Олег Раев

Французы уже надели на солдат стальные каски — и ранения головы упали в разы. Русский военный агент во Франции выбил такие же для своих и привёз образцы показать царю. Николай II посмотрел на строй, поморщился и решил, что в железке солдат выглядит нелепо. В итоге, наши бойцы касок не получили, что приводило к ненужным потерям на фронте. Каску, конечно, тормозили не только царские вкусы — мешали и бюрократия, и нехватка стали, и неготовность промышленности. Но именно та фраза про «нелепый вид» стала идеальным символом всей истории: фронт уже считал убитых, а наверху всё ещё спорили, идёт ли каска к мундиру. Разрыв между тем, что было в голове у элиты и что реально творилось в жизни был фантастическим. Когда летом 1914-го армии Европы двинулись навстречу друг другу, на головах у них было что угодно, только не сталь. Матерчатые фуражки, фетровые кепи, кожаные каски с пафосными шишаками у немцев — те самые пикельхельмы, нарядные на параде и бесполезные под огнём. Стальной шлем тогда д

Евгений Хацкельсон В августе 1942 года в сталинградском небе немецкие летчики столкнулись с незнакомым советским истребителем. Новый опасный противник формой напоминал устаревший И-16, получивший у экспертов Люфтваффе прозвище «крыса». Немцы сделали вывод, что имеют дело с модификацией, и окрестили незнакомца «новой крысой». Но тот не имел отношения к «ишачкам» Николая Поликарпова. Это был первый истребитель Ла-5. Правда, в тот момент новейшие машины назывались еще ЛаГГ-5. Их прародителем был тяжелый истребитель ЛаГГ-3, прозванный фронтовыми острословами за свою полировку «роялем» и даже «лакированным гарантированным гробом». Ни один самолет не подвергся стольким насмешкам, как ЛаГГ-3 конструкции Лавочкина-Горбунова-Гудкова. Между тем, истребитель этот был вовсе не так плох, а по некоторым параметрам превосходил и немецкие «мессершмитты», и советские Яки. Первые ЛаГГи, за которые команда создателей получила Сталинскую премию, появились весной 1940 года. Это были единственные истребит

Советский быт был устроен иначе: меньше выбора, меньше приватности, но больше повторяемых сценариев жизни. Квартиры типовых серий, дачи с одинаковыми планировками, мебель, переходящая «по наследству», и ремонт, который делался «на века». Это формировало устойчивые привычки — от того, как мы храним вещи, до того, как общаемся с соседями. Сегодняшние интерьеры и потребительская модель изменились: больше индивидуальности, быстрые ремонты, модульная мебель, сервисы вместо «сам сделаю». Но вместе с этим ушло ощущение стабильности и ритуальности. Ниже — десять привычек из советского быта, которые до сих пор вызывают ностальгию. Сервант — обязательный предмет мебели в гостиной: стеклянные дверцы, полки с хрусталём, сервиз «на праздник». Он задавал структуру хранения и одновременно был витриной семейного статуса. Сервант пришел в СССР от французского буфета — и был его более современной копией. Вот это по-нашему! Помните эти потрясающие булочки с маком, где 80% внутри был один только мак? А п

Сегодня посмотрим работы художника Наркиза Николаевича Бунина, т.е. вновь обратимся к классике в живописи. Наркиз Николаевич Бунин родился 1 (13) февраля 1856 года в селе Касторное Воронежской губернии в дворянской семье. Первоначально его жизнь была связана с военной службой, он обучался в Михайловской Воронежской военной гимназии и в Санкт-Петербургском Горном институте. С 1877 года художник служил вольноопределяющимся в 88-м Петровском пехотном полку, а с 1878 года в Егерском лейб-гвардии полку. В 1880 году, сдав экзамены при Константиновском училище, Бунин получил чин прапорщика. В период с 1881 по 1887 годы обучался в Императорской Академии художеств вольнослушателем в классе батальной живописи. Ушел из жизни в марте 1912 года в Санкт-Петербурге. Наркиз Николаевич Бунин в основном работал в жанре батальных сцен, а также писал пейзажи и портреты и исполнял рисунки для полковых историй, меню офицерских обедов.  Посмотрим некоторые работы художника. 1. "Офицер с собакой (В интерьер

Я не раз встречал в комментариях и в статьях некоторых журналистов утверждение, что снаряды "Катюш" не могли пробить броню немецких танков. Поэтому реактивные миномёты против гитлеровской бронетехники использовались редко. Тем более у БМ-13 были иные возможности и задачи: 1. Они вели навесной огонь на расстояние от 1.9 км до 8.5 км по площадям: большому скоплению пехоты и военной техники, по переправам; 2. Точность ""Катюш" сильно хромала. На дистанции 3 км боковое отклонение снаряда составляло 51 м, а по дальности – 257 м; 3. Директива Ставки от 1 октября 1941 г. категорически запрещала открывать огонь из БМ-13 по "отдельным мелким целям". Теоретически они правы. Вот только жизнь диктовала свои правила. "Катюши" все-таки применялись и против танков. Били они даже по "Тиграм". Более того, в экстренных случаях из БМ-13 вели огонь прямой наводкой по "стальным монстрам" фашистов. А теперь давайте поговорим обо всём подробней. В годы войны "Катюши" вели огонь в основном осколочно-фугасными