ЕЛЕНА ИЛЬИНА

Знаете, что общего у детей девяностых? Мы все смотрели одни и те же передачи. И ведущие были не просто ведущими - они были частью нашей жизни. Как соседи по лестничной клетке, только красивее и веселее. Сергей Супонев был именно таким. Не звёздным, не надменным, не тем, кто смотрит на тебя с экрана как на пустое место. Он улыбался так, будто правда рад тебя видеть. Будто вы вместе сейчас пойдёте искать что-то интересное. И вся страна к нему так и относилась - как к своему. Как к старшему брату, который разрешает больше, чем родители, и никогда не сдаст. "Зов джунглей" с этими дурацкими полосатыми банданами и разделением на хищников и травоядных. "Звёздный час" - интеллектуальная битва, где дети отвечали на вопросы и получали подарки. "Марафон-15" - дикий замес из всего подряд. Супонев носился по площадке, орал в микрофон, смеялся, падал, вставал и снова бежал. Энергии в нём было как в маленькой электростанции. И вдруг - 8 декабря 2001 года. Новость, которая выбила воздух из лёгких. Он

Вы посмотрите, что мне тут подсунули. Сенека! Луций Анней! «Письма к Луцилию», фрагмент номер один. Две тысячи лет назад… Я извиняюсь, конечно. У меня просто нет слов, одни буквы, и те н.е.ц.е.н.з.у.р.н.ы.е. Две тысячи лет назад человек жаловался на нехватку времени! Я вас умоляю. Вы посмотрите в окно. Что там течет меж пальцев? Время?! Да у нас этого времени — как грязи за гаражами. Жизнь дана нам достаточно долгая. С избытком! Мы же не бабочки-однодневки. У нас впереди десятилетия. Целые пласты жизни. Можно успеть выучить японский язык для кроссвордов, посадить сад, вырастить сына, построить ему дом, а потом этот дом перестроить, потому что сын вырос и хочет мансарду с видом на закат, а не подвал с видом на картошку. У нас времени — завались. Проблема в другом. Мы его не теряем. Мы его проматываем. Это две большие разницы. Потерять можно кошелек. Случайно. Вышел из трамвая — хоп, нет кошелька. Обидно, но бывает. А время мы спускаем в рулетку. Сами. Добровольно. С песней. Вот смотрите