Николай Чапленко

В марте 1881 года Петербург замер в ужасе. На набережной Екатерининского канала прогремел взрыв, унесший жизнь Александра Второго, царя-освободителя, отменившего крепостное право. Быть реформатором, особенно в России — значит идти по краю пропасти. Но за громкими титулами и реформами Александра скрывалась другая история — история человека, закованного в латы долга и страдающего от невозможности просто вести частную жизнь, следуя велению сердца хотя бы в любви. И да, любовь государя была запретной, грешной, невозможной. Она едва не проложила пропасть между императором и его детьми. И об угрызениях совести тоже забывать не надо, царь был верующим человеком, он не мог не понимать, что совершает грех. Александр, еще будучи цесаревичем, в 20 лет отправился в путешествие по Европе. Юный, полный надежд, он искал не только знаний о мире, но и той, с кем хотел бы разделить жизнь. В Дармштадте, при дворе герцога Гессенского Людовика II, он встретил 15-летнюю Марию — хрупкую девочку, с ясными гла

В июле 1941 года, когда война только разгоралась на просторах Советского Союза, молодой немецкий солдат по имени Вальтер шагал вместе со своей колонной по пыльным дорогам где-то под Ленинградом. В его дневнике, который он позже оставит родителям, запечатлелась история, которая перевернула его взгляд на войну и на тех, против кого он воевал. Это рассказ о мужестве, о человеческом духе, который даже перед лицом смерти не сдается, и о словах старого солдата Хьюго, которые оказались пророческими. Жара стояла невыносимая. Пыль, поднятая сапогами и колесами грузовиков, оседала на лицах солдат группы армий «Север». Мы шли вперед, уверенные в своей силе, в своем превосходстве. Война казалась нам приключением, а русские – лишь препятствием на пути к быстрой победе. Но в тот день, в июле 1941-го, что-то изменилось. Колонна остановилась. Где-то впереди раздались выстрелы, затем взрывы. Офицеры кричали, солдаты суетились. Русский пулемет, засевший где-то неподалеку, превратил переднюю машину в г