Дмитрий Друговской

Лесоруб Михалыч сидел на пне и смотрел, как китайцы сгребают хвою в мешки. Огромные мешки, каждый — с него ростом. Уже третий день работают. Не останавливаются. — Вань, — крикнул он бригадиру, невысокому китайцу в оранжевой жилетке. — Ты че, серьёзно? Иголки собираете? Вань улыбнулся, показал пачку купюр: — Хорошая цена. Очень хорошая. Михалыч почесал затылок. Тридцать лет в лесу работает. Видел всякое. Но чтобы иголки собирать — это новое. А Вань уже командовал своей бригаде на китайском. Люди двигались быстро, слаженно. Грузили биг-бэги в фуру. Фура уезжала. Приезжала новая. Михалыч подумал: с ума сошли. Но деньги платят настоящие. Значит, кому-то это нужно. Представьте типичную сибирскую делянку после вырубки леса. Срубили сосну, распилили на брёвна, вывезли. На месте остался хаос: По санитарным нормам всё это надо убирать. Обычно либо сжигают в больших кучах, либо просто бросают гнить. Никому это не нужно. Мусор. До тех пор, пока не приехали китайцы. Они приезжают с совершенно нено