Инна - Inna

— Слышь, Березин, зацени, — восьмиклассник Колька Горкин сунул под нос Ромке Березину изрисованный учебник. Бывший владелец книги был не лишен таланта и целой палитры комплексов. Художника явно увлекала анатомия, несмотря на то что учебник был по географии. Березин и Горкин листали страницы и ржали так громко, что к ним вскоре прилипли другие одноклассники, спеша показать свои «сокровища». Над этими страницами корпело не одно поколение пубертатных мозгов. Самые вульгарные и безбашенные звезды мировой эстрады сгорят от стыда, просмотрев только оглавление учебника по литературе, попавшего в руки заскучавшему школяру. Да что там эстрада. На этих страницах были готовые сценарии для фестивального кино. Круче похабных посланий могли быть только ответы на задачи. В этом году у ребят добавились предметы, и Ромка Березин мечтал как можно скорее получить учебники и узнать, что же завещало ему старшее поколение. Но когда получил и открыл, то был разочарован. — Что с лицом? — спросил Горкин, замет

— Это что? — смотрел с недоумением на свой будущий талант Ярослав. — Что это вообще за фигня? Вы издеваетесь? — Получили, расписались, проходим дальше. Без вопросов, — монотонно прожужжала оператор пункта выдачи. — Нет уж, погодите! — не двигался с места будущий человек. — Вы вон тому дистрофику ушастому только что вручили стопроцентную харизму и обаяние, — показал Ярослав на бестелесного доходягу, которого другие души затолкали в дальний угол и теперь дружно бросали в него кожуру от эфемерных семечек. — Да вы что, не видите? Он же от сквозняка в первый вечер ласты склеит! Зачем талантами разбрасываться? — Не выражаться мне тут! — женщина строго посмотрела на Ярослава, а затем попросила следующего по очереди сделать шаг вперед, но Ярослав его оттолкнул корпусом и, уперев руки в стол, прошипел: — Вы мне дали фуфло. Не успел родиться, соску первую сжевать, а меня уже кинуть решили? Что за дела?! Да я тут половине присутствующих морду набью, дайте мне талант боксера! — он покосился на оч

Жил-был на свете мужчина, который однажды не подумал и подарил жене на день рождения пылесос. Подарок был встречен сдержанно и почти без слез. Жена напомнила, что индейцы продали Америку за бижутерию, а не за китайские мётлы и электрошвабры, и с такими дарами этот конкистадор может отчаливать хоть на все четыре стороны. А на этих берегах ему теперь не скоро обломится. Муж тоже обиделся и на два дня уехал в интернет. Вскоре жена остыла и даже принесла ему неотравленный суп в знак примирения, но осадочек все равно остался. Почти месяц пылесос терпел унижения, покрываясь тем, что был призван истреблять. А потом его чихающий предшественник окончательно сдал. Без флюорографии было ясно, что ему оставалось два понедельника, и старичок был отправлен доживать их в ближайший мусорный бак. Новенький пылесос, как и всё в современном мире, родился в Китае, но было в нем что-то необычное и пугающее — и речь не только о цене. На огромную инструкцию к этому товару ушло более половины священного леса

— Геннадий Сергеевич, вот, как и обещала, привела вам подмастерья, — донеслось до мастера откуда-то издалека. Он был так сосредоточен, погружая последнюю щепочку в полотно двери, что даже землетрясение не смогло бы его отвлечь. — Генна-а-дий Сергееви-и-ич, — позвала чуть настойчивее девушка. — Если промахнусь, буду вас обоих по всему цеху киянками гонять, — стараясь не дышать, тихо сказал мастер, опуская кусочек в прореху. Молодой человек с ужасом посмотрел на кадровика, и та в ответ сдержанно улыбнулась и кивнула — мол, надо подождать. Наконец щепка плавно вошла в отверстие, и дверь, собранная точно пазл из тысяч кусочков, превратилась в цельную конструкцию. Мастер вытер тряпкой свои распухшие от кровавых ссадин руки и, схватившись за свисающий с потолка пульт, нажал на кнопку. Сверху из темноты плавно опустился трос тельфера с крюками. — Ну, чего стоишь, цепляй, — повернулся Геннадий Сергеевич к будущему ученику, и тот неуверенно бросил взгляд на девушку из офиса — она одобрительно к

— Зеленого чая нет, — официантка бросила фразу в лицо Лизе, даже не взглянув на нее, и тут же расплылась в профессиональной улыбке перед соседним столиком. Лиза замерла, чувствуя, как лицо обдает жаром. Снова. Это было так знакомо... В офисе инвестиционной группы «Атлант-М» она годами была «невидимкой»: готовила сложнейшие аудиты, которые начальник, Петр Сергеевич, подписывал не глядя, и молчала, когда её идеи выдавали за общие достижения. Она заслужила кресло ведущего аналитика еще два года назад, но страх показаться «дерзкой» завязывал горло узлом. А рядом сидела Инга. Она работала в компании всего месяц, но её имя уже гремело на планерках. Инга не знала цифры лучше Лизы, но она владела главным искусством — умением ценить свою экспертность и продавать свое время и опыт. Инга поймала взгляд официантки коротким, властным жестом. — Омлет с овощами, — отчеканила она. — Завтраки только по утрам. Сейчас обеденное меню. Лиза затаила дыхание. Она была уверена: сейчас Инга кивнет и закажет су