Людмила Моисеева(Наумова)

Ещё недавно свинушку спокойно несли из леса ведрами. Её варили, солили на зиму и ели с картошкой. Многие и сегодня уверены: «Мы всю жизнь ели — и ничего». Вот только со свинушкой эта фраза звучит совсем не успокаивающе. Человек действительно может есть её годами без видимых последствий, а потом одна тарелка способна вызвать тяжёлую реакцию с разрушением клеток крови и отказом почек. Именно поэтому гриб, который когда-то считался обычной лесной добычей, исчез из советского списка разрешённых к заготовке. Свинушка совершенно не похожа на классический «ядовитый гриб». Шляпка буро-коричневая, сначала выпуклая, потом становится вдавленной. Край у молодых грибов характерно подвёрнут внутрь. Пластинки снизу желтовато-бурые и темнеют при нажатии. Растёт свинушка часто большими компаниями — в лиственных и смешанных лесах, возле берёз, на опушках и во влажных местах. И выглядела она вполне мирно. Не мухомор с красной шляпой, не бледная поганка. Обычный коричневый гриб, который будто сам просится

— А потом смотрю: собачонок-то мой и не собачонок вовсе. Глаза желтые, сам злой, неласковый. Ворчит, смотрит не по-щенячьи, словно изучает меня. Боюсь я его, Ваня... Зачем Иван оставил щенка, он и сам не очень-то понимал. Может, вспомнился совет Михалыча, который тот дал, навсегда покидая Лесную: — Заведи собаку, — сказал он на прощание. А может, у Ивана взыграло мужское упрямство, разбавленное капелькой жалости, когда соседка Зинаида явилась к нему с просьбой: — Уведи ты Волчка, Христа ради. Боюсь я его. Дикий зверь растет. Но раз уж Волчок остался, надо было его учить. Он ведь и правда был наполовину дичком. Смотрел из-под лавки желтым тяжелым взглядом, не лаял, не скулил. Только ворчал. А наткнувшись на здоровенный Иванов валенок, перепугался и завыл. Совсем по-волчьи. Ластиться, как обычный пес, Волчок тоже не собирался. Хвост, вместо того, чтобы вилять от восторга, ровно висел промеж лап. — Ладно, это и к лучшему, — одобрил Иван. — Не люблю подхалимов собачьих. А ты, я смотрю, нез