Adrei Ivanov

Своих детей у них не было. Он был намного старше своей жены. В 1941-м ему было уже за 50, а ей – 38. В то время среднеазиатские союзные республики начали принимать детей, эвакуированных из осаждённых немцами советских городов. Это были и сироты, чьих родителей убили фашисты, и дети, родители которых ушли на фронт. Многие узбекские семьи тогда начали брать сирот из детдомов на усыновление. Бывало, что дети были совсем маленькие, не помнили о себе ничего. В этом случае возраст определял врач, а фамилии и имена зачастую давали уже новые родители. "На станцию привозили из западных регионов тысячи эвакуированных, раненых. Их нужно было где-то разместить. Ташкентцы принимали всех как своих родных. Однажды стало известно, что едет состав с детьми из блокадного Ленинграда. На вокзал пришли тысячи узбекских женщин. Они просили, требовали и умоляли дать изголодавшихся детей им на опеку", — эти строки взяты из "Заметок военного коменданта", — говорит Фозил Фарход. /В тему моя повесть "Сила лю