Галина Мыськова ( Кузнеченкова

Серёжа Малинин шёл домой с рыбалки в половине седьмого утра, когда увидел мешок. Он бы, наверное, и не обратил внимания — мало ли что прибивает к берегу, — но мешок двигался. Слабо, едва заметно, но двигался. Серёжа остановился, прищурился, потом бросил удочки прямо в траву и полез в воду, не снимая сапог. Мешок был завязан верёвкой. Серёжа дёргал узел секунд двадцать, потом плюнул, достал нож и просто разрезал. Внутри было двое щенков. Один уже не двигался. Второй поднял голову и посмотрел на него мутными, почти закрытыми глазами. — Ах ты, — сказал Серёжа и больше ничего не сказал. Он завернул живого щенка в свою фланелевую рубашку, которую тут же снял, подобрал удочки и быстро пошёл домой. Щенок не скулил, только дышал прерывисто и мелко, как будто каждый вдох давался ему с трудом. Жена Серёжи, Люда, стояла на кухне у плиты, когда он вошёл. Обернулась, увидела мужа без рубашки, с мокрыми сапогами и свёртком в руках, и закрыла глаза на секунду. — Что на этот раз? — спросила она. — Щен