Татьяна Приходько(Козлова)

Гришка Плешь рванул калитку и шагнул к мальчику. «Фашистское отродье!» — пьяный крик разорвал тишину двора, и Эрих вжался в ступеньки, заслоняясь тонкими руками. Он не понял слов, но ужас понял сразу — тот самый, что живёт в детях, переживших войну. И когда пьяная рука уже потянулась к его шивороту, на крыльце выросла она. Без крика, без угроз. Просто встала между зверем и ребёнком — и в руке у неё была старая лопата с затупленным краем. В посёлке ещё не знали, что в этот день Анна Радько объявила войну. Войну за своих детей. Глава 1 Прошло три недели. Март на Калининградщине — месяц коварный: днём капель звенит, с крыш съезжают пласты подтаявшего снега, а ночью мороз обратно куёт дороги в сталь. Воздух пахнет близкой весной, прелой землёй и чем-то ещё — неуловимым, как обещание. В посёлке за это время многое переменилось. Не в быту — быт оставался прежним, полуголодным, — а в настроении. История Ани и двух немецких братьев обросла слухами, как днище баржи ракушками. Нюра не унималась: