Татьяна Ромасевич (Ковбар)

– Осторожнее тяни, Олег! Тут матрица очень хрупкая, если угол придавишь, пойдет полосами. Я за эту плазму сто двадцать тысяч отдавал, между прочим. – Да держу я, держу, – тяжело пыхтел худой, невысокий мужчина, перехватывая край огромного плоского телевизора. – Слушай, Вадим, может, пупырчатой пленкой обмотаем? – Обойдется. Просто в плед завернем, в лифт и так войдет. Дарья сидела на широком подоконнике в гостиной, прислонившись затылком к прохладному оконному стеклу, и молча наблюдала за этой суетой. В ее руках остывала кружка с зеленым чаем, но пить совершенно не хотелось. В квартире стоял невыносимо резкий, режущий слух визг упаковочного скотча. Этот звук словно подводил черту под их пятилетним браком. Вадим суетился посреди комнаты, собирая провода, пульты и переходники. Он двигался резкими, дергаными движениями человека, который пытается казаться хозяином положения, но внутри которого кипит мелкая, суетливая жадность. Дарья смотрела на его напряженную спину, на то, как он тщательн