Вера Карнаухова

Светлые волосы, упругая грудь, пронзительные зеленые глаза. Владимир смотрел жадно, не моргая. Потом спросил: "А сколько ей лет, этой девочке?". Летом 1967 года в Театре на Таганке царило необычайное оживление. В труппе готовились принять особенную гостью, приезд которой стал настоящим событием. Марина Влади, при рождении носившая имя Екатерина Марина Владимировна Полякова-Байдарова, в Советском Союзе воспринималась как воплощение образа настоящей француженки и одна из самых известных европейских кинозвезд. Однако сама актриса неизменно подчеркивала свое происхождение: «Я русская с французским паспортом и имею здоровые славянские корни, доставшиеся мне от мамы — русской дворянки — и отца родом из украинских цыган». К тому времени Влади уже дважды приезжала в СССР. Первый визит состоялся в 1959 году, когда она представляла фильм «Колдунья», снятый по мотивам повести Александра Куприна «Олеся». Именно эта картина сделала Марину по-настоящему известной в СССР. В образе юной героини семна

Её лицо было символом эпохи — сияющее, открытое, безупречно советское. Она пела о Волге и покоряла цирковые арены, став первой настоящей кинозвездой страны. Но за ослепительной улыбкой Анюты из «Веселых ребят» скрывалась другая женщина. Аристократка по крови, вынужденная скрывать происхождение. Жена «врага народа», чудом избежавшая опалы. Это история не о той Орловой, что нам показывали. Это история о той, что выживала и побеждала по своим правилам. Тайна в графе «происхождение» Любовь Орлова родилась в 1902 году, хотя точная дата — первая из её тайн. Фаина Раневская, подруга Орловой, говорила: " Любочка, не будь дурой, скостила себе 10 лет, получая новый паспорт». Это можно было сделать легко в 30-е годы при замене паспортов, ведь дата рождения вписывалась туда со слов человека и не требовалось подтверждения документами. А когда авторы «Двенадцати стульев» Ильф и Петров спросили : «Сколько же вам лет, Любовь Петровна?» узнав, что у актрисы хранится экземпляр повести Льва Толстого с

Голда медленно угасала. Словно свеча. Уже пять долгих лет она вела неравную борьбу с недугом, который неумолимо забирал её. Дыхание всё тяжелее, движения — неуклюжие, взгляд — тусклый. Он осторожно поддержал её плечи, бережно помогая устроиться повыше на подушку. Примостившись рядышком, у самого изголовья, тихонько обнял её одной рукой, ласково касаясь ладонью тёплой щеки, и негромким голосом, полным заботы и любви, прошептал: — Катюш, а давай споём нашу любимую? — Давай, — улыбнулась она. Сначала едва слышно, потом всё сильнее и звонче, насколько позволяли силы у измученной болезнью женщины, они вдвоем запели. На звуки откликнулась Татьяна, их приёмная дочь, которая давно уже стала роднее всех родных. Тихо открыв дверь и увидя милую сердцу картину, она улыбнулась. Также бесшумно, закрыв дверь, оставила родителей наедине. *** Их встреча произошла в небольшом ларьке на торговой площади. Там продавали всякую мелочовку. Клим, видимо, что-то хотел купить, но… Совершенно позабыл причину сво