Наталья Сковородко

Жена взяла пистолет со стола — тот самый «вальтер», который Семён всегда носил с собой, — и приставила дуло к правому виску. В комнате звенели рюмки. — Смотри, Сёма! — крикнула на весь зал. Щёлкнул курок, и тело мешком осело на паркет. Так, в одно мгновение, оборвалась жизнь женщины, которая делила с Буденным и конину в голодные походы, и пули, и позор первых поражений, и славу побед Первой Конной. По одной из версий, воспроизведённой в воспоминаниях, Надежда сделала это в шутку, желая разыграть гостей или мужа. По другой — в жесте жены виновато было отчаяние, которое она тщетно пыталась скрыть за наигранной весёлостью. Третья вообще обвинила во всём мужа: разлюбил и устранил. В гибели первой жены легендарного командира Первой Конной была и нелепость, и рок, и мучительная логика. Пистолет, снятый с предохранителя, — якобы потому, что на тёмной улице Буденному почудились подозрительные люди. Жена, которая обращалась с оружием лучше многих кавалеристов, но почему-то не проверила, заряжен