Сергей Шаповалов

Ночь, луна и этот вечный шум...

Слушай, ну что за ночь сегодня выдалась, а? Просто загляденье! Море — представляешь? — оно сегодня спокойное, как кот, который наелся сметаны и свернулся клубочком у печки. Ни тебе волн-буянов, ни шторма. Тишь да гладь. И прилив, этот вечный водный хоровод, сейчас в самом разгаре, залил всё до краёв.
А луна! Ох, луна сегодня просто красавица. Светит так ярко, что, кажется, можно книгу читать. И этот её свет... он такой холодный, но в то же время какой-то уютный, что ли. Он заливает весь Уссурийский залив между нами и Большим Камнем. Там, на том берегу, тоже жизнь кипит: то вспыхнет огонек, то погаснет. Будто кто-то огромный там спички зажигает и тут же задувает.
А наши-то скалы! Они тут, рядом, возвышаются. Огромные, древние, могучие. И в этом лунном свете они кажутся какими-то призрачными, мерцающими. А внизу, у их подножия, — тихая бухта. Спокойная такая, как блюдце с молоком.
Слушай, да брось ты свои дела! Выйди на лоджию. Срочно! Выгляни наружу. Чувствуешь? Этот ночной воздух... он такой сладкий, густой, им просто невозможно надышаться. Он пахнет солью и свободой.
Но постой... не спеши закрывать глаза от этой красоты. Смотри туда, вдаль. Видишь эту длинную-длинную полосу брызг? Там, где тёмная вода наконец-то целует залитую лунным светом землю? Это граница миров.
И вот теперь... прислушайся! Ты слышишь этот звук? Этот скрежещущий рев? Это не просто шум прибоя. Это сама вечность ворочается во сне. Это волны с упорством безумного мельника швыряют гальку туда-сюда по берегу. Они подхватывают камешки и с силой отбрасывают их назад, а потом снова тащат к себе в черную пучину. Этот звук — он как голос самой земли, грубый и неумолимый.
И вот пока мы тут стоим и дышим этим чудом, этот скрежет не прекращается ни на секунду... Он наводит на мысли о том, что всё в этом мире — лишь бесконечная смена приливов и отливов, света и тьмы. И от этого становится немного не по себе... но как же это красиво!