Александр Ямковой

Порожняя "Татра" шла по шоссе, опираясь на асфальт только краем протектора. Внешние кромки покрышек чернели от износа, и, чтобы резина стиралась ровнее, её время от времени переставляли другой стороной. Машина выглядела так, будто у неё разъезжаются ноги. При этом водители Магадана, Якутии и Тюменского Севера держались за эти грузовики зубами. Первые такие машины попали к нашим шофёрам как трофейные: к концу войны это был единственный тяжёлый грузовик, который ещё строили в Копрживнице для немецкой армии. Когда в мае 1945-го город освободили, рабочие завода собрали по цехам оставшиеся узлы, скрутили из них десяток машин и передали их нашим частям. Дальше пошли поставки по договору: всего "сто одиннадцатых" в Союз приехало 8290 - больше половины всего экспорта этой модели. Всё держалось на решении, придуманном ещё в 1923 году. Главному конструктору завода Гансу Ледвинке не давала покоя одна вещь: машину с цельной балкой моста валит набок, стоит одному колесу провалиться в яму, и поделат