ИГОРЬ ХНАНИШО

УЛИЦА МАЛОФОНТАННАЯ

Кто сейчас объяснит, почему улицу, на которой от века не было фонтана, назвали Фонтанной, а ее продолжение, где таковой был, нарекли уничижительно Малофонтанной?
Хотя справедливости ради следует заметить, что этот фонтан вовсе не был похож на современные устройства, выбрасывающие ввысь струи воды, низвергающиеся затем в более или менее художественно оформленные чаши.
Фонтан фонтаном, но кроме него на улице, по которой мы совершаем прогулку, была еще и криничка - выход на поверхность подземного ключа, оформленный срубом и осененный навесом. Жители близлежащей округи с незапамятных времен пользовались этой криничкой. К ней мальчишки-водоносы сбегали по каменным ступеням лестницы, чтобы наполнить свои четырех-пятилитровые бидоны прохладной ключевой водой, а затем продавать ее в толчее базара. Увы, сейчас от кринички и след пропал. А состояние ступеней лестницы… Впрочем, зачем говорить о грустном.
Насколько нам известно, на Малофонтанной не появились на свет люди, чьи имена попали на страницы энциклопедий. Но это обстоятельство не помешало местным уроженцам стать в большинстве своем добросовестными и умелыми тружениками. А вот владелец парикмахерской цирюльник Александров, проживший здесь всю свою жизнь, сохранился в изустных преданиях благодаря своим чудачествам. Одно из них было таким. В субботу в конце дня он закрывал свое заведение, которое находилось на старом базаре, к слову скажем, по прямой в шагах пятидесяти от его дома, шел в ресторан гостиницы "Россия" - дом этот и по сей день стоит на углу Земской улицы и проспекта Ленина (его адрес пр. Ленина,3), заказывал пару стаканов марочного вина. Неспешно осушив стаканы, Александров нанимал двух извозчиков. В пролетку одного из них садился сам, в другую же клал свою шляпу. Кортеж из двух экипажей размеренным шагом объезжал базар, потом спускался вниз по Бондарной улице, сворачивал на Малофонтанную и, проехав с два десятка саженей, останавливался у дома седока-оригинала. В этот момент цирюльник густым басом громко провозглашал: "Есть кто в доме его благородия господина Александрова?". На знакомый голос из двора высыпали домочадцы - встречать главу семейства. События эти происходили в самом начале XX века.
А в первые послевоенные годы на Малофонтанной можно было увидеть такую картину: прямо на улице, там, где она расширяется близ электростанции, вырыта неглубокая яма, две-три женщины, надвинув чуть ли не на самые глаза туго повязанные на головах косынки, в подоткнутых высоко юбках, впрочем, значительно ниже, чем принято сейчас носить у некоторых современных модниц, топчутся, погружая молочной белизны ноги до середины икр в коричневую густую жижу, которая жирно чавкает с каждым шагом женщин. Их товарка время от времени подсыпает в яму то желтоватый суглинок, то полову из огромного мешка; полова, сверкая под солнечными лучами золотыми искорками, озорно рассеивается ветром вокруг, прилипает к раскрасневшимся от жары и работы потным лицам женщин. Когда чавканье под ступнями становится тягучим и вязким, в яму подливают воду из шланга, змеящегося откуда-то из глубины двора. Но вот смесь суглинка и половы достигла нужной однородности и консистенции, женщины наполняют ею ведра и поднимают их из ямы наверх. Теперь они, прихлопывая ладошками, заполняют остропахнущей массой деревянные формы на три или четыре будущих кирпича, а затем дощечкой подравнивают верхнюю поверхность и неуловимо ловким движением снимают форму. Ряд уже сформованных изделий дополняется новыми. Некоторое время они блестят влагой боковых граней, потом влага испаряется и только что сработанные становятся незаметными среди других. Все эти работы происходят в декорациях, образованных "клетками", сложенными из сохнущих кирпичей. Знающие люди уже, без сомнения, догадались, что здесь описано производство самана - строительного материала, из которого в свое время была сооружена половина жилых строений Мариуполя. Правда, как правило, саман изготавливали прямо на строительстве будущего дома, а на Малофонтанной делали его на продажу. Таков был промысел у здешних жителей.
Хотя Малофонтанная относилась как бы к окраинным улицам, вид ее был довольно привлекательным. Дома красовались белизной стен, окрашенных известью. Сквозь штакетник палисадников выглядывали «майоры», «чернобривцы» и мальвы. Вдоль проезжей части в прочищенных канавах струился неглубокий поток воды, над ним летом летали стрекозы. Кое-где тротуары осенялись ветвями ив. Зеленел склон. Какой-то разумный человек в давние времена засадил его кустами растения, цепкие корни которого удерживали склон от осыпания. Теперь эти кусты удерживают мусор, «украшенный» мириадами разноцветных пластиковых пакетов. Что-то не видно придорожных канав…
На Малофонтанной издревле жили рыбаки, рабочие, кустари-ремесленники, мелкие торговцы. Кто теперь на ней обитает? Время от времени ее дворы заливают паводки. Составы пассажирских и товарных вагонов, электрички сотрясали дома, и лишь в наши дни не слышен стук колес на рельсовых стыках. И все-таки люди не покидают насиженных мест, а некоторые даже селятся здесь.
Сергей БУРОВ