Александр Царьков

Это был один из тех случаев в Истории, когда смелость и настойчивость была вознаграждена. Представьте - военнослужащий срочной службы, младший сержант, служит за тысячи и тысячи километров от Москвы на Сахалине, увлекается физикой и после службы мечтает поступить на физический факультет МГУ. Так вот, в 1950 году этот самый младший сержант написал и отправил совсем коротенькое письмо в Москву. Правда, есть разные версии получателя письма - от ЦК КПСС и Совета Министров, до самого Сталина! В своем письме младший сержант сообщал, что знает, как сделать ... водородную бомбу! Первая реакция на такое - а, как у него с головой? Тут, понимаешь, великие умы - ученые-физики ничего еще не придумали, а некий младший сержант из Сахалина (да, хоть откуда!) пишет, что знает как придумать! И Сталину, главе государства, и в ЦК писали многие, это было в порядке вещей. Но в этом случае важное в другом - младший сержант писал правду! Автором письма был Олег Александрович Лаврентьев, выдающийся физик, д

Есть техника, которую узнают даже те, кто никогда не работал в поле. Массивный силуэт, характерный гул мощного дизеля, узнаваемая шарнирно сочленённая рама. «Кировец» К-700 давно перестал быть просто моделью трактора и превратился в культурный код, понятный на всём постсоветском пространстве. Но за этим узнаваемым образом стоит история, полная неожиданных решений, странного двойного назначения и почти детективной скорости разработки. К началу 1960-х годов советское сельское хозяйство упёрлось в очевидный технический предел. Основной рабочей лошадкой полей оставался трактор ДТ-54 мощностью всего 54 лошадиные силы, машина надёжная, но безнадёжно слабая для растущих объёмов работы на крупных хозяйствах. Пахать, сеять и обрабатывать по настоящему большие площади такой техникой становилось экономически невыгодно, ведь на каждую операцию требовалось в несколько раз больше времени и топлива, чем могла бы обеспечить более мощная машина. Инженеры Кировского завода в Ленинграде, старейшего тракт

26 сентября 1991 года два опытных самолёта Як-41М впервые сели на палубу тяжёлого авианесущего крейсера «Адмирал Горшков». Один из них пилотировал Андрей Синицын, второй — Владимир Якимов. Машины могли взлетать с коротким разбегом, зависать и садиться вертикально, а в обычном полёте развивать сверхзвуковую скорость. До принятия самолёта на вооружение было ещё далеко. Требовалось завершить испытания, довести бортовое оборудование и подтвердить надёжность сложной силовой установки. Однако сам выход на корабль показывал, что советские конструкторы приблизились к созданию полноценного палубного истребителя вертикального взлёта значительно ближе, чем любая другая страна того времени. Через несколько дней один из прототипов разбился при посадке. Вскоре прекратилось государственное финансирование, а затем распался Советский Союз. Як-41М, позднее представленный за рубежом как Як-141, остался опытной машиной, хотя многие заложенные в него решения сохранили значение для дальнейшего развития авиа

К 1959 году завод имени Малышева в Харькове уже выпускал серийный ТО-55 - танк, где автоматический огнемёт АТО-200 занял место спаренного пулемёта, а 100-мм пушка Д-10Т2С осталась на своём месте. Огнемёт здесь только дополнял основное оружие. Проект вёл главный конструктор завода Александр Морозов - тот самый, кто в войну довёл до серии Т-34-85, а после неё создал Т-54. В январе 1960 года ТО-55 официально приняли на вооружение. К тому моменту в Харькове спроектировали огнемёт куда мощнее - ОМ-250. Расчёты показали, что новые огнесмеси позволяют делать выстрелы почти втрое объёмнее, чем у АТО-200. В конце 1959 года завод заложил новый опытный образец на базе Т-54Б, но на этот раз огнемёт занял место не пулемёта, а самой пушки. ОМ-250 установили на цапфах прямо в амбразуре башни, там, где раньше крепилось орудие. Амбразуру спаренного пулемёта заварили вместе с гнездом под телескопический прицел, целились теперь через перископ. Заряжающий тоже стал не нужен - огнемёту заряжать нечего, стр

В 1954 году на засекреченном полигоне под Москвой инженеры запустили двигатель машины, которой официально не существовало. Восемь огромных колёс провернулись в жидкой грязи — и колосс пошёл вперёд, не замечая её. Его назвали ЗИС-Э134. Следующие сорок лет о нём не писали ни строчки. Это не легенда и не выдумка патриотов. Это реальная история машины, которая опередила своё время настолько, что её спрятали от всех — включая большинство самих советских инженеров. Представьте: зима 1941 года. Колонна грузовиков застряла в подмосковной грязи в 30 километрах от линии фронта. Двигатели ревут, колёса прокручиваются вхолостую, боеприпасы не доходят до позиций. Именно такие картины — не выдуманные, а реальные, прожитые — остались в памяти тысяч фронтовиков. Советская техника вязла. Замерзала. Тонула. ГАЗ-АА, знаменитая «полуторка», была машиной с задним приводом, рассчитанной на нормальные дороги. Которых на войне почти не было. Когда в 1945 году страна начала зализывать раны, военные инженеры по

ВНИМАНИЕ! За комментарии типа «Як об палубу...» буду банить, потому что уже получил огромное количество таких тупых комментариев к статьям про Як-36 и Як-38. Спасибо за понимание! Як-141 — многоцелевой сверхзвуковой всепогодный палубный истребитель вертикального/короткого взлёта и посадки разработки ОКБ Яковлева. Стал третьим в мире СВВП (после EWR VJ 101 и Dassault Mirage IIIV), преодолевшим скорость звука. Подписывайтесь на Telegram канал монинских волонтёров! Долгое время в СССР создание авианосцев считалось ненужным, так как флот воспринимался как оборонительный. Однако с появлением атомных подлодок с баллистическими ракетами задачи флота изменились, и появилась необходимость в корабельной авиации. Первым шагом стали вертолёты Ка-25 и противолодочные крейсеры проекта 1123. Позже ВМФ заинтересовался самолётами вертикального взлёта и посадки (СВВП), и на смену третьему крейсеру серии «Кондор» пришли авианесущие крейсеры проекта 1143 «Кречет» с Як-38. Несмотря на ряд улучшений, Як-38