Елена Протопопова (Лекомцева)

Маришку увезли ночью на «Скорой». Утром Лёшка кое-как позавтракал и поехал в больницу. Перед больничными воротами его обогнали две женщины. – Ты ей сок взяла? – спросила одна. – Нет, ей сок нельзя. Я ей бульон несу. И минералку, – ответила другая. Лёшка остановился и понял, что идёт к жене с пустыми руками. Он развернулся и пошёл в противоположную сторону, выискивая взглядом магазин с продуктами. Возле забора стояла бабушка и торговала апельсинами. У неё оставалось всего пять штук. – Почём? – спросил Кнопкин. – Так отдаю. Берите на счастье, – бабулька протянула оранжевый плод. – А можно все? Сколько с меня? – Нисколько. Забирайте, если вам так сильно нужно счастье, – улыбнулась старушка и протянула ему пакет с апельсинами. – Счастья много не бывает, – деловито сказал Лёшка, забирая пакет. Довольный собой Кнопкин направился в больницу. В приёмный покой его не пустили. Сначала не нашли нужную фамилию, потом сказали, что жена в реанимации и апельсины ей нельзя. Лёшка пытался ей позвонить, но телефон не отвечал. Так и не увидев свою Маришку, расстроенный Кнопкин поехал домой. Он выложил апельсины на кухонный стол и сел резаться в танки. Из игры его выдернул посторонний звук. Кто-то двигал по столу чашку. Дзынь! Чашка грохнулась на кафельный пол. Животных в доме не было, и Кнопкин насторожился. Он осторожно заглянул в кухню. Никого. Чашка с отбитой ручкой валялась на полу. Апельсины раскатились, а один даже закатился под батарею. Лёшка собрал оранжевые плоды и положил в холодильник. А беглеца из-под батареи взял с собой. Он собирался пройти ещё один уровень в игре, а потом дозвониться жене. Перекидывая апельсин с руки на руку, Лешка вошёл в комнату. В какой-то момент он слишком высоко подкинул плод и не поймал. Апельсин шмякнулся на диван, подпрыгнул, вытянул четыре лапы, распушил хвост и помчался по комнате с криком: «Миау!». От неожиданности Кнопкин сел прямо на палас. Оранжевый фрукт обежал вокруг него и забрался на занавеску. Лёшка протёр глаза. Апельсин, зацепившись когтями, висел неподвижно. Кнопкин подкрался и схватил его, но в руках осталась лишь кожура. Маленький рыжий котёнок выскользнул из неё и уже карабкался по джинсам вверх. Лёшка откинул кожуру и осторожно взял в руки пушистого пришельца. – Ого, счастье привалило! – задумчиво сказал он. – Что же мне с тобой делать? – Любить, растить и радоваться, – ответил котёнок. – И не ронять! Добавил он, когда у Лёшки задрожали руки. – Ты кто? – спросил Кнопкин. Он уже сел на диван и пытался понять, сейчас ему вызывать бригаду санитаров, или повременить немного. – Как кто? Я счастье! Ты же сам меня принёс. Сказал, что счастья много не бывает. – А-а там, в холодильнике, т-тоже? – Ну да! Братья мои по счастью. Они пока в холодильнике – спят. А я уже согрелся и готов тебя осчастливить. – Как? – голос у Кнопкина сел. – Очень просто. Я буду у тебя жить, а ты от этого будешь счастливым. – Я буду счастливым, если Маришку выпишут. А пока меня туда даже не пускают. – Пустят, вот увидишь! Только ты ей обязательно апельсин отнеси, чтобы она тоже стала счастливой. – Прям сейчас? – Кнопкин с тоской глянул на игру, стоящую на паузе. – Прямо сейчас! – уверенно сказал котёнок. – А я тебя тут подожду. Лешка выудил из холодильника очередной счастливый плод и положил в карман. Потом вызвал такси и поехал в больницу. Без особой надежды. Но на удивление всё прошло гладко. Нужную фамилию отыскали быстро, назвали палату и разрешили подняться на минуточку. Кнопкин полетел как на крыльях. Маришка вышла в коридор. Оказалось, что в реанимацию попала однофамилица, телефон случайно упал в воду, а через пять минут обход. Лёшка сунул ей в руки апельсин, сказал «на счастье», чмокнул в щёчку и пошёл домой. Переступив порог, он не узнал квартиру. Такого разгрома он не видел никогда. Шапки были свалены с вешалки на пол, обувь разбросана. Как будто вихрь прошёлся по квартире, сметая со своего пути мелкие и лёгкие предметы. Кнопкин зашёл в зал. На шторах висел рыжий котёнок. – Это всё ты натворил? – спросил Лёшка. – Ага! – весело ответил рыжий вредитель. – Правда, здорово! Я от души повеселился и теперь хочу спать. – А убирать, кто будет? – Лёшка был в отчаянии. – А ты думал счастье – это тебе хухры-мухры? Это ещё и труд! – умничал рыжий, покачиваясь на шторе. – Я вот сейчас тебя поймаю и выкину на улицу! – рассердился Кнопкин. – На улицу? Выкинешь счастье? Своими руками? Не верю! – Ладно, позже выкину. Порядок только наведу, – ворчал Лёшка, поднимая и раскладывая всё по местам. – Как сходил? Видел жену? Передал ей счастье? – Видел, передал. Скучаю я за ней. Никогда не расставались, а сегодня один спать должен. – Ты не один. Я сегодня с тобой спать буду. Песню тебе буду петь. Счастливую. – Ладно, – Лёшка перестал уже злиться, – пошли я тебя покормлю и спать. Счастье ты моё, апельсиновое. Утром позвонила Маришка. – Лёша! Ты не представляешь! Пришли анализы, оказалось, что я беременна! Мы так долго этого ждали! Слышишь? У нас будет ребёнок! Счастье какое! Меня выписывают после обеда. Заберёшь? Лёш, ну что ты молчишь? У Кнопкина перехватило дыхание. Он сел на диван. Горло сжалось, и подступили слёзы. Семь лет они ходили по врачам, тратили время и деньги. И в последней клинике вынесли приговор – бесплодие. – Да-да, заберу, – прошептал он. Котёнок подкрался и боднул его руку. – Ну как? Ты счастлив? – Ещё как! Только одно не пойму. Она съела апельсин, забеременела и теперь родит мне говорящего котёнка? – Чудак человек! – засмеялся рыжий. – Таких глупостей напридумывал! Счастье выглядит по-разному, у каждого своё. Вот тебе было грустно и одиноко – я появился. А для неё дети счастье. Ты, кстати, не держи апельсины у себя, делись. Отдай несчастным. – А с тобой что делать? Мне Маришка не разрешит кота. – Разрешит. Счастливые люди добрые. Ближе к обеду Кнопкин оделся, сунул в карман оставшиеся апельсины и вызвал такси. Спускаясь по ступенькам, он встретился с соседкой. Старушка поднималась с тяжёлой сумкой и выглядела подавленной и уставшей. – Клавдия Тимофеевна, давайте помогу! Кнопкин подхватил сумку, подал руку и бодро зашагал вверх. Перед дверью он вручил ей апельсин. – На счастье! Старушка расплылась в улыбке, а Лёшка запрыгал вниз через две ступеньки. Таксист был хмур. Он уже набирал оператора, чтобы отменить заказ, когда Кнопкин плюхнулся в салон. – Добрый день! Это вам! На счастье! – сказал он и протянул таксисту апельсин. – А ты чего такой добрый? – буркнул водитель, пряча плод в карман. – Жену выписывают, счастьем делюсь. Таксист улыбнулся и включил весёлую музыку. Всю дорогу до больницы они пели песни. Расстались чуть не братьями. Маришка уже ждала в коридоре. Она выглядела слегка расстроенной. – Что случилось? – забеспокоился муж. – Ничего. У меня всё хорошо. А вот у Ирины, соседки по палате, ставят бесплодие. И мне со своей беременностью как-то неловко. Она сейчас такая несчастная. – Передай ей апельсин на счастье, – Кнопкин протянул последний плод. – Скажи, что врачи ошибаются. – Я мигом, – сказала Маришка и побежала в палату. И Лёшка почувствовал себя очень счастливым человеком. Через положенный срок Кнопкин забрал из роддома жену и дочку. Ещё через месяц родила Ирина, Маришкина подруга. Клавдия Тимофеевна приютила рыжего пса. И теперь он провожает её в магазин и носит сумку. А таксист купил себе новую машину. И все были счастливы. Потому что счастье у каждого своё! Автор: Морошка Сергеева Наборы алмазной мозаикой по Вашему фото или любой картинке размер 30*40-1000р, 40*50-1300р, 50*70-1750р и т.д.