Виталий Леонтьев

Точно не помню, когда именно состоялся этот разговор, но как-то раз, долгим осенним вечером, заглянул ко мне на огонек старый товарищ. Мы с ним не виделись, наверное, целую вечность. Заварили крепкого чая, слово за слово, начали вспоминать молодость, и тут его вдруг прорвало на рассказы о том, как он во времена своей армейской юности топтал сапогами суровый Дальний Восток. В один прекрасный день неисповедимая армейская судьба закинула его прямо на Кунашир. Знаете, сослуживцы, кто там бывал раньше, все уши ему прожужжали: «Места там восхитительные, природу словами не описать, крышу сносит моментально!». Мой друг тогда только снисходительно посмеивался в усы. Сам он местный, вырос на этих сопках, тайгу знает как свои пять пальцев. Казалось бы, ну чем его, прожженного дальневосточника, можно удивить? Очередным бурым медведем? Густой тайгой? Но когда он, по его собственным словам, впервые сошел с корабля на этот берег, у него возникло стойкое ощущение, что матрица дала сбой и он оказался