Василий Полищук

Механик считал и не верил. Сто двадцать, сто пятьдесят, двести. Пробоины тянулись от хвоста до крыльев, рваные края обшивки торчали в стороны. Из-под капота сочилось масло. Фюзеляж выглядел так, будто его расстреливали в упор. А пилот уже стоял на земле. Стянул шлем, вытер лицо. И сказал одно: – Заряжайте. Я лечу снова. Это не кино. Это Великая Отечественная. И самолёт, который привозил на аэродром по двести, по триста, а иногда и по пятьсот пробоин – и оставался в строю – назывался Ил-2. Немцы дали ему прозвище 'Чёрная смерть'. Советские солдаты звали проще – 'летающий танк'. Но за бронёй всегда сидел живой человек. И именно о нём – эта история. Штурмовик Ил-2 родился из войны. Конструктор Сергей Ильюшин начал работу над ним в конце 1930-х, после гражданской войны в Испании. Именно там впервые показали себя немецкие крупнокалиберные зенитки. Осколки их снарядов буквально разламывали деревянные самолёты, даже не попадая напрямую. Стало ясно: будущему штурмовику нужна броня. И Ильюшин п

На московском Арбате в последнее время можно увидеть необычного уличного музыканта. Невысокого роста парень с гитарой поет для прохожих — и голос у него такой, что люди останавливаются, оборачиваются, достают телефоны снять на видео. Только вот дело не в том, что это какой-то начинающий исполнитель. Это победитель третьего сезона шоу «Голос. Дети» Данил Плужников. Тот самый мальчик, которому в 2016 году рукоплескала вся страна. Тот, кого Дима Билан развернул в последний момент «слепых прослушиваний» и кто в итоге выиграл проект, исполнив в суперфинале песню «Я свободен». А теперь он стоит на Арбате с гитарой и поет за копейки. И это не какая-то акция, не пиар-ход и не съемка клипа. Это реальность. Потому что после того, как затихли аплодисменты и погасли софиты, оказалось, что победа в главном вокальном шоу страны — еще не гарантия того, что тебя ждет большая сцена. Путь к победе: мальчик на костылях, покоривший страну Данил Плужников родился 26 января 2002 года в Адлере. Родители с

Немецкого капитана привезли в больницу при смерти. Его уже считали безнадёжным. Но хирург взялся оперировать. Если бы пациент умер — доктора бы расстреляли. Если бы выжил — гитлеровцы бы ему поверили. Операция удалась. Офицер выжил. Оккупанты поверили Фёдору Михайловичу и даже сделали его главным врачом. Они не знали, что этот врач уже несколько месяцев ведет тайную деятельность... Фёдор Михайлов родился в 1898 году в Новгородской губернии в крестьянской семье. С малых лет батрачил. В 1915-м его призвали на флот. Кронштадтская школа юнг, служба на корабле «Николай». За сочувствие большевикам его арестовали, но после Февральской революции освободили. Он вступил в партию, стал членом Кронштадтского совета, участвовал в Октябрьской революции. В боях получил четыре ранения. Врачи едва спасли ему жизнь, и тогда он решил стать медиком. После Гражданской войны учился, стал хирургом. Работал главврачом в Ульяновской области. Потерял жену, остался с двумя дочерьми, а потом женился снова, родил

22 июня 1941 года стало днем, когда рухнули расчеты Гитлера и Сталина. Сталин надеялся, что войну удастся отодвинуть хотя бы на год – план Гитлера предполагал молниеносный разгром Красной Армии. Но на пути немецких дивизий встал рубеж, который оказалось не так просто преодолеть. Это были погранвойска НКВД – те самые «зеленые фуражки», подчинявшиеся лично Лаврентию Павловичу Берии. Немецкое командование отводило на подавление их сопротивления не более часа, однако на некоторых участках враг был вынужден остановить наступление. Государственную границу СССР от Баренцева до Черного моря на 22 июня 1941 года охраняли 666 пограничных застав, 485 из них в этот день подверглись нападению со стороны войск фашистской Германии, остальные заставы начали боевые действия 29 июня 1941 года. Все пограничные заставы стойко обороняли порученные им участки: до одних суток – 257 застав, свыше одних суток – 20, более двух суток – 16, свыше трёх суток – 20, более четырёх и пяти суток – 43, от семи до девяти

Он опирался на костыль. Левый глаз замотан грязной тряпкой. Рядом — двое таких же доходяг. Трое оборванцев у обочины дороги — ничего подозрительного для мая 1945 года. Германия лежала в руинах, беженцы были везде. Британский офицер уже собирался их отпустить. Но двое патрульных — бывшие советские военнопленные Иван Сидоров и Василий Губарев — почему-то настояли: не надо, лучше отправить в лагерь, пусть специалисты разберутся. Специалисты разобрались быстро. Один из троих оборванцев оказался Генрихом Гиммлером — рейхсфюрером СС, главным архитектором Холокоста, человеком, который лично подписал уничтожение миллионов людей, которых считал «недочеловеками». Остановили его именно они. Представители народа, которого он планировал стереть с лица земли. История редко бывает настолько точной в своих формулировках. Чтобы понять, как самый опасный бюрократ Третьего Рейха оказался в придорожных кустах с костылём и грязной тряпкой на глазу, нужно вернуться в начало. В самое обычное, даже скучное н

Оккупированный Минск, осень 1942 года. По набережной Свислочи идёт девочка с плетёной корзинкой. В корзинке – тряпичная кукла, ванька-встанька, лоскутки цветной ткани. Обычный ребёнок. Играет. Немецкий патруль проходит мимо, не оглянувшись. А под тряпками, на самом дне корзинки, лежит свёрнутый в трубочку листок. Шифровка. Координаты немецкого склада боеприпасов, которые через два дня взлетят на воздух. Девочке десять лет. И она на задании. Так выглядела обычная 'прогулка' юной связной минского подполья Люси Герасименко. Её отец, Назар Евстратович, руководил подпольной партийной ячейкой. На квартире Герасименко хранили оружие, медикаменты, проводили совещания. А маленькая Люся стояла 'на посту' – сидела на крыльце с игрушками, следя за каждым прохожим. Стоило появиться патрулю, и Люся, не поднимая глаз от куклы, подавала условный сигнал. Но Люся была далеко не единственной. В годы Великой Отечественной войны только на территории Белоруссии в партизанских отрядах воевали около семидесят