Семья Василия Потапова сына Баянова: история одной ошибки переписчика и долгого поиска.
Представьте себе далёкий Иркутский уезд конца XVII века: деревянные избы, бескрайние поля и люди, которые упорно осваивают новые земли. Среди них — Василий Потапов сын Баянов, пашенный крестьянин, чья семья стала частью большой истории Сибири. Разберёмся, как жили Баяновы, почему долгое время было трудно идентифицировать Василия и как архивная находка помогла восстановить историческую правду.
Долгое время — загадка для историков
В писцовой книге 1686 года (Фонд 214, Опись 1, ч. 3, ед. хр. 941, ч. 5) упоминается некий Василий Потапов — пашенный крестьянин Кудинской слободы. Но есть важная деталь: в документе указана только отчество Василия, а фамилия отсутствует.
Из‑за этого долгое время исследователи не могли точно установить, о каком именно Василии идёт речь. Множество крестьян носили одинаковые имена и отчества — без фамилии соотнести человека с другими документами было почти невозможно.
Прорыв произошёл после обнаружения документа в РГАДА. Ф. 1121. Оп. 1. Д. 214 (л. 9–10) — записи от 25 февраля 1684 года из Иркутской приказной избы. В ней Василий фигурирует как Василий Потапов сын Баянов, хлебный целовальник в Кудинской Слободе. Это позволило уверенно соотнести Василия Потапова из писцовой книги с Василием Баяновым из более ранних документов.
Откуда они родом?
Согласно писцовой книге, Василий переселился в Иркутский уезд из Устюга — там его отец был государевым пашенным крестьянином. Переезд случился «в прошлых годах» при приказном енисейском сыне боярском Андрее Барнешлеве (1671-1672 года).
Василий Баянов — ответственный за хлеб
В 1684 году Василий занимал важную должность хлебного целовальника в Кудинской Слободе — отвечал за хранение и учёт зерна, жизненно важного ресурса для всего уезда. 25 февраля 1684 года он вместе с другими целовальниками (Архипком Ивановым и Мишкой Каргополом) отчитывался перед письменным головою Леонтьем Константиновичем Кислянским.
РГАДА. Ф.1121. Оп. 1. Д.214. Л. 9-10. 1684 г.
февраля в 25 день в Ыркуцком в приказной избе пред писмянным головою перед Леонтьев Костантиновичем Кислянским выборные хлебные целовальники иркуцкие посацкие люди Архипко Иванов, Мишка Каргопол да пашенной крестьянин Васька Потапов сын Баянов сказали: в Ыркуцком, де, в житницах великих государей хлебных запасов нынешняго 1684 году генваря по 15 день налицо за всякими росходы опрочь умолотного и пятинного хлеба, которой хлеб в нынешнем в 1684 году з государевых десятин молотят и пятинной збирают, у Архипка Иванова 546 чети ржи, 223 чети с осминою ячмени, 10 чети бес полосмины овса, 16 чети бес полосмины пшеницы; да покупных хлебных запасов, которые хлебные запасы купил в Ыркуцком сын боярской Иван Перфильев ратным людем великих государей на жалованье в прошлом во 191-м году, у Мишки Каргапола 12 401 пуд с сетью ржи; у Васьки Баянова 720 пуд с пол пудом ржи.
Земля и труд
По данным 1686 года, Василий обрабатывал немало земли:
Государева пашня (которую нужно было возделывать в пользу государства): 0,75 десятины в одном поле. С учётом трёхпольной системы — всего 2,46 га (1 десятина ≈ 1,09 га).
Собственная пашня: 6 десятин в одном поле, а всего — 19,62 га.
Сенные покосы: на одной десятине он заготавливал 50 копен сена.
Это был серьёзный объём работ — семье приходилось трудиться от зари до зари.
Состав семьи: что пропало в документах?
Писцовая книга 1686 года называет только двух детей Василия:
Стенка (Степан), 6 лет;
Сенка (Семён), 2 года.
Но вот незадача: в 1698 году в переписной книге появляется Савелий (Савка) Баянов — уже взрослый, женатый, глава собственного двора. Где же он был в 1686‑м?
Скорее всего, произошла ошибка переписчика: Савелий просто не попал в документы. Это не редкость для тех времён — писцы могли пропустить кого‑то из‑за спешки или невнимательности.
Фонд 214 Опись 1 ч.3 ед. хр. 941 ч.5. Писцовая книга 7194 года по Иркутскому острогу; о измерении земель и разных угодий, и всяких чинов людей и кто сколько пашет государевой пашни с платежом денежного и хлебного оброка.
Двор, а в нём пашенной крестьянин Васька Потапов по скаске ево родом он устюжанин, а на Устюге отец его был государев пашенной крестьянин, в Иркуцкой пришёл он Васька в прошлых годах при приказном енисейском сыне боярском Андрее Барнешлеве, детей у него: Стенка, шести лет; Сенка, двух лет. На великих государей пашет десятинной пашни десятину без чети, а в дву потому ж. А на себя пашет шесть десятин в поле, а в дву потому ж, сенных покосов косит, на десятине стоит пятьдесят копен. Пашенною землею и сенными покосами, скотинным выпуском владеет он по иркуцкой приказной избы записным отвозным книгам.
История с пашней: почему крестьяне выступили против снятия земли
В 1692 году произошла любопытная ситуация. Жена Василия, Стефанидка Гаврилова дочь, оказалась в центре внимания властей. Её муж Василий уже несколько лет тяжело болел, и по указу приказного иркуцкого сына боярского Григорья Иванова сына Турчанинова с неё хотели снять часть государевой пашни ( 1/4 десятины) и переложить эту обязанность на других крестьян.
Группа пашенных крестьян (среди них Фетка Гранин, Федоско Ларионов, Васька Зиновьев и другие) подала челобитную (прошение) с просьбой не снимать пашню со Стефанидки. Их аргументы были следующими:
у Стефанидки есть дети, способные обрабатывать землю;
сыновья разного возраста (4, 6, 8, 13 и 16+ лет) вполне могут заменить отца в полевых работах;
сами просители — пожилые люди, у которых тоже есть семьи (братья, дети, племянники, пасынки), живущие с ними в одном тягле, и дополнительная нагрузка им не по силам.
Крестьяне подчёркивали: раз у Баяновых есть подрастающие сыновья, то именно они должны нести повинность по обработке государевой земли. Это позволит не перекладывать нагрузку на других, уже обременённых работой и возрастом крестьян.
Челобитная была удовлетворена, и пашня осталась за семьёй Баяновых. Вероятно, среди упомянутых детей и был тот самый Савелий, которого «потеряли» в 1686‑м.
РГАДА. Ф. 1121. Оп. 1. Д. 274. Л. 80–82.
…Бьют челом сироты ваши пашенные крестьяня Кудинской, и Талкинской, и Хомутовской и всех деревень Фетка Гранин, Федоско Ларионов, Васька Зиновьев, Оська Петров, Самошка Ощерин, Яраска Стефанов, Алешка Андреев, Сергушка Фомин, Доронка Федотов с товарыщи и все пашенные крестьяне. В нынешнем 1692 году июля в 6 день прислана указная память в Кудинскую Красную слободу к приказному иркуцкому сыну боярскому Григорью Иванову сыну Турчанинову и велено разыскать против челобитья пашенного крестьянина Васьки Баянова жены ево Степанидки Гавриловы дочери и по розыску снять с нее Стефанидки десятинную пашню четь десятины в поле, а в дву по тому ж. А та снятая пашня велено положить на захребетников. А у нас братья и дети и племянники и пасынки живут в одном тягле с нами вместе. А мы, сироты ваши, при старости, работать не можем. А у нее Стефанидки дети на возраще, пахать десятинная пашня и самим им мошно. Не велите, государи, с нее Стефанидки пашни снять, а на нас накладывать.
В приказной избе [выше перечисленные крестьяне] сказали: Скорбит он, Васька, год-другой и больши, а пашня государская мошно пахать детям их, один сын 16 лет и больши, а другой 13 лет, третей 8 лет, четвертой 6 лет, пятой 4 лет.
В приказной избе [выше перечисленные крестьяне] сказали: Скорбит он, Васька, год-другой и больши, а пашня государская мошно пахать детям их, один сын 16 лет и больши, а другой 13 лет, третей 8 лет, четвертой 6 лет, пятой 4 лет.
Как сложилась судьба семьи?
Переписная книга 1698 года показывает, что семья Баяновых росла и крепла:
Савелий — уже самостоятельный хозяин, женат, живёт отдельным двором;
Степан (Стенка) — 18 лет;
Семён (Сенка) — 13 лет;
Андрей (Андрюшка) — 8 лет (видимо, родился после 1686 года).
Мать, вдова Стефанидка, жила с Савелием — так было принято: старшие сыновья заботились о родителях.
РГДА, Фонд 214, Опись 1 ч.4, ед. хр. 1260 ч.25. 7207 года Переписная книга Иркутского уезда пашенных крестьян, сколько у них дворов, в них людей и родственников.
Во дворе Савка Баянов, женат, у него мать вдова да четыре брата: Стенка восемнадцати лет, Сенка тринадцати лет, Андрюшка восьми лет. Десятинной пашни пашут пол десятины в поле, за еровое то ж.
Вывод: как архивные находки возвращают имена историиИстория Василия Потапова (Баянова) показывает, с какими трудностями сталкиваются историки:
отсутствие фамилий в документах затрудняло идентификацию людей;
ошибки переписчиков «стирали» имена из официальной истории;
лишь кропотливая работа с разными источниками позволяет восстановить полную картину.
Находка в РГАДА (Ф. 1121. Оп. 1. Д. 214) стала ключом к разгадке: она позволила связать Василия Потапова из писцовой книги 1686 года с Василием Баяновым — хлебным целовальником 1684‑го. Благодаря этому мы можем рассказать о жизни этой семьи — людей, которые своим трудом строили будущее нашего края.
Баяновы — не просто имена в старых бумагах. Это реальные люди, чья история оживает благодаря архивным записям.
Комментарии 15
Не имею возможности поисков в архивах. Знаю только прадеда - Филиппа.
Я поняла так, что мы родственники, раз на одном древе?