Михаил Зотеев

Коринфский шлем полностью закрывал лицо. Узкие прорези для глаз, щель для рта. Одетый в него воин видел мало и слышал плохо. Зато и снаружи он был неузнаваем — ни черт лица, ни выражения, ни возраста. Просто бронзовая маска. Теперь представьте: битва при Платеях, 479 год до нашей эры. Несколько десятков тысяч человек. Пыль, крики, грохот. Строй распался. Вокруг — такие же бронзовые маски. Как понять, кто перед тобой — спартанец из соседнего лоха или персидский воин, тоже добывший греческий шлем? Этот вопрос не абстрактный. Это вопрос жизни и смерти, решаемый в долю секунды. И у каждой армии древнего мира был на него свой ответ — иногда изящный, иногда жуткий, иногда просто смешной. Самое очевидное решение — цвет. И оно действительно было первым. Спартанцы носили красные плащи — пурпурно-красные, насыщенного оттенка. Это не было данью моде. Красный плохо показывал кровь — практическое соображение для воина, который не хотел деморализовать товарищей видом собственного ранения. Но главное

23 июня 1944 года, ровно через три года после начала войны, советская артиллерия открыла огонь по позициям группы армий "Центр" в Белоруссии. Немецкое командование ждало главный удар на юге, в районе Львова.​ Они ошиблись. Через 68 дней, когда операция "Багратион" завершилась 29 августа, группа армий "Центр" перестала существовать. 17 дивизий уничтожены полностью. 50 дивизий потеряли более половины состава.​ Около 400 000 немецких солдат и офицеров погибли, были ранены или попали в плен. Для сравнения: под Сталинградом в окружение попало 330 000 человек.​ Британский военный историк Джон Эриксон писал: "Разгром группы армий 'Центр' явился самым крупным успехом советских войск. Для германской армии это была катастрофа невообразимых размеров, большая, чем Сталинград".​ Но об этой катастрофе почти никто не говорит. Весной 1944 года линия фронта проходила через Белоруссию. Группа армий "Центр" контролировала огромный выступ, который вдавался на 400 километров в советскую территорию.​ Немцы