Мария Черненко

Свекор Иван Петрович редко повышал голос. За все годы, что Вера прожила в этой семье, такое случилось дважды – и оба раза из-за нее. Но это случилось потом. А тогда стояло обычное воскресенье, из тех, которые не запоминаются. Вера расставляла тарелки (белые, с синей каемкой, еще свекровь покупала) и прислушивалась к тому, как в коридоре Аркадий возится с ботинками. Рабочие, тяжелые, со сбитыми носами – он таскал их и дома, и на смену, и на дачу, других для него не существовало. На мизинце поблескивало кольцо с мутной бирюзой, он не снимал его никогда. Вера поправила вилку, тронула мочку уха, как делала, когда нервничала, и посмотрела на часы. Регина должна была приехать к часу. Каждое воскресенье у Веры тянуло где-то под ребрами тяжело и муторно, будто перед проверкой на работе, стоило подумать, что дочь мужа от первого брака сейчас войдет и окинет взглядом кухню исподлобья, коротко, оценивающе. Найдет, к чему придраться, и снова будет мотать Вере нервы, чтобы в очередной раз напомнить

У одной девушки сильно заболела мама. И понадобилась операция, очень дорогая. И надо было маме ехать в столицу, чтобы пройти лечение.  Это было так внезапно. Но все несчастья внезапны, вы заметили? Счастья-то ждут, все выглядывают из окошка: не идет ли счастье? Да где же оно? Оно же должно прийти? Хотя почему "должно"? Кто это обещал и гарантировал? Но почему-то все считают, что счастье должно прийти. И сердятся, если оно не приходит. Как будто обещало и обмануло!  А несчастья не ждут. Оно само вваливается в дом. Нежданный и страшный гость. "Так не должно быть!, - говорит человек. - Ко мне должно прийти счастье, а пришло несчастье! Это ошибка! Ведь я ждал счастье!".  Ошибка - думать, что все должно быть так, как нам хочется. Но это понимаешь, когда случается плохое. Вот тогда и прозреваешь. Не раньше.  Девушка была общительная, добрая, веселая. Душа компании. У нее было много друзей. Хороших друзей, образованных, интересных, обеспеченных, развитых. И был человек, который проявлял и