Юра Лях

За сорок лет работы с паяльником я выкинул три ведра электролитов и два мешка микросхем. Причём половину этого добра можно было спасти, если бы не лень и одна дурацкая привычка. Расскажу, из-за чего техника реально ломается и где я сам недавно попался на удочку дешёвых запчастей. Если вы нашли на чердаке «ВЭФ» или «Океан» и он не включается, не спешите его хоронить. В девяти случаях из десяти виноваты всего две детали. Это оксидные конденсаторы в фильтре питания и блоке развёртки, если это ламповый аппарат. Со временем электролит высыхает, ёмкость падает, и вместо ровного напряжения пульсации проходят на усилитель. В итоге слышен гул на 50 герц, а потом сгорает предохранитель или, что хуже, трансформатор. Я менял их на «ВЭФ-12» еще в девяносто третьем. Тогда это было спасение. Сейчас же, если вы решили реанимировать раритет, ставьте сразу новые, импортные, с запасом по напряжению. Старые советские запасы с магазинов радиодеталей брать нельзя — они там тоже уже высохли от времени. Казал

Измерение параметров усилителей класса D - это отдельное искуство. Если вы попытаетесь измерить параметры усилителя привычным методом, просто подключив выход импульсного усилителя ко входу звуковой карты, то рискуете вместо ожидаемых сотых долей процента КНИ и низкого шума, увидеть нечто совсем неприятное, а то и вовсе перегрузите вход звуковой карты. При измерении классического усилителя класса AB (или A, или B), на его выходе мы имеем чистый аналоговый сигнал. Всё, что находится за пределами звукового диапазона (выше 20 кГц) - это тепловой шум и едва заметные гармоники, которые имеют естественный спад с ростом частоты. Измерительный прибор спокойно переваривает такой сигнал. Усилитель класса D работает иначе. По сути, это мощный ШИМ-генератор. На его выходе помимо полезного звукового сигнала, всегда присутствует остаток несущей частоты (обычно в диапазоне от 200 до 500 кГц) и ее гармоники. Аудиоанализаторы и АЦП звуковых карт не рассчитаны на такое количество высокочастотной составля

Друзья, честно признаюсь: я чуть не прошёл мимо этого дня. И был бы грех не отметить одно поистине эпохальное событие. Мой подписчик Михаил Баландин — спасибо ему огромное! — справедливо заметил: «А вот многие ли помнят, что ровно 50 лет назад, в июле 1976, на рынке появился тот самый процессор Zilog Z80? :) Собственно, он не только в Спектруме использовался, а в великом множестве компьютерных и игровых платформ, и забывать такие даты негоже. :)». Вы уже догадались, о ком речь? Конечно, о легендарном Zilog Z80. Том самом, что стучал внутри наших первых компьютеров, заставлял пиксели бегать по экранам и превращал скучные строчки кода в магию. В этом году ему — 50 лет. Полвека, Карл! И пока одни поколения отмечают юбилеи поп-звёзд, мы с вами зажжём свечи в честь маленького кремниевого героя. Поехали! Джинсы-клёш, длинные волосы, дискотека… И группа талантливых инженеров, которые работают в Intel над процессором 8080. Главный из них — Федерико Фаджин (Federico Faggin). Итальянский физик,

"Бриг-001-стерео" выпускался 13 лет, с 1976 по 1989 год, и за это время трижды менялся настолько сильно, что для коллекционеров это фактически три разных аппарата в одном корпусе. Конструктор один: А. М. Лихницкий, а вот схема, набор входов и даже внешняя отделка у трёх ревизий заметно отличаются. Разбираемся, что именно менялось и почему. Самая ранняя версия "Брига", выпускавшаяся с 1976 года на Кировском заводе "Ладога", выделяется двумя вещами. Во-первых, у неё есть отдельный микрофонный вход с регулятором чувствительности прямо на верхней панели корпуса: то есть аппарат изначально задумывался с возможностью что-то записать или свести "живьём", не только слушать пластинки. Во-вторых, фанерный кожух (тот самый деревянный "макинтош") был оклеен шпоном и покрыт глянцевым роялным лаком. Именно эту, первую ревизию, сегодня больше всего ценят коллекционеры как "авторский Hi-End" самого Лихницкого. Правда, по объективным техническим параметрам она не самая совершенная из трёх: это скорее

«Два, два, два — один, - три-и-и-и...» Нет, это не шифр инопланетян и не тайный код масонов. И даже не арифметическая прогрессия — не пытайтесь разгадать! Эта противная, пьяно-тянущаяся тройка до сих пор засела в моей голове. Последовательность цифр звучит, будто заевшая пластинка: нарастает, подпрыгивает на единице и снова затягивается на тройке. А следом — пауза, затяжка сигаретного дыма с выдохом в приоткрытое окно… и всё по новой, как у человека, который слегка перебрал с гостеприимством. С тех пор прошло более 55 лет. Пора рассказать эту цифровую эпопею. Цифры, которые потрясли мир. Наверно уже догадались? Это отметки по физике в школьном журнале. Для папы — сюрприз: мы с мамой, дабы не тревожить его «пустяками», аккуратно вырывали нехорошие листки из дневника. Но судьба коварна: отца вызвали на педсовет. Помню тот учебник физики — бедный, в картонном переплёте. Краска ушла на круг с перечёркнутыми меридианами с параллелями и на прерывистые линии, показывающие направление магнитны

Последняя часть знаменитой книги Чеслава Климчевского называется "Монтируем сами" Радиотехника отличается от большинства других отраслей техники тем, что она позволяет в домашних условиях не только изучать её теоретически, но и конструировать различные радиоаппараты, которые по своим свойствам мало отличаются от подобных же аппаратов заводского изготовления. У радиолюбителей постройка самодельных аппаратов часто даже предшествует теоретическому изучению основ радиотехники. Это возможно в силу того, что многие радиоаппараты конструктивно очень просты. Например, такой простотой отличаются детекторные приёмники, которые, несмотря на это, позволяют с вполне удовлетворительным качеством принимать на головные телефоны передачи близких радиостанций. Здесь описывается конструкция детекторного приёмника, изготовление которого доступно любому. Схема приёмника изображена на следующей странице на рисунке слева. Справа показана та же схема, но на ней все детали нарисованы так, как они выглядят в де