Галина Барановская

Племянница заселилась на выходные. А сейчас требует прописку

— Привет родственничкам! Я в Москву решила перебраться, с хатой пока не вышло, так что поживу у вас три дня, вы же не против? — Алина, двадцатилетняя пухлая блондинка, легонько толкнула меня плечом и ввалилась в прихожую.
За ее спиной монументально высились два огромных пластиковых чемодана, перекрывая выход на лестничную площадку. В воздухе отчетливо запахло дешевым парфюмом и дорожной пылью.
Моя супруга, Марина, медленно вышла из кухни, на ходу вытирая руки полотенцем. Ее брови поползли вверх при виде этого стихийного бедствия.
— Ну… это… поживи, конечно, — я от неожиданности и наглости гостьи напрочь забыл все заготовленные фразы. — Только у нас в холодильнике шаром покати, Алина. Конец месяца, сами на сплошном чае сидим.
— Ничего страшного, сейчас организуем доставку, дядь Игорь! — Алина по-хозяйски сбросила кроссовки прямо посреди узкого коридора и уверенно направилась на кухню, даже не спросив разрешения.
Мы с Мариной растерянно переглянулись. Этот субботний вечер обещал быть идеальным — после тяжелой трудовой недели и череды бытовых неурядиц мы наконец-то надеялись побыть в тишине.
Телефон в моем кармане завибрировал. На экране высветилось сообщение от моей младшей сестры Елены, матери Алины: «Игорь, дочка доехала? Позаботься о ней, она у нас девочка ранимая, к столичной грубости не привыкшая».
Через полчаса кухонный стол ломился от коробок с пиццей и суши. Алина, не смущаясь, орудовала палочками, попутно листая ленту в телефоне.
— Дядь Игорь, а подкинь две тысячи на карту? А то у меня курьер наличные не принимает, а на балансе пусто, — непринужденно бросила племянница, отправляя в рот очередной ролл. — Я с первой зарплаты верну, честно!
Я молча перевел деньги, утешая себя мыслью, что три дня — срок незначительный. В конце концов, родная кровь, дочка любимой сестры из Вологодской области.
Девочка приехала покорять столицу, искать работу, учиться. Кто же знал, что в кармане ее куртки, висящей в прихожей, уже лежал документ, который полностью менял правила игры.
Прошло три дня, но Алина даже не собиралась упаковывать вещи. Вместо этого ее косметика ровным слоем покрыла полочку в ванной, вытеснив кремы Марины.
Во вторник поздно вечером, когда мы с женой уже собирались ложиться спать, в дверь спальни без стука протиснулась племянница. Ее лицо выражало крайнюю степень скорби, а в руках она сжимала носовой платок.
— Представляете, меня с жильем кинули! — Алина опустилась на край прикроватного пуфика и шумно шмыгнула носом. — Я уже обо всем договорилась, предоплату за два месяца перевела. А сегодня приехала — хозяйка заблокировала мой номер, квартира сдана другим. Деньги пропали!
— Как пропали? Это же откровенное мошенничество! — Марина резко выпрямилась на кровати. — Нужно немедленно ехать в полицию, писать заявление, фиксировать факт перевода!
— Ой, успеется, полиция все равно никого не ищет, — Алина обреченно махнула рукой, и в ее глазах на мгновение мелькнул странный, излишне холодный огонек. — У меня сейчас другая проблема — мне банально негде ночевать. Вот если бы вы согласились приютить меня еще на недельку, я бы просто сияла от восторга.