги, называемым в карате «мае-гери», отправил его в «полет» за круг. Перескочил распластавшееся тело и бросился бежать к «мусорному», поросшему репейником оврагу. Толпа ринулась за ним. Павел с разбегу прыгнул вниз и покатился по склону, путаясь в мусоре и гремя консервными банками. Пока долетел, до густых кустов, изорвал всю одежду. - Где эта «гнида»! - орали сверху. Послышался рокот мотоциклов. Свет фар «рыскал» по оврагу. Вниз полетели пустые бутылки. Преследователи не видели его, а спускаться в помойку было лень. Через десять минут Паша был дома. Баба Ульяна крепко спала, распугивая мух богатырским храпом. Паша промыл порезы, выбросил рваную одежду и лег спать. За окнами, туда - сюда, ездили мотоциклы, было слышно нецензурную брань. «Караулят», - думал Паша. - «Во, влип». Весь следующий день он «шифровался» в сарае. Вышел, только чтобы угостить сладостями, зашедшую по поручению Бабы Матрены, Катю. - Бедная девочка, - причитала Ульяна Филипповна. Поселковых нигде не было видно, все работали. «Вечером придут «мочить», - догадывался Павел. Стемнело, но никто не пришел. «Странно? Где же мстители?» - начал «переживать» Павел. Он посмотрел вверх. Звезды сияли, как россыпь алмазов. Ветра не было. Стояла «гробовая» тишина. Луна только начала подниматься из-за горизонта. «Звездная ночь», - вспомнил он. - «Время пропаж. Все попрятались, Ждут». *** Павел стал закрывать дверь на крыльце, как вдруг, услышал громкий детский крик. Кричали совсем рядом. «Вот те раз», - он схватил со стола, привезенный с собой раскладной нож, и бросился на крик. Кричала пятилетняя Катя. Павел вбежал в дом бабы Матрены, та лежала на полу без сознания. Окно было разбито. На осколке стекла висел обрывок детской пижамы. Крик повторился где-то за окраиной поселка. Паша выскочил на улицу. В лунном свете было видно, как кто-то тащил на себе ребенка к опушке леса. - ВСТАВАЙТЕ!!! - заорал Паша. - Подъем!!! Катю украли!!! Ни звука. Ни скрипа. Тишина. Он начал стучать в ворота ближайшего дома. - Вставайте!!! В окне дома показалось испуганное лицо мужика. - Слышь, парень, - прошептал он. - Иди домой. Ты ее не спасешь, да и себя погубишь. Он задернул штору. СТРАХ. Липкий страх, разъедающий душу, струился по притихшему поселку. Он закрадывался в дома, в кровати к дрожащим людям и «пожирал» их разум. Где вчерашние «герои»? Где мужики с топорами? Где хоть какой-то намек на храбрость, достойную человека? НЕТ. Только тишина и страх, переходящий в ужас. Страх и нечего кроме страха. На шум из калитки, ежесекундно оглядываясь, выглянула Ульяна Филипповна. - Ой, горе, горе! - плакала она. - Что здесь происходит!? - спросил у нее Павел. - Я мало что знаю, одни слухи. Ой, горе-то, какое. Говорят, в сорок седьмом году, перевернулось несколько вагонов с пленными немцами и «зечками». Все побежали в лес. Конвоиры положили много арестантов из пулеметов, но небольшой группе удалось скрыться. Там были и женщины и мужчины. Их долго искали, но не нашли. В пятьдесят шестом произошла авария на З…ском химическом заводе. Был сильный выброс. Наш поселок эвакуировали. Через месяц мы вернулись. А через год начали пропадать коровы, свиньи и прочая живность. В девяностых люди. Милиция ничего не нашла, сослалась на волков. Но похищения посей день, продолжаются. - Твою ж …. - выругался Павел и бросился «сломя голову» в сторону темневшего леса. - Куда ты!? Куда!? - заохала Ульяна Филипповна. *** «Неужели арестанты мутировали от выброса? Нет. Они бы скорее перемерли от химии». С этими мыслями он добежал до опушки леса. В поселке по-прежнему было тихо. Даже собаки молчали. Вскрикнул ребенок. Павел бросился в лес. Пробежал через березовую рощу и углубился в ельник. Луна довольно ярко освещала окрестности, но, не смотря на это, Павел все-таки пару раз упал споткнувшись. Далеко впереди мелькала детская пижама. Иногда были слышны крики девочки и неодобрительное рычание похитителя. «Выслежу, где прячутся, а потом по «сотовому» вызову подмогу. Главное не потерять из виду». Пробегая через, залитую лунным светом поляну, он увидел стадо здоровенных «секачей» и десяток поросят. Паша прибавил скорость. Где-то далеко послышались раскаты грома. На лес надвигалась гроза. *** Полная луна «подмигивала» через кроны деревьев. Запахло дождем. Павел потерял преследуемых из виду и, похоже, заблудился. Он присел передохнуть под развесистый дуб. Достал телефон. Антенка связи весело пульсировала. «Этого и следовало ожидать. Один, в незнакомой местности с перочинным ножичком, против неизвестно кого. Больной на всю голову. Куда идти? Где их искать?» Павел прислонил голову к дубу и закрыл глаза. «Надо отдохнуть». На встречу висящей над лесом луне, двигались «налитые синцом» тучи. В нескольких метрах от Паши, по лежавшей среди травы прошлогодней листве, прошла рябь. Сломанные ветки, желуди, опавшая хвоя, гнилые дубовые листья, как по команде начали стягиваться к остаткам трухлявого пня. Куча росла, она поднималась вверх. Метр, полтора, два. Начали проявляться очертания ног и рук. Появилась утыканная ветками голова с «угольками» глаз. Павел смотрел не отрываясь. Каждый лист и ветка, знали свое место, и четко вставали в него. Наконец метаморфозы закончились. Перед ним стояло существо двухметрового роста. Паша замер в ожидании продолжения. Существо вытянуло руку в сторону и показало пальцем на куст орешника. Листья на кусте плотно сомкнулись, образовав гладкую «стену». По ней забегали размытые тени, но постепенно резкость улучшилась. Действие напоминало просмотр кинофильма. Вот с рельс сходят вагоны. Вот пленные немцы и женщины в тюремных робах бегут в лес. Вот конвоиры открывают огонь из пулеметов. Люди падают десятками. Небольшая группа все-таки скрывается в лесу. Их ищут днем и ночью. Никого не найдя солдаты уходят. Вот у живущих в землянках беглецов, рождаются несколько малышей. Вот большой химический завод. В одном из цехов секретный отдел спецслужб проводит опыты с гигантским трансформатором на кислотной основе. Вот между двумя огромными катушками проводов и колбами с сине-зеленой жидкостью, разрывается ткань пространства. Сквозь разрыв виден чуждый мир иного измерения. Туда входят два человека в тяжелых скафандрах. Вот из разрыва вываливается один из первопроходцев в изорванном скафандре. Правой ноги до колена у него нет. К нему сбегаются люди. Неожиданно из разрыва выпрыгивают трехметровые «питекантропы» с каменными топорами и копьями. У них волосатые лица со скрещивающимися клыками. Явно не вегетарианцы. Вдоль позвоночника идут острые костяные наросты, образуя «пилу» с тридцатисантиметровыми зубьями. Короткие сильные ноги. Вытянутое гибкое туловище. Длинные руки с огромной мускулатурой. На ногах и руках по шесть пальцев. Вот охрана объекта открывает автоматный огонь. Несколько дикарей падают. Но уже поздно, большая часть секретного отдела перебита, как мухи. Кто-то включает самоуничтожение прибора. Начинается обратный отсчет. А из разрыва все прут и прут пришельцы, снося все и всех на своем пути. Некоторые уже перемахнули забор с колючкой и бегут в лес. Раздается взрыв. Цех, и всех кто в нем находился, разносит на атомы. Вот дикари уничтожают лагерь беглецов, и уходят в непролазную глушь. Убивают домашний скот. Вот несут молодого парня. После ритуала вырезают у него сердце, в честь какого-то своего бога. Начинается бурное веселье. И так каждые полгода. Попутно не брезгуют грибниками и охотниками. Химия, арестанты и волки не имеют к пропажам людей, никакого отношения. «Кино» закончилось. Рядом с существом из листьев появляется девочка Катя. Она берет его за руку. - Катя…. - шепчет Павел. Она прикладывает указательный палец к губам. Не шуми, он не любит. Кто он? Кто это? Кто…? « Лесной человек. Лесовик. Леший!» - наконец догадывается Паша. Из тела лешего вылетают светлячки. Они кружат между Пашей и Катей, как бы выбирая, где присесть. Леший внимательно следит за ними. Светлячки садятся на Катю, она весело смеется, прыгает и хлопает в ладоши. Тьма вокруг Паши сгущается. Сквозь нее он видит, как Катя и леший уходят. *** Паша проснулся. Какой чудной сон. Перед ним лежала горка пожухлой листвы. Или не сон? Сзади послышался вой. Паша выглянул из-за дерева. С пригорка спускалась стая волков. - Вас тут еще не хватало, - прошептал он. Встал и, стараясь не шуметь, побежал вперед. В этот момент сверкнула молния, начался ливень. *** Небо проливало целые озера воды. Павел тут же промок насквозь. Гром - канонада корабельной артиллерии. Молнии - трещины пространства. Знатная гроза. Серое дождливое утро нехотя поднималось над лесом. Павел продрог до мозга костей. К обеду дождь прекратился. *** Павел вышел к заброшенному аэродрому. Бетонка терялась в высокой траве. Кругом виднелись остатки сгнивших строений и проржавевшие насквозь бочки из-под горючего. На порванной колючке висела табличка: «Внимание! Особо охраняемый объект! Огонь на поражение!» Должно быть, секретный аэродром времен войны. Павел хотел было пройти дальше, но следующая табличка с еле заметной надписью: «Мины!», разубедила его в этом. Однако через минное поле проходила утоптанная кабанья тропа. Осторожные животные чуяли скрытую в земле смерть. Можно было попробовать пройти по тропе, но Паша решил не рисковать и обойти опасное место. Хлюпая по раскисшей земле, он думал о происшедшем. «Весь поселок попрятался. Очень сильный страх. Наверное, надо возвращаться, я потерял их. Да еще волки по пятам идут. Эдак можно и …». В мокрой земле проступал затопленный водой шестипалый след. Он был совсем свежий и шел в сторону от аэродрома. Вот еще один, еще…. Целая щепочка отчетливых следов. Паша возобновил погоню. Позади снова раздался вой. «Сожрут и фамилии не спросят». *** У клуба собрался весь поселок. Обсуждали ночное происшествие и бабу Матрену, которая слегла с сердцем. - Что же вы сволочи такие! - кричала Ульяна Филлиповна. - Сколько можно терпеть и прятаться! Вон, сколько изб уже пустуют! А вы так и будите по «норам» сидеть, пока всех детей не перетаскают!? Потом и вами займутся! Сделайте что-нибудь! - Ты что Ульяна? Забыла, как в прошлом году, трое охотников сгинули? Опытные были. Один, даже, воевал, - отвечали из толпы. - В каждом втором доме ружье, а ни кто и носа на улицу не показал! Сволочи! Пашка один в погоню пошел, без оружия! - Ну и дурак! Смерти ищет! - А вы, за «жопы» свои трясетесь! Трусы! Иногда, в критические моменты, люди, услышавшие это в свой адрес, превозмогая страх, совершали подвиги или шли на верную смерть. Вот и сейчас это многих задело. - Верно, Ульяна говорит! Надо что-то делать! Сколько можно трястись!? - Сказал здоровенный детина. - У кого какие предложения? - для поддержки своего авторитета вмешался староста поселка. - Выходи! *** Складывалось впечатление, что волки куда-то загоняют Павла. Они не нападали, хотя могли спокойно разорвать его в любое время. Но стоило ему остановиться, как слышался их жуткий вой. И волей неволей приходилось двигаться дальше. По пути Павел «забивал» желудок ягодами и орехами, пил из родников и луж. По горло в воде перешел небольшую речку. Постепенно стемнело, и след стал теряться. Снова пошел ливень, сверкнула молния. Паша споткнулся и упал в теплую грязь. «Все, сил больше нет. Вздремну чуток в луже». Он закрыл глаза. Леший появился внезапно. Он подошел так близко, что Павел почувствовал, как от него пахнет мхом и грибами. - Вставай! - сказал он скрипучим голосом. - Рожа городская, не время ванны принимать. Этой ночью девочку принесут в жертву неземному Богу - покровителю этих людоедов. Я бы рад им хребты переломать, да не под силу мне с их Богами тягаться. Он пнул его ногой. - Вставай человече! Павел проснулся от удара, рядом лежала куча сгнившей листвы. Он встал и побежал вперед. Сзади снова завыли волки. «Это не сон. Я видел лешего, - думал Паша. - Пытается помочь. Значит, верна пословица: «Свой леший, лучше чужого Бога»». *** Насколько хватало глаз, деревья были повалены, последствия давнишнего урагана. Сквозь них прорастал новый мощный лес. Возле возвышавшейся над деревьями, поросшей кустарником и соснами скалы, еле заметно мерцали отблески костра. Паша взобрался по пологому склону на ее макушку и посмотрел вниз с обрыва. Из пещеры, находившейся у подножия скалы, выходил дым. Дрожали отблески пламени. Они освещали, что-то вроде двора с каменным алтарем посередине. Из пещеры донесся крик девочки. Гроза продолжала бушевать и она явно не мешала дикарскому «празднику». Паша спустился вниз тем же путем и решил спрятаться напротив входа в пещеру. Он слабо представлял, что теперь надо делать, ведь позвонить он не мог. Пробираясь зарослями Павел свалился в яму набитую каким-то хламом. Осветив дно ямы, вспыхнула молния. Он еле сдержал крик. Яма была забита костями. Снова вспышка. Куча человеческих черепов вперемешку с кабаньими, волчьими, а так же неизвестно кому принадлежащими. Истлевшая одежда и обувь, сломанные и погнутые ружья, корзинки, детские игрушки, рюкзаки, мангал и пластиковая канистра с бензином. И на всем следы зубов. Паша поднял два полных охотничьих патронташа. В голове появился план действий. Он прикрепил поломанные ружья к поваленному дереву, к ним привязал канистру. Протянул через спусковые крючки капроновую веревку, взвел курки. Насыпал в дырявый целлофановый пакет звенящие металлические патроны. Выстругал перочинным ножом из молодого деревца, подобие рогатины на медведя. Взял в руку веревку, привязанную к спусковым крючкам, и начал ждать событий. *** Сквозь раскаты грома было слышно рычание, доносившееся из пещеры. У самого входа горел костер. Из глубины пещеры двинулась «праздничная процессия», это были потомки проникнувших в наш мир дикарей. Первым шел вожак с громадной мускулатурой, за ним, примерно такие же особи мужского пола. Замыкали «процессию» три самки с венками из цветов на головах. Одна вела за руку детеныша. Самым последним вышел седой, сгорбленный самец, он тащил перепуганную девочку. Судя по черепу медведя, привязанному к голове, это был жрец культа. В руке у него был каменный нож. «Процессия» остановилась у входа в пещеру, всего их было двенадцать плюс детеныш. Под ливень вышел жрец. Он поставил Катю на ноги. Она с криком упала, схватившись за вывихнутую ступню. Жрец положил ее на алтарь и оглушил ударом по голове. Произнес в небо, что-то типа молитвы. Придерживая одной рукой девочку, другую с ножом, он поднял вверх для удара. Гроза взяла минутную передышку, и в этот миг Павел дернул за веревку. Погнутые стволы ружей разорвало. Оглушительный грохот, и взметнувшийся в небо огненный шар, заставил жреца отпрыгнуть в сторону зарослей. Зрители, вопя, побежали в пещеру. Не теряя ни секунды, Павел подбежал к входу в логово и бросил в костер пакет с патронами. Подскочил к алтарю. В это мгновение из зарослей на него прыгнул жрец, замахиваясь жертвенным ножом. Паша упер один конец рогатины в землю, а другой, раздвоенный, выставил на встречу нападавшему. Жрец налетел на нее и, молча, повалился на бок, по его телу пробежала предсмертная судорога. Павел взвалил Катю на плечо и бросился в заливаемый дождем лес. В пещере загрохотали взрывающееся патроны. Послышались крики. Это дало Павлу небольшую фору. Оглушенная девочка безвольно висела на плече. *** Дым от потухшего при взрывах костра рассеялся. На полу пещеры лежали две мертвые самки и детеныш. Один самец был тяжело ранен. Вожак добил его каменным топором. Он вместе с оставшимися в живых шестью самцами и одной самкой, метнулся к выходу. Увидев мертвого жреца и отсутствие девочки, вожак громко зарычал. Погоня началась. *** Паша несся изо всех сил. Вспышки молний освещали извилистый путь. Дождь заливал глаза. За спиной болтался дырявый, покрытый плесенью рюкзак, найденный в яме. Девочка зашевелилась и застонала. Павел остановился, положил ее на мокрую землю. Она очнулась. Что бы приглушить крик, Паша закрыл ей рот ладонью. - Тихо Катя, это я, Паша. Он подсветил свое лицо телефоном. Катя узнала его, заплакала и прижалась к груди. - Я… хочу… домой…. - сквозь слезы произнесла она. - Идти можешь? - Нет. Нога… болит. Павел пропорол в дне рюкзака две дырки для ног. - Полезай. На мне поедешь. *** Пробежав несколько километров, Павел понял, что дальше не сможет даже ползти. Он рухнул на опавшую хвою. Где-то далеко позади, послышался хруст падающего дерева и звериный рев. - Дяденька вставай. Вставай. Они приближаются. Боль во всем теле и измученные легкие не давали подняться. « Больше не могу». - Дядя Паша-а-а. Вставай. Она трясла его за плечи. Павел попробовал встать. Кровь ударила в виски, сердце бешено колотилось, перед глазами поплыли красные круги и посыпались серебряные блестки. « Я загнал себя». Он снова упал, катя, заплакала. «Сейчас. Только один шаг. Один». Павел поднялся и шагнул. «Еще один». Снова шагнул. Боль пропала, сердце вошло в обычный ритм, смертельной усталости, как не бывало. У него открылось «второе дыхание». ( Возможности человеческого организма, как ни странно, не ограничиваются «набиванием чрева» и «заливанием глаз» в кабаке.) Павел рванул вперед с утроенной скоростью, с каждым шагом увеличивая расстояние между ними и преследователями. « Питекантропы» бежали медленно и неказисто, но в таком темпе они могли передвигаться очень долго. Иногда при беге они помогали себе руками. *** Паша оторвался на приличное расстояние. В лесу быстро светало. Дождь понемногу пошел на убыль. - Я есть хочу, - прошептала успокоившаяся Катя. Они сделали короткий привал у небольшого овражка, поросшего сверху малиной. Напились из лосиного следа. Катя стала жадно поедать крупные спелые ягоды. На дне овражка росли несколько чахлых березок. Паша спустился вниз, срезал у них кроны и заточил стволы. Этими же кронами накрыл сверху овражек. Нарезал еловых лап, положил на них и присыпал все гниющей прошлогодней листвой. Получилась корявая ловушка на карликового мамонта с заточенными кольями. Он снял один носок и бросил его в самый центр западни - чем черт не шутит. - Бежим, - обратился Павел к Кате. - Они скоро будут здесь. Катя влезла в рюкзак. Погоня продолжалась. *** Стая дикарей шла по следу. Они приближались к месту трапезы беглецов. Молодой самец решил показать свое рвение вожаку и рванулся вперед на усиливающийся запах человека. Лес огласил предсмертный рев. Стая затихла на краю овражка, наблюдая за конвульсиями пронзенного, в разных местах тела своего соплеменника. Вожак взмахнул дубиной, и стая продолжила преследование. *** Павел с Катей слышали рев, но это их совсем не взбодрило. Рассвело. Они вышли к реке. Павел срезал с дерева кусок коры, выставил на телефоне будильник, осторожно положил его на «плот» и отправил вниз по течению. А сам, подняв Катю над головой, перешел речку. Местность была уже знакома, где-то впереди должен быть аэродром. *** Каннибалы выскочили к реке. Практически сразу обнаружили след кроссовка на илистом берегу. Собрались переправляться, как вдруг, ниже по течению раздался незнакомый повторяющийся через равные промежутки времени, звук. Вожак застыл в нерешительности, звук явно принадлежал беглецам. Он скомандовал, и стая побежала за удаляющимся звоном. *** Впереди показалось минное поле. Павел снял второй носок и вытер им потное лицо и подмышки. Духовито получилось. Насыпал внутрь немного земли и, переходя поле по кабаньей тропе, бросил его в сторону. Беглецы преодолели аэродром и углубились в густой ельник. *** Вожак был вне себя от ярости. Остатки племени стояли, потупив глаза. Он держал в лапе вибрирующий и звенящий «камень». Сжал его со всей силой и на мокрую землю посыпались осколки корпуса, экрана и микросхем, телефон замолчал. Здоровенный самец пытался прорычать, что-то одобрительное, но получив кулаком по зубам, заткнулся. Стая повернула назад к обнаруженному накануне следу. *** Преследователи подошли к минному полю и остановились, пахло опасным металлом. Но с другой стороны этот запах перебивала основательная вонь человека. Он точно укрылся где-то рядом. Вожак подозревал, что после двух последних «проколов» будет и третий. Но запах человека, и жажда мести приглушили зачатки разума. Плюс ко всему они давно не ели, а человек «штука» вкусная. Вожак представил кусок жареной человечины со сладким жирком по краю, густая слюна потекла у него из пасти. - ГРЫХАРМ! - гаркнул он. Двое дюжих самцов бросились на запах в высокую траву. *** Паша быстрым шагом продолжал отрываться то погони. Раздался мощный взрыв, животные крики. Снова взрыв, и громогласный рев вожака, жаждавшего крови и отмщения. Мало того, его дикарский Бог был сильно оскорблен не получив очередной жертвы, а судя по все увеличивающимся потерям стаи, вообще от них отвернулся. Нужно было, как можно скорее вернуть его расположение, любой ценой и отомстить за погибших. Вожак предаст беглецов такой мучительной смерти, что даже его соплеменники поседеют. *** Стае пришлось идти в обход аэродрома. Почти все были посечены осколками, а куски двух дикарей остывали на минном поле. Обойдя опасность, вожак разрешил сделать привал, у всех давно урчало в животе. Одного самца он послал на охоту. Ближе к вечеру тот вернулся с тушей молодой оленихи на плечах. Сначала наелся предводитель, а за тем и вся стая стала рвать зубами свежее мясо. *** Вечерело. Паша устало брел по лесу со своей уснувшей ношей. Краем глаза он видел, как уже полчаса совсем близко от него справа и слева двигалась, разбившись на две группы, стая волков. Они, то отставали, то забегали вперед, но по-прежнему шли параллельным с ним курсом. «Почему не нападают? Чего ждут? Им нас разорвать, как нечего делать». Наступила ночь. Павел сделал привал и тут же уснул. Волки кружили вокруг них, но близко не подходили. В темноте был виден вращающийся хоровод из светящихся глаз. *** На рассвете вожак поднял отдохнувшую стаю, и они продолжили затянувшуюся погоню. *** Паша проснулся от светившего в глаза солнца. Катя сидела рядом и играла с обломком ветки. Заворачивала его в обрывок пижамы и убаюкивала. Павел поднялся на ноги, все тело ломило. - Странно. Нас еще не съели? По ступам! - скомандовал он. Катя заползла в рюкзак, ее нога сильно распухла. Они снова побежали. До поселка было совсем близко. Часто останавливаясь и переводя дыхание, он взобрался на поросший соснами холм. Снизу была знакомая березовая роща, а за ней, вдалеке, поселок. Еле передвигая ноги он, стал спускаться с холма. Плечи отваливались от заметно потяжелевшей от усталости ноши. *** Стая дикарей приближалась к холму. Они быстро наверстали упущенное время. Взяв в зубы первобытное оружие, они помчались на четвереньках. Примерно так бегают гориллы. Стая неслась во весь опор вверх по холму. Запах Павла и Кати бил в раздувавшиеся ноздри. Костяной гребень на спине раскачивался в такт могучим движениям. Жертва близко. Предвкушая расправу, стая как по команде зарычала. Павел остановился и испуганно посмотрел назад. На вершине лесистого холма показалось пять огромных фигур. Он взял Катю на руки, а рюкзак бросил догнивать. Девочка закричала от ужаса. - Дяденька Паша! Беги быстрее! Он, качаясь от усталости, побежал под уклон. Где-то справа, заметил человекоподобную фигуру из листьев и веток. Глаза лешего недобро блестели. А может, уставшему мозгу, это только почудилось? У подножия холма, наперерез Павлу выскочила стая волков и, растянувшись в шеренгу, двинулась на него, постепенно увеличивая темп. Павел бежал и не мог остановиться. От голода и страха шумело в голове. Перед глазами, то и дело, возникали темные пятна, дыхание сбилось. Он вбежал в строй волков, запах дикого животного резанул ноздри. Павел пронесся сквозь стаю, волки и ухом не повели. Они, рыча, бросились на «питекантропов», похоже у них были свои счеты с дикарями. Завязался бой. Павел бежал не оборачиваясь, Катя навзрыд рыдала ему в плечо. Слышно было, как ломаются от ударов кости, хрипит перекушенное горло. Визг, крики, удары, стоны. Павел на ходу обернулся. Окровавленный вожак наткнул на сук последнего живого волка. Он и два оставшихся самца продолжили погоню. На месте схватки остались лежать: самец, самка и пятнадцать волков. Паша еле переставлял ноги, дикари тоже не могли похвастаться скоростью, они были серьезно ранены. Происходившее в роще, Павел видел, как в замедленной съемке. Слева от него каменный топор разнес в щепки высохшую березу. Справа в землю вонзилось копье, за ним другое. Будто предчувствуя, что-то он выставил Катю перед собой, насколько позволяли задеревеневшие руки. В это мгновение спину пронзила боль, из груди показался наконечник копья, второй, третий. В поясницу воткнулся кремниевый кинжал, а левую ногу, как тростинку, переломил здоровый булыжник. Павел насколько мог аккуратно поставил на землю девочку. - Беги…. - прохрипел он и упал на бок, изо рта хлынула кровь. Только теперь, умирая, он понял, что означали светлячки лешего. Это была ЖИЗНЬ, она выбирала с кем остаться и выбрала девочку. Измученное тело отпустило душу. Катя, крича и прыгая на одной ноге, добралась до неглубокой канавы пересекавшую березовую рощу. Она обернулась, остановившись у самого края, и еще сильнее закричала. Земля вздрагивала от тяжелой поступи каннибалов, они уже добежали до тела Павла. Чья-то сильная рука внезапно сдернула кричащую девочку в канаву. Раздался залп. Все в селе, что могло стрелять, сейчас было здесь. Селяне видели финал погони, но стрелять не могли, боялись попасть в людей. Вожак с самцом рухнули, как подкошенные, с расколотыми черепами. Коверкая и распахивая телами сырую землю. Последний представитель племени развернулся и пытался бежать. Его спину нашпиговали свинцом так, что не осталось не одной целой кости. Селяне с криком «УРА», бросились добивать диковинных пришельцев. Каждый выпустил в них по горсти патрон. Леший смотрел, как светящееся облачко души Павла медленно поднимается к макушкам берез. К ней присоединились еще пятнадцать волчьих душ. Леший помахал им рукой или, что там у него, они ответили ему яркой вспышкой и скрылись из виду. Он глубоко вздохнул и пошел по своим лесным делам. На похоронах Павла все село откровенно рыдало. Девки размазывали по лицу тушь и помаду. Бабе Ульяне стало плохо и ее, подхватив под руки, отвели в сторонку. После речи старосты села, местный кузнец водрузил на могилу большое кованое сердце, с тремя рваными ранами посередине. «Метр с кепкой» уверял собравшихся, что Павел был его корешем, а Клещ, пуская скупую мужскую слезу, называл его своим братаном. Катя гладила одной рукой железное сердце, другой прижимала к груди Пашин перочинный нож. По гладким детским щекам текли соленые слезы. А рощу, где погиб Павел, с тех пор называют Зайкиной, потому, что фамилия у него была Зайка. Автор: Владимир Самсонов