Николай Лобовиков

«Деревни вымирают, всё зарастает, молодёжь бежит в города» — это я слышу от людей, которые дальше объездной своего мегаполиса не забирались. У меня перед глазами совсем другая картина. За последние несколько лет поля вокруг снова ожили: их обрабатывают, борщевик травят, в старых коровниках вставляют окна. Рядом с заброшенными теплицами советской постройки выросли новые — и теперь там продают огурцы и зелень. Да, есть деревни с тремя доживающими домами. Я в таких бывала. Но есть и те, где огороды ухожены, бабушкины избы перестраивают, и люди едут сюда не от безысходности, а потому что хотят. Граница Тверской и Московской областей, 160 километров от Москвы. Не медвежий угол, но и не элитное Подмосковье — самая обычная деревня чуть больше сотни человек. Из инфраструктуры: магазинчик-сельпо с непредсказуемым расписанием, автобус семь раз в день и автолавка пару раз в неделю. Никаких круглосуточных магазинов, кофеен, кино. Сельский клуб заброшен. И знаете, эта оторванность меня не тяготит —

Всего три часа на машине от Москвы по Ярославскому шоссе – и ты словно попадаешь в другую жизнь. Шумные трассы остаются позади, машин с каждым километром всё меньше, а дорога уводит вглубь Ярославской области, где за каждым поворотом открываются деревни, будто сошедшие с открытки. Здесь всё по-другому: тише, уютнее, а главное медленнее. Здесь время не летит – оно медленно и спокойно течёт, а у тебя есть шанс найти местные сокровища, главное не лениться. Многие привыкли думать, что русская деревня – это что-то серое и однообразное: одинаковые деревянные дома, пустые улицы, да ветхий забор. Но это просто искажённое восприятие. У каждой деревни своё лицо, и даже свой запах: вот тут пахнет дымом из печной трубы, по вечернему воздуху тянет свежескошенной травой, а на закате окна старых домов светятся таким мягким золотом, что хочется остановиться и просто стоять, слушая тишину. Особое чувство вызывают деревянные дома с резными наличниками. Кажется, что мастера прошлого века соревновались