Марат и Таня Вятчинины

Есть одна вещь, которую понимаешь только после нескольких лет вахты. Не сразу — именно после нескольких. Деньги, которые ты зарабатываешь, не накапливаются в банке так, как ты думал в двадцать два года. Они накапливаются где-то ещё — в усталости, в пропущенных семейных застольях, в разговорах, которых не было, в лицах, которые ты помнишь не такими, какие они сейчас. Я уехал на Север в двадцать два. Сейчас мне тридцать два. Десять лет — круглая дата решил я, самое время прикинуть выводы. Из нашего маленького городка на Север уезжали многие. Не потому что романтика или приключения — просто так складывалось. Завод встал, сокращения, платили копейки. А на Севере — платили нормально. Это всё объяснение, которое было нужно в двадцать два года. Первая вахта — тридцать дней в Ямало-Ненецком округе, трубопровод. Жильё — вагончик на восемь человек, три смены по двенадцать часов, столовая, снова вагончик. Температура зимой — минус сорок пять. Я тогда думал, что минус сорок пять — это просто очень