Дмитрий Д

Любой хозяин заводит дома кошку для того, чтобы она (кошка) была абсолютна счастлива. Счастливый питомец – это счастливый хозяин и отсутствие разногласий на почве испорченных вещей и туалета в неположенном месте. Хотя бытовые трудности – это все же не самое главное. Важно просто искренне любить своего маленького пушистого котика. Не за красоту, хорошее поведение, а просто так. Многие хозяева часто пытаются осчастливить своих кошек, покупая им горы игрушек и самые дорогие лежанки. Но иногда для полного счастья домашнему пушистику нужно совсем не это. На самом деле, кошки, несмотря на свою самодостаточность и независимость, очень социальные существа, которым для гармонии нужны предсказуемость, безопасность и, конечно, любимый хозяин. Можно выделить 9 простых вещей, которые превратят жизнь домашнего в самую настоящую сказку для него: Для кошки пол – это слишком скучно и не всегда безопасно. Её стихией является высота. Высокие полки, специальные кошачьи комплексы или просто сво

Муся сидела у старого подъезда так, будто ушла вчера. На том же месте, у облупленной синей двери. Под той же батареей в тамбуре, где зимой всегда было теплее. Только рядом с ней дрожал маленький котёнок. И у него было точно такое же белое пятно на мордочке. Первой их увидела тётя Валя с третьего этажа. Она вышла утром за хлебом, накинула пальто прямо на халат и уже тянулась к ручке подъездной двери, когда услышала тихое мяуканье. Не громкое, не жалобное. Осторожное. Так мяукают кошки, которые не уверены, можно ли им здесь находиться. Тётя Валя открыла дверь и замерла. На ступеньке сидела кошка. Худоватая, с пыльной серой шерстью, с рваным краешком уха и внимательными зелёными глазами. — Муся?.. — сказала тётя Валя так тихо, будто боялась спугнуть собственную память. Кошка посмотрела на неё. Не бросилась. Не замурлыкала. Просто моргнула медленно, как делала раньше, когда сидела на подоконнике у Ларисы Павловны из квартиры 18. Муся когда-то жила именно там. Лариса Павловна взяла её котё

Миска полная. Кошка понюхала, съела треть и ушла. Знакомо? Большинство владельцев в этот момент думают одно: привередничает. А потом меняют корм, покупают другой, третий, пятый. И кошка снова не доедает. Потому что дело не в корме. Кошка по своей природе не обедает. Она охотится. В дикой природе мелкий хищник ловит добычу размером с мышь или воробья и съедает её за раз. Потом через пару часов ловит следующую. По данным зоологов, дикие и одичавшие кошки едят от 10 до 20 раз в сутки, понемногу. А теперь посмотрите на миску. Вы положили туда суточную норму или половину. Для кошки это не порция. Это склад. Она берёт столько, сколько вмещает её желудок прямо сейчас. Остальное оставляет. Не потому что невкусно. Потому что так устроена. Вторая причина тоньше. Кошачье обоняние в 14 раз сильнее человеческого. Корм, который пролежал в миске два часа, для вас пахнет так же. Для кошки он уже другой. Сухой корм окисляется на воздухе и теряет привлекательный запах жиров. Влажный корм подсыхает, покр

В тот день Лариса не смотрела ему в глаза. Она вынесла старую переноску из машины, вытряхнула из нее кота на обочину, потом оглянулась на пустую дачную улицу и резко захлопнула багажник. Снег хрустнул под её сапогами. Барсик, рыжий, крупный, с белым кончиком хвоста, сидел на снегу и ничего не понимал. Он только-только тянулся к окну, потому что запотевшее стекло пахло его домом, а в доме всегда пахло еловыми ветками, супом и Ларисиным кремом для рук. Он моргнул. Лариса потянулась к его шлейке, сняла её одним движением и сказала, не повышая голоса: – Всё. Может и выживешь еще. Барсик дёрнул ушами. Холод ударил сразу. Лапы будто провалились в стеклянную крошку. Барсик отскочил, оглянулся на машину, на хозяйку, на тёмные окна дачных домов и коротко мяукнул. Не громко, просто проверяя, слышат ли его. Лариса уже садилась в машину. – Не начинай, и так тяжело, – крикнула она кому-то в салоне, и дверь тут же захлопнулась. Мотор загудел. Барсик бросился следом, но машина уже тронулась. Он про

К вечеру двор стал белым. Снег уже не шёл, а мороз сидел в воздухе и царапал нос, язык, пальцы. От сырой земли тянуло холодом, от мусорных баков тянуло кислой капустой и чем–то тухлым, а от подъезда, где днём топили батареи, уходило последнее тепло. Под этим углом, у скрученной ржавой трубы, сидел кот. Он был совсем молодой, но за последние недели как будто состарился. Шерсть свалялась в тонкие, грязные пряди, на ушах остались следы старых царапин, а на левом боку блестела проплешина, розовая. Хвост он держал под лапами, будто боялся, что кто–то отнимет и его тоже. Кот не двигался уже давно. Только время от времени моргал, медленно, тяжело, и тогда было видно, как у него подрагивают веки, будто даже это стоило ему усилия. Утром он ещё пытался искать еду. Подбирался к дверям магазина, стоял у лавки, где кто–то выбросил пакет с остатками рыбы, и один раз даже сунул морду в приоткрытую щель подвального окна, откуда пахло кошачьим кормом и тёплой пылью. Но люди гоняли его, дворник швырнул